Глава 5. Задание

После побудки Настя наскоро размялась, со вздохом надела форму, со вторым – маску со встроенной системой переработки воздуха. За порогом встретил густой сумрак, над головой переливались чужие звезды и среди блестящего великолепия два маленьких красноватых полумесяца – Рок и Отэм.

Предрассветная влажность оседала на лице, зябкая, чуть липкая, забытая. Как давно Настя не была на Земле… Деревья за периметром казались чёрными стражами, что лениво покачивали головами в такт ветру на фоне глубоких сине-зеленых оттенков чужого неба. Будто лешие из древних сказок.

– Темно так… – протянула девушка, вглядываясь в танец крон.

– Здесь в сутках двадцать восемь земных часов, я же говорил, – скучающим тоном произнес ИИ, когда Настя, позевывая, отошла от модуля. – Ночь на Рионаде длится немного дольше. И напоминаю о необходимости носить с собой источник кислорода.

Настя смутно помнила бубнеж на орбите, все ее внимание поглотила красивая планета. Хорошо, электронный мозг корабля следит и не допустит беды.

– Человечество эволюционирует прискорбно медленно. Ваши циркадные ритмы до сих пор на примитивном уровне, – вздохнул Морок. – Спать нужно по распорядку Земли, чтобы не потерять способность здраво мыслить.

– То есть я буду ложиться спать… когда?

– Рекомендую спать все ночное время. У вас обоих имеется некоторая депривация сна и мои рекомендации – спать по двенадцать часов, пока вы здесь.

– Работу эту не затруднит, зато выспимся с запасом, – добавил невесть откуда взявшийся Андрей. Настя могла поклясться, что не слышала, как открывался его модуль. – Считай, что мы на санаторном лечении.

Глаза начальника были еще сонные, он зевал под маской и причесывался пятерней. Такой обычный в эту предрассветную минуту, совсем не сдержанный ученый.

– За исключением того, что все живое хочет нас убить или надкусить, – напомнила Настя.

– Это нюансы, – хмыкнул Кощеев, кивнул на пищеблок: – Пойдем завтракать, рассвет через полчаса.

– Хочу посмотреть. Первый рассвет на этой планете! – Настя, забыв о гравитации, едва не опозорилась снова, но ловко поправила равновесие. Удивительно, как виртуозно Кощеев чувствовал притяжение – ни разу не сбился с шага, что вчера за все время, что сейчас. Она обязательно овладеет этим навыком в ближайшее время!

– Успеешь поесть до него, – Андрей удалялся в сторону кухни, Настя побрела следом.

– Нам нужно обсудить результаты наблюдения за лагерем в период консервации, – занудным тоном сказал ИИ.

И пока на пищевом принтере готовился завтрак из витаминизированного коктейля и омлета, Морок рассказал о таинственном существе.

– Датчики уловили удивительное несоответствие. По их данным, это было несколько существ. Но мы видим одно с несколькими разными формами. Это животное и это же нечто гуманоидное, – закончил ИИ.

Цифры данных и кривые анализаторов воспроизводились на наксах. Настя смолотила еду в несколько минут, чем вызвала удивление начальника. Приподнятые брови оказались весьма красноречивы.

– Необходимо передать данные в научный корпус, – задумчиво сказал Кощеев вместо комментариев, поворачивая голограмму под разными углами и максимально замедляя воспроизведение. – Удивительно. Отец и его экспедиции бывали здесь часто и подолгу, но ни в одном отчете я подобного не встречал.

– Пойдем искать котика? – оживилась Настя.

– Не сегодня, есть другие задачи. Нужно больше данных о существе и его возможной опасности для нас, – покачал головой Андрей.

– Анастасия, рассвет, – напомнил ИИ.

Над деревьями посветлело небо. Глубокая синева уступила место изумрудному, затем оттенки зеленого с примесью золота перемешались в клубящихся облаках.

Само солнце не вызывало желания прищуриться, оно было мягким, приглушенным зеленой вуалью небес. Лучи преломлялись, пронизывали слои облаков в причудливых узорах и рассыпались будто золотыми листьями.

– Андрей, ты подарил мне прекрасный рассвет! – выдохнула Настя не отрывая глаз от буйства цвета.

– Эм… Пожалуйста, – казалось, он смутился. – Если хочешь, я тут недалеко камень красивый видел и местные цветы весьма неплохи. Хотя срывать не рекомендую.

