Отзывы на книги автора «Натаниель Готорн»

Или - пуританская мораль
Давно слышала об этой книге - с моим-то родом занятий. Но много крайне противоречивых отзывов слышала: и - скучно и затянуто (?), и - слишком страшно (???). Но знаю, что в Америке эта книга и ее персонажи считаются очень знаковыми...
Если вы не бросили в начале, вы - большой молодец и настоящий книгочей. Потому что вступительные страниц 40, если не 50 сэр Натаниэль - желает просто представиться, познакомиться и рассказать о себе. И рассказывает: как служил в таможне, как поживала его семья, какие нравы царили в его время. И читаешь с все угасающим вежливым интересом, когда он признается, что самое ценное, что он почерпнул из работы в таможне - старинная рукопись, завернутая в таинственный лоскут материи с вышитой на нем яркой буквой... Красивая легенда)
Автор и сам относится к представителям весьма почтенным - 19й век. Но поведет речь о временах и того древнее: одни из первых поселенцев и пуритан, заселяющие Бостон, штат Массачусетс. Здесь и развернется эта история веке в 17м, когда главная героиня Гестер (Хестер, Эстер - переводы)) Прин подвергается обвинению в адюльтере. Она приехала в Новый свет уже замужняя, потом, по классике, муженек уехал в поездку и растворился в закате, а она - понесла... Скандал, кошмар и алая буква А, клеймом отметившая ее дальнейшую жизнь. Меня позабавила фраза из описания "Довольно легкое наказание". Если в смысле "камнями не побили, ничего не отрубили" - тогда конечно. Но - стоит учитывать разницу веков. Это сейчас мы соседей порой едва видим, а любой скандал забывается дней через 7-10, унесенный более свежими новостями. Но в 17 веке люди и собрались в небольшое поселение, которое окружено лесом, индейскими стоянками и времянками охотников, чтобы быть вместе. А быть изгоем в таком поселении... Где все друг друга знают, и будут помнить "позор Гестер" - годы. А ей - предстоит с этим жить...
И это оказалось - самой лучшей частью. Потому что книга о проступке и вине претворилась в произведение - о силе воли. Гестер - живет. Рожает дочку Перл - жемчужинку ее жизни. Конечно, Перл растет, как маленький волчонок или эльфийский подменыш, что запускает в поселении слухи, что дитя не иначе нагуляно от самого дьявола. Но пуританские кумушки в накрахмаленных чепцах и юбках и их благовоспитанные отпрыски могут... сделать то, что им больше нравится.Автор словно сам слегка иронизирует над этим

Благообразные матроны, которые своими отнюдь не изящными телесами способны протолкаться поближе к эшафоту

Хотя и бросает ремарку, что в его время нравы - ее строже. Еще?
Так вот, Гестер в ее-то положении, когда алая буква жжет не меньше осуждающих взглядов, начинает - жить. Помогает беднякам - совершенно бескорыстно. Нет, не из-за позора - просто раньше ее особо и не замечали, а теперь к ней приковано пристальное внимание. Доказательством этого может послужить и то, что в "преступлении" вообще-то участвовали двое - но своего "подельника" Гестер так и не открыла. И лучшей сценой книги считаю буквальное противопоставление сломленного и уставшего священника и Гестер, призывающего его собраться и жить дальше. Я бы весь ее монолог в цитаты выносила - но надеюсь, что вы сами прочитаете) А помножьте на обильный, витиеватый и умилительно восхитительный стиль автора...
Я думала - будет больше мистических ноток. Но, видимо, это уже легенды, которыми обросла книга.
*"Ведьма" тут очень забавная - такая классическая американская старая карга)
Поэтому буду советовать - любителям классической литературы. Те, кто стоически выдерживает, когда книга делает ему прекрасное изо всех сил (порой даже слегка избыточно). Ну и - никогда не помешает здоровой мотивации и глотка свободы в нашей непростой жизни. Ведь ошибка - это не повод страдать и посыпать голову пеплом даже в обществе самых строгих нравов.

