Георгий сидел рядом и, повернувшись вполоборота, не сводил с меня глаз. Я чувствовала себя долгожданной гостьей. Справившись с закусками, он рассказывал историю нашего знакомства, украшая приятными для моей самооценки подробностями, вроде: «Она вошла в зал и я ослеп!» или: «Она уделала всех, а потом размазала и меня!» Я скромно улыбалась, чокаясь за прекрасный вечер и удачу в игре. Волнение отпустило, я была в центре внимания и чувствовала себя великолепно.

Георгий незаметно положил руку на моё бедро. Я вопросительно посмотрела на него, он лишь довольно лыбился в ответ. «Ну наглец! Сейчас я тебя проучу!» Выпив пару бокалов для храбрости, я выпалила:

– У меня скоро день рождения! Как же хочется подарков и безумств! – и стала ждать реакции.

Моя приятельница Аллочка, очень удачная в любви, обласканная мужским вниманием и усыпанная подарками, сказала как-то: «Если женатый мужчина с лёгкостью приглашает малознакомую женщину в номер, то и она может с такой же лёгкостью пройти к нему, но через магазин с бриллиантами». Её убеждение показалось мне смелым и практичным. Но на моей карте жизни таких поворотов сюжета не было. Я попросту так не умела. Просить, да ещё у малознакомого, – нет, воспитание мне этого не позволяло, но увидев с какой наглостью этот потрёпанный жизнью мужик гладит меня по ноге и того и гляди затянет чулок своими пальцами с заусеницами, осмелела до состояния «да пофиг!»

– И кто мы по гороскопу? – дружелюбно спросил Георгий.

– Близнецы! Самая сумасшедшая, страстная, эксцентричная и странная!

– И что моя двойственная девочка хочет в подарок?

– Шопинг в ЦУМЕ! – «Ох, Натали, ну и загнула!» Я смотрела на него непосредственным взглядом ребёнка, не сомневающегося, что папочка не сможет отказать.

– И что ты там хочешь купить? Весь отдел «Том Форд»?

Я сморщила носик. Потом закатила глаза и тягучим голосом на одном дыхании выдала:

– Не весь, а только сумочку и туфли. И не «Том Форд», а что-нибудь от именитого дизайнера, понимающего женскую, а не мужскую душу! Строгое и сексуальное одновременно, с чёткими линиями, но бесконечно трогательное и нежное. С изящной фурнитурой и крепким ремнём, чтоб практичная была, как мой характер, и такая же лёгкая и беззаботная, как он же.

Георгий одобрительно рассмеялся:

– Не люблю ходить по магазинам, но что-нибудь обязательно придумаем, я тоже понимаю женскую душу, – и подмигнул мне.

Кажется, Ирине я автоматически разонравилась. Она больше не считала меня приятной собеседницей, то отворачивалась к окну, когда я говорила, то начинала что-то шептать на ухо своему спутнику. Когда пошли в курилку, мне приспичило выкурить Sobranie, точнее, просто покрасоваться с сигареткой из цветной бумаги с золотым фильтром, я услышала ехидное:

– Наташенька, какая у тебя подкаченная попка!

– Рада такое слышать! Это ты оценила или Сергей? – не осталась я в долгу и, качнув бёдрами, продолжала вышагивать подиумной походкой.

Из ресторана мы плавно переместились в подвал с караоке. Мужчины взяли микрофоны и начали распеваться. Пели песню группы «Звери», и, к удивлению, у них отлично получалось. Мы остались с Ириной вдвоём.

– Классная ты, Наташа! Скажу честно, сначала показалась пафосной, но сейчас вижу – нормальная девка, на меня похожа, только моложе, это и бесит. А я развожусь скоро.

Я обняла её за плечи.

– Что во мне пафосного? Стейк рибай на ночь глядя? Не грусти, мужиков в Москве как грязи в городе Грязи! – мы обе засмеялись.

– Фигура у тебя огонь!

– Да ты тоже огонь! Я такой красоты со времён фильмов с Адриано Челентано не видывала.

Ирина выпила и расслабилась, перестав конкурировать. Мне было очень хорошо. Вино дурманило, шутки смешили, и даже Георгий, затянувший: «Есть только миг между прошлым и будущим», не раздражал.

Под утро, пьяными и несвежими, мы еле выволоклись из подвального помещения. На улице рассвело. На следующий день меня ждала полная запись в салоне. На сон оставалось совсем немного, машина подъехала, мы быстро попрощались.

Не успела доехать домой, как Георгий позвонил.

– Когда я снова увижу твою улыбку? – начал он заплетающимся языком.

