Цитаты из книг автора «Наталья Жильцова»

Я докажу, что они ошибались! И не важно, на каком факультете я учусь!

И в этот момент я искренне пожалела, что не обладаю способностью становиться невидимой, ибо взгляды всех присутствующих мгновенно переместились на меня. Причем если лица принца Джердана и сэра Донована выражали лишь бесконечное удивление, то мимика светлого старейшины отразила все оттенки эмоций, от потрясения и досады до обреченности.

– Так что, – уточнил Себастьян, не обратив на это ни малейшего внимания, – мне вызвать Александра Торна? – Н-нет! – я быстро замотала головой, осознав, что Верховный судья не шутит. – В таком случае, студентка Торн, надеюсь, больше я не услышу от вас ни одного слова, касающегося происшествия в Атриуме? Пришлось покорно кивнуть. – Рад, что мы друг друга поняли. Можете идти, студентка Торн. Я выскочила за дверь едва ли не быстрее, чем до этого Лил, и чуть не бегом направилась в общежитие. – Сильно ругал? – едва я вошла в комнату, сочувственно спросила подруга. Сама она выглядела бледной, а на лице виднелись влажные дорожки слез. – Если бы ругал! Он отцом шантажировал, – ответила я, со злостью швыряя сумку на стол и падая на кровать. – Получается, все было зря? – Лил снова всхлипнула. Признаться, при этой мысли мне захотелось к ней присоединиться. Стало так обидно за потраченное время! Особенно когда вспомнилось о

Конечно, не могла! Это сложно в моем случае, поскольку я его даже не знала.

Ян в мгновение ока сжал меня в объятиях, а через секунду горячие губы накрыли мои.

Словно забыв, что еще днем они об этих самых троллях толком ничего и знать не знали, все вдруг оказались большими специалистами по общению именно с ними.

Это был поцелуй желания и отчаяния, утоляющий жажду подобно несущейся волне, которая сметает на своем пути все сомнения, мысли и тревоги.

Казалось, что кожа пылает в тех местах, где меня еще недавно касались его руки… весьма откровенно, между прочим, касались!

Чувствуя, как подрагивают колени, я провела языком по ноющим губам, где-то на задворках сознания отмечая, как вздрогнул увидевший это Ян.

и Себастьян. – Что с ней? – Не знаю, ступор, судя по всему, – ответил Андре, встряхивая меня за плечи. – Это снова он, Хаос, – с трудом прошептала я. – Почему ты так решила? – Себастьян нахмурился. – Потому что все произошло, как тогда… в Атриуме… За мгновение до смерти Галитара охватила черная дымка. – Какая дымка? – Она видит применение силы Хаоса, – пояснил вместо меня Андре. – Да и так понятно, что его проклятие. Вопрос в другом: это личностное заклинание на крови, так что жертву ни с кем не могли перепутать. Но чем помешал хаоситам мальчишка? Ответ на этот вопрос я знала, только сказать не могла. Слишком дико и нереально он звучал. Конечно, Андре мог бы поверить, но… признаться в том, что Галитара убили просто по моему желанию? Да меня немедленно изолируют, как опасную для окружающих! «Убийца! Убийца! Это твоя вина!» – кричало подсознание. – Иди к себе, Кара, – приказал Верховный судья. – И постарайся уснуть. Уснуть?! В таком-то состоянии? В душе нарастала паника. Чувство вины едкой кислотой разъедало душу. По коридорам я мчалась стрелой, мечтая побыстрее укрыться за дверью. Видеть других людей не могла. Казалось, что всем известно о моей роли в смерти Галитара, а в каждом пойманном взгляде виделись упреки и подозрения. Правда, уединиться не получилось. В комнате я застала Лил, недавнее огорчение которой сослужило ей хорошую службу, позволив избежать кошмарного зрелища. Завидев, что я буквально рухнула на кровать, подруга мгновенно забыла о своих переживаниях и подскочила. – Кара? Что случилось? Ты плачешь? Стиснув зубы в тщетной попытке унять дрожь, я, с трудом выговаривая слова, пересказала Лилиан события в столовой. – Ты уверена, что это проклятие