«Книга чудес для мальчиков и девочек» Натаниэля Готорна во многом стала открытием для меня. Когда-то в детстве и в юности, особенно изучая античную литературу в институте, я прочитала мифы Древней Греции и Рима в самых разнообразных переводах и пересказах, но Готорна я не читала, и сейчас мне безмерно жалко, что эта замечательная книга прошла мимо меня в детстве. Казалось бы, писатель берет известные сюжеты: миф о Персее, о ящике Пандоры, о крылатом коне Пегасе и побежденной им Химере, но Готорну удается сделать их абсолютно уникальными сказочными историями. В своей книге он использует прием «рассказа в рассказе»: все мифологические истории рассказывает детям с "цветочными" именами (ведь дети - "цветы жизни") - Примуле, Ветренице, Папоротнику, Одуванчику, Незабудке, Клеверу, Черничке, Калужнице, Тыквочке, Молочаю, Подорожнику и Лютику - студент Юстас Брайт. Каждый сюжет имеет своеобразное предисловие и послесловие, где дети задают вопросы рассказчику, а Юстас комментирует свою историю. Интересно, что сюжеты обретают некую мораль, и после каждого рассказа дети делают определенные выводы (например, дети обсуждают поступок Пандоры, открывшей ящик из-за любопытства и нетерпения и т.д.). Кроме того, герои мифов предстают перед нами вполне обычными людьми (Геракл, Персей) или даже детьми (Пандора), что, несомненно, тоже уводит от классической формы мифа.
Читается книга легко и очень интересно, в тексте много юмора, иронии и «вторых планов», что делает пересказы Готорна интересными не только детям, но и взрослым: таким образом, возрастной диапазон расширяется от шести лет до бесконечности.
Очень понравилось и оформление: формат книги почти такой, как у БИСС (ширина та же, но немного выше), обложка включает лакированные элементы с эффектом песка (черные узоры), есть ленточка ляссе. Изумительно сочетаются с текстом иллюстрации А.Рэкхема: в его исполнении мифы действительно превращаются в сказки – это как бы представление художника об античности, а не сама античность (для сравнения в издании «Энас» картинки отражают именно мифы, что, на мой взгляд, идет с текстом в разрез). Еще несколько слов о художнике: меня поразило, насколько оказывается, рисунки Рэкхема нравятся детям! Недавно спросила дочку, кто из всех иллюстраторов нравится ей больше, и услышала: «Рэкхем!». Ну, моя-то уже взрослая, но и двое знакомых дошкольников тоже в восторге от его иллюстраций к сказкам братьев Гримм. Поэтому вот эти все разговоры, насчет того, что Рэкхем – «недетский художник» не соответствуют действительности, - все зависит от конкретных детей и их вкуса.
В издании ИДМ - шесть историй, а не 12, как у "Энас-книги". Насколько я поняла из комментариев в группе ИДМ, в планах издательства выпуск еще одной книги Готорна.
В заключении напишу, что говорит Готорн устами студента Юстаса о пересказе классических мифов: «Эти истории на равных правах принадлежат всем временам и всем людям… стоит добавить к классической форме жар сердца, толику страсти и восхищения, человеческую или божественную мораль – и получается совсем не то, что было вначале». Лучше о книге Готорна и не скажешь!.

Готорн - мастер слова, ему удалось из мифов, насыщенных событиями 16+, сделать такую "беззубую" версию, которая совершенно не кажется куцей и скучной. У него много обращений к маленьким читателям и повествование он ведет так, чтобы малышам 19 века было понятно. Вес мешка измеряет в бушелях, например. Воинов, выросших из посаженных Кадмом зубов дракона, облепленных землей с головы до ног (от шлема до сандалий), он сравнивает с морковкой и свеклой, только что вырванными с грядки.

А ещё очень интересен ракурс его рассказов. Например, один из подвигов Геракла описан в "Пигмеях" с точки зрения друзей поверженного Гераклом гиганта Антея. А ведь для них Геракл вовсе не любимчик Греции, а враг и убийца. В "Кадме" известный миф о похищенной быком Европе рассказывается с точки зрения её семьи, потерявшей дочь и сестру. Ариадна отказывается сбежать с Тезеем, ведь сколь бы ни был страшен гнев царя Миноса, оставшийся без единственной дочери отец будет безмерно тосковать.

Я очень часто читаю букинистику и ничего не имею против старых страниц. Но всё-таки держать в руках новенькую добротно изданную книгу - это дополнительное удовольствие. Страницы кремовые, плотные, ляссе, на обложке все рамочки выпуклые, как будто присыпанные песком. А уж иллюстрации - шик и блеск!