– Увидишь-увидишь, позвони завтра, – сказала я устало. Сил трепаться с этим налакавшимся ловеласом больше не было.

Наутро я припомнила наш разговор. Надо в ЦУМ сгонять, присмотреться, чем чёрт не шутит, вдруг Георгий – гусар, не бросающий слов любви на ветер, а я понятия не имею, какую сумку хочу. Подкрутив локоны, чтоб не выглядеть чужестранкой на празднике красоты, я надела юбку-карандаш, накинула красный пиджак и покатила в ЦУМ. С трепетом вошла в семиэтажное готическое здание в центре Москвы. Бутики самых знаковых дизайнеров своего времени сверкали яркими витринами, заманивая меня примерить новые коллекции. У корнера Валентино Гаравани я замерла. Вот оно! На меня смотрела сумка мечты. Великолепная, роскошная, актуальная и в то же время минималистичная сумка-седло с золотой пряжкой. «Она в твоём стиле! – кричал внутренний голос. – Надо брать! С дотациями из Самары или без них, но мы её купим!»

Я забронировала сумку, предусмотрительно подобрав туфельки, и набрала номер Георгия.

– Кажется, ты хотел меня видеть?

– Хотел. И до сих пор хочу.

– Вечером я свободна. Где пересечёмся?

* * *

Георгий встретил у входа в ресторан, и мы прошли в зал. Он снова был не один. «Неужели так ослеп от моей красоты, что боится?» – подумала я, представляясь друзьям.

– Это мой друг, Роман.

«Он же спорт курирует, а это стало быть группа поддержки».

– А это девушки… девушки, как ваши имена? Извиняюсь, запамятовал.

Он повернулся ко мне и пояснил, что девицы не с ними, а просто подсели, так как свободных мест не было.

– Кристина, – сказали они одновременно.

Обе Кристины были юны и чрезмерно накрашены. Симпатичные брюнетки. Одна после многочасового лежания в солярии, с характерным желтоватым оттенком кожи, который не перепутаешь со средиземноморским загаром. Вторая – бледная, как героиня саги «Сумерки». Мы обменялись любезными поцелуями в щёчку и чокнулись коктейлями.

– Как прошёл твой день?

– Заехала в ЦУМ, скоро же день рождения… – я посмотрела на него, хлопая подкрученными ресницами. – Нашла-таки, что хотела. Сумка и туфли – они… они восхитительны! Я в них – королева!

– Ты и так королева! – пытался вяло сопротивляться Георгий, но наткнувшись на мой ледяной взгляд, быстро спросил: – Сколько стоят?

– Кажется, пятьсот, ну там плюс-минус, не помню точно… – я старалась не выдать волнение, так как помнила до копейки, сколько они стоят и в каком бутике меня ждут.

Георгий вскинул брови:

– За такую цену они точно подождут до завтра. Давайте выпьем за прекрасных дам, которые нам так дорого обходятся!

Все засмеялись, мы выпили. Георгий наклонился к моему уху и прошептал:

– Будет тебе подарок! Наличные у меня в номере, картой не могу оплатить. Всё будет, не волнуйся.

Хорошо сказать: «Не волнуйся». Как тут не волноваться, когда сумка моей мечты беззащитно лежит в бутике, а вокруг как хищные акулы снуют всякие Кристины. Я посмотрела на девушек, они завистливо кривили рты, пытаясь изобразить снисходительную улыбку.

– Если хочешь меня порадовать, можешь сделать мне перевод! – невозмутимо прошептала в ответ и отодвинулась от него. Георгий сопротивлялся недолго. Придвинувшись, чтоб наши ноги касались друг друга, он сказал:

– Точно! Сейчас Сергей подъедет и переведу, – я игнорировала его.

– Ну хорошо, – и стал набирать номер Сергея.

Дзынькнул перевод на Сбербанк. Я ошарашенно смотрела на выплывшее окошко: «Перевод 500 000 рублей от Сергея Петровича Г.»

– Спасибо, – только и могла тихонько прошептать я. «Ну и ну… А что, так можно было? Надо позвонить Аллочке!»

– Я отлучусь ненадолго. Девочки, – сказала я, победоносно глянув на девиц, – присмотрите за моим пупсиком, чтоб к моему возвращению был в форме, – и сказав Георгию, что я за покупками, выскользнула из-за стола.

– Возьми водителя Романа, сумасшедшая! – выкрикнул мне Георгий на прощание. Ему явно нравилось ощущать себя крутым самцом, который может с лёгкостью скинуть на карту своей девушке полмиллиона на булавки.