Ситуация получилась не по регламенту. Неловкость заметил только “Морок”, считавший пульс Андрея и шепнувший ему одному:– Как надумаете, я вам ужин при свете реактора устрою, – ехидно вставил ИИ. ***

– Адам и Ева в первозданном мире.

Андрей отвел взгляд от подсвеченного солнцем профиля помощницы и сказал чуть резче, чем собирался:

– Давай работать.

– А, да, конечно, – Настя слегка улыбнулась, совершенно очарованная увиденным, казалось, и не заметила ничего. В синих глазах был незамутненный восторг и отражение рассвета.

Андрей поймал себя на готовности вернуть улыбку. Вместо этого на ходу инструктировал о работе в лаборатории и списке задач на день. Нечего отвлекаться.

Морок просканировал местность, убедился, что никого опасного, вроде стаи граймсов, рядом нет и отключил защитный купол. Запустили дроны-манипуляторы для повторного сбора образцов растений, почвы и всего ранее изученного.

– Зачем повторять? – полюбопытствовала Настя.

– Чтобы понять стабильность системы. Есть ли значимые или хотя бы видимые изменения в промежутке времени.

Первые дроны вернулись с образцами.

– Лютения, плюшевик, кристаллин, – представил Андрей первые пробы, и работа закипела.

Дроны приносили кусочки, листочки и корешки, Настя укладывала их по пробиркам, а некоторые сразу в анализаторы. Андрей смотрел, как работают ее руки. Ни одного неверного движения, точность до миллиметров. Один из его помощников был на редкость неуклюжим и, пока они наладили работу, уничтожил не один десяток образцов.

– Хочешь, сниму кожу, покажу, как внутри? – проворчала Настя.

– Что?

– Ты пялишься на мои руки. Ничего, ты не первый. Так хочешь?

– Нет, извини. Я просто задумался – ловко делаешь незнакомую работу.

– Есть такое, отец тренировал меня жить с этим.

– Я слышал, твои протезы – военная разработка.

– Так точно! – Настя сразу оттаяла, весело козырнула. – Могу работать без перчаток – кожа невосприимчива к ядам, токсинам и перепадам температур. Но это не первые протезы, их меняли по мере роста, чтобы соответствовали. Потому такой большой долг.

– Понятно, – Андрей кивнул, стараясь быть максимально деловитым. – Но лучше менять перчатки. Нельзя образцы брать одним и тем же – загрязняются микрочастицами друг друга и анализатор сойдет с ума. Придется переделывать.

Переделывать, конечно, не хотелось. И вновь в лаборатории звучали короткие команды, перемигивались индикаторы оборудования, ИИ деловито вычеркивал из списка пробы. Андрею было до одури скучно, хотя он давил в себе это чувство – наука требует повторов, методичности и терпения, спешить нельзя. Настя удостоилась пары незначительных замечаний, но действительно справлялась отлично, учитывая, что подобным раньше не занималась. Андрей посматривал в ее сторону, подмечал сосредоточенную морщинку между бровей и упрямо сжатые губы. Ему хотелось изучать помощницу, а не образец почвы.

– Ты громко думаешь … – начала Настя.

– А как так вышло… – одновременно с ней заговорил Андрей.

Оба запнулись.

– Спрашивай, – хмыкнула девушка.

– Как так вышло, что генерал, предотвративший вторжение ствелларов, не обладает привилегиями? По моим понятиям он должен ковырять в зубах бриллиантовой зубочисткой.

– Это по твоим понятиям, – Настя занесла в базу новый образец. – А для всех остальных Черномор – кость в горле. Он честный до невыносимости: никогда не врет, взяток не берет, живет скромно. Его любят солдаты, но не любят высшие чины. И после победы они не могут его убрать. В их силах – мелкая пакость вроде обойти премией, не увеличивать зарплату, лишить доступа к новым разработкам под предлогом того, что он уже герой и больше ему ничего не нужно. Но он все равно сам работает и над улучшением отношений со ствелларами, довольно тесно с ними общается.

– Да, слухи ходят, что он слишком близок с иномирцами.

– Держи друзей близко, а врагов еще ближе. Так он считает, – Настя подмигнула, но не улыбнулась. – Да и многие говорят, что победа фальшивая: несколько разбитых кораблей и много переговоров. Говорят, что Черномор только трепаться умеет.

Андрей крепко в этом сомневался. Дипломатический талант – элегантное оружие, им владеют единицы.

– Ты с рогатыми общалась ведь, какие они в обычной жизни?

– Такие же как все знают. Агрессивные, коварные, совершенно другие. Понимают только язык силы, – Настя задумчиво постучала пальцем по подбородку и ничего больше не добавила.