Я, мило болтая с водителем, подкатила к ЦУМу. Сумка ждала меня. Девочки-продавцы обрадовались, что закроют приличный чек в конце дня, и засуетились, заворачивая покупки в хрустящую бумагу и упаковывая в пакеты. Победительницей я спустилась по ступеням к машине, водитель распахнул двери, протягивая руку, чтобы взять покупки. Я сделала жест рукой, сказав, что хочу полюбоваться в машине. Он понимающе улыбнулся, хотя едва ли понимал, как могут осчастливить женщину сумочка и туфли, а главное – широкие жесты кавалера.

Проплывая по залу ресторана с оранжевыми цумовскими пакетами, я ловила взгляды всех женщин за соседними столиками. Обалдевшие Кристины чуть не поперхнулись маслинами из Мартини.

– Спасибо, милый! – я повисла на шее у Георгия. Тот заулыбался будто говоря: «Да ладно, какая ерунда»

– Ну-ка, показывай, чего накупила, сейчас оценим! – подтрунивал Роман.

Я под взгляды Кристин, не скрывавших неприязни, я развязывала ленты на коробках и примеряла обновки с непосредственностью счастливого ребёнка. Люди за соседними столиками косились в мою сторону, но мне было всё равно.

– Хороша, чертовка! – сказал Роман, потом повернулся к Георгию и с грустной улыбкой добавил: – У тебя для меня нет ещё одной Наташи?

Георгий замотал головой, давая понять, что такой второй нет и ему достался главный приз.

– А чем ты занимаешься? – спросил Роман.

– Специалист в области красоты! – гордо ответила я, вытянув ножку в новой туфельке на всеобщее обозрение.

– В красоте ты неплохо разбираешься, это заметно.

* * *

Работаю я стилистом-колористом. Не в заштатной парикмахерской за МКАДом, а в самом центре, и я – востребованный специалист. На следующий приём в моё кресло записываются, не успев расплатиться, кто промедлит – упустит шанс освежить шатуш и балаяж. Работу я свою обожаю, ко всем женщинам подхожу с любовью и уверенностью, что мои волшебные руки сотворят из них красоток, поэтому имею стабильный поток довольных клиенток, многие из которых стали подругами.

В Кубанском госуниверситете я отучилась год на художника-модельера по пошиву одежды, а потом бросила это дело, решив, что дизайнер из меня не выйдет. Декан пытался уговорить, утверждая, что у меня талант, но я упрямилась:

– Требует слишком кропотливой работы, терпения, спокойствия, а я – огонь. Мне нужно что-то более… живое, что ли!

Именно это я нашла в профессии стилиста – возможность мгновенно воплотить порыв вдохновения и осчастливить человека.

Родители мой выбор не приняли. Новость, что у дочери не будет высшего образования, повергла маму в шок. После долгих препираний они обозначили, что с сегодняшнего дня вся ответственность за собственную жизнь лежит на мне. Чему я была рада и устроилась продавцом мягких игрушек на железнодорожный вокзал.

Тётя Лена, сестра отца, предложила попробовать парикмахерское дело. В этой сфере она работала пять лет и иногда стригла меня и маму. Мне идея понравилась, и я разузнала о курсах и начала откладывать деньги.

За три месяца продажи плюшевых медведей удалось накопить нужную сумму. Теория вгоняла в скуку, я сидела на последнем ряду и зевала на лекциях. На перекличку будили однокурсники.

Помню случай, близилась экзаменационная работа по теории. Я была уверена, что воспользуюсь учебником, но меня засекла преподаватель и посадила за стол перед собой. Не осталось выбора, как воспользоваться воображением и попробовать справиться с поставленной задачей. Моя работа, на удивление, оказалась лучшей в группе, и преподаватель с сарказмом похвалила. Сомнений не осталось – практику освою быстро. Во мне зачался маленький цирюльник!

* * *

Роман, отвесив комплимент, рассмеялся и стал рассказывать о себе. Оказалось, он двадцать лет отдал телевидению.

– А давайте в караоке! – настаивал Георгий, стремясь поскорее увести меня из-за стола и не дать подружиться с телемагнатом.

Мы спустились в караоке. Роман попрощался и поехал домой. Георгий красовался, исполняя какой-то олдскульный хит, а Кристины, зажав меня на диване посередине, стали выпытывать, что это было?

– Кто вы друг другу?

– Какие у вас отношения?

– Как ты это сделала?

– Сколько стоит? – наперебой спрашивали они, пытаясь выведать технологию быстрого обогащения за счёт влюблённого мужчины.

Я только пожимала плечами в ответ.

– А чёрт его знает… стоит дорого, я и не мечтала… «Смелость – начало дела, но случай – хозяин конца», как говорили древние греки. Читайте, девочки, больше!