Андрей неплохо знал о вторжении, тем более что прошло лишь четверть века – по меркам истории свежее событие.

Инопланетный флот пришел из галактики в созвездии Дракона и будь событие на тысячу лет раньше, от человечества вряд ли осталось бы даже воспоминание на бескрайних просторах космоса. Однако ствеллары явились в то время, когда вся солнечная система уже являлась задним двориком Земли. На спутниках Юпитера жили люди, на Марсе, Луне, спутниках Урана и Нептуна велась работа. И абсолютно везде были военные базы, потому как человечество стойко верило, что они не одни во вселенной, но гости могут быть разные.

Ствеллары рассредоточились за поясом астероидов у Марса, вошли в контакт. Лингвисты Земли не могли быстро расшифровать их какофонию, пришельцы поработали быстрее. Они освоили несколько земных языков менее, чем за сутки и вышли на связь.

Не известно, о чем велись разговоры, однако это был отвлекающий маневр, и ствеллары атаковали базы на Фобосе и Луне, перебрасывали свои невероятно быстрые корабли к Земле. Часть космофлота под командованием Черномора встретила первую волну и разбила несколько больших кораблей, не считая роя юрких истребителей. Остальные базы снялись по тревоге и завязались локальные стычки.

Все это время Черномор говорил с агрессорами и они в итоге взяли паузу, а затем предложили познакомиться.

Так встретились за столом переговоров люди и высокие, похожие на демонов пришельцы с красно-черной кожей, лысыми головами увенчанными небольшими рогами. Они тоже дышали кислородом, хоть он и требовался им в меньшей концентрации.

Переговоры, мирный договор, сотрудничество. Казалось бы, все хорошо. И между строк: недоверие обеих сторон друг к другу длилось уже двадцать пять лет. На вопросы, за каким чертом им Земля они в ответ шутили, что их достали наши сигналы в космосе, весь эфир забивали. Теперь же стало тихо.

Никто в это не верил.

А еще Андрей подозревал, что его отец работал со ствелларами плотнее, чем кто-либо, недаром “Морок” был уникальным. Да и многие исследования отца удивляли.

Работа шла до самого вечера с перерывом на обед. Большинство дронов вернулось в недра “Морока” на дозарядку.

– Нам разрешено выходить за периметр базы? – с ноткой грусти спросила Настя.

– Да, но под охраной дронов и не поодиночке. Сегодня я не планировал выход, давай завтра, – ответил Андрей и устало повертел головой, разминая шею. – Зато сейчас тебя ждет закат, вчерашний ты почему-то пропустила.

– Точно, заработалась.

– Вас ждет не закат, а ливень, – встрял в разговор ИИ. – А также видеописьмо из научного корпуса.

Письмо смотрели вдвоем под шипение купола защиты – капли с неба испарялись над лагерем, непогода набирала силу.

– Андрей Артемьевич, последние данные с исследовательских спутников подтвердили источник аномалии, – вещал Иван Сыроедов, руководитель отдела исследования Рионады. У него было красноватое лицо и длинный крючковатый нос, глубоко посаженные глаза всегда казались уставшими. Этот тип никогда не нравился Андрею.

По словам руководителя, все данные сошлись в одной точке планеты – это была огромная одиночная гора без названия, с условным обозначением О-34. Предполагалось, что это спящий вулкан. И он испускал импульсы.

– На планете только вы, под рукой неоспоримое преимущество в виде “Морока”, вы двое и отправляетесь первопроходцами, – Сыроедов помялся. – Андрей Артемьевич, с вами дочь генерала Черномора, и это, мягко говоря, неожиданно. Надеемся, обойдется без эксцессов. Связь каждые сутки, доклады мне.

Письмо закончилось, стоп-кадр вышел не из удачных, Сыроедов застыл с каким-то гадким выражением на лице, будто говорил не то, что думал на самом деле.

– Да! – помощница азартно ударила кулаком по ладони, ей было плевать на руководство.

Дай ей волю – побежит на борт корабля в этот же миг.

– Удачно складывается, – заметил Андрей и притормозил помощницу: – Котика поищем заодно. Но завтра. Нужен план действий, я подумаю до утра.

Ночь казалась дополнительной сменой. Вместе с ИИ они прикидывали варианты на ближайшее время, спорили и играли в быстрые шахматы. Иногда Андрей выигрывал у компьютера, а может Морок поддавался.

Спал Андрей плохо, ему снились потоки воды, заливающие лабораторию.

Дождь снаружи силился смыть “Фронтир”.