Глава 2. Беглец

Рассвет, сын Пламени.

Последние лучи закатного солнца уже покинули улицы столицы. Но ночь в это раз темным не поможет, летом она слишком коротка.

– И что мы тут только делаем? – Коренастый Снег плюхнулся на ветхую повозку, брошенную у опустевшего дома. Та скрипнула под весом невысокого, но тем не менее тяжелого воина и его блестящих лат, но не сломалась. Измотанные ожиданием воины из моего отряда с завистью посмотрели на первого офицера, но не решились последовать его примеру и покинуть позиции.

– Охраняем выезд из города, как и приказал король, – устало произнес я, стоя под массивным сводом ворот города. С уходом солнечного света всем стало тяжелее нести свой пост. Темнота начинала давить на глаза, кожа на лице и запястьях будто трескалась и начинала чесаться. Магию призвать практически невозможно, а значит, нашим единственным защитником служила сталь. Отряд мечтал вернуться за границу лагеря. Но только старшему офицеру отряда я позволял немного вольности.

– От кого охраняем? Посмотри, – Снег указал кончиком меча в одну сторону безлюдной дороги, уводящей влево, затем прочертил им же путь вправо. – Горожане давно укрылись в подвалах замка. А те, кто поумнее, предусмотрительно ушли в горы еще до начала битвы. Там, на берегах подземных озер, свету будет сложнее до них добраться, даже после смерти короля.

– Нам и не нужны простые ремесленники, спрятавшиеся в пещерах, – заметил я, поправляя тяжелый шлем, укрывающий голову. За весь день он так и не пригодился, только шею натер.

– Нам нужны подвиги! – согласно кивнул Снег, давно скинувший с головы стальную ношу. – Где-то там, всего через несколько улиц от нас, твой брат восходит на ступени замка, готовится тараном пробивать двери к трону темных, – лилась высокопарная речь. – А после, когда мы наконец вернемся домой, Луч положит вражеское знамя к ногам светлейшего. А ты? Чем ты, Рассвет, сможешь порадовать своего отца? Просто доложишь, как отрезал путь для отступления редким крысам решившим незаметно выйти из боя?

– Отец дал четкий приказ, – покачал я головой, отгоняя коварный соблазн. Волей светлейшего мне был отрезан путь в гущу событий. Он не собирался рисковать обоими сыновьями за раз. Раньше это казалось логичным. До того момента, как я осознал, что рисковать и побеждать – роскошь доступная только старшему сыну. – Нужно сторожить ворота.

– Твоего отца здесь нет! – изрек очевидное Снег. – Возможно, битва пошла не по его замыслу, и мы должны перегруппироваться.

– О, надо же, любимый племянник сомневается в решениях своего дяди, – попытался поддеть я неугомонного родственника.

– Луч затмит тебя, как и всегда, – отвечал провокацией на провокацию первый офицер. С самого детства Снег был предельно честен в своих высказываниях на мой счет. Я платил ему той же монетой.

– Тебя же не моя слава беспокоит, – скосил я глаза на того, кого знал, казалось, всю жизнь.

– Ну допустим, моя слава меня тоже беспокоит, – не стал скрывать намерения Снег. – Но это не значит, что я не желаю тебе добра. Посмотри на свой отряд, – он продолжал использовать меч как указку. – Трусы, – не заботясь, что воины его услышат, констатировал первый офицер. – Даже сейчас, когда практически все решено, они продолжают молиться, чтобы битва их миновала.

– Ты их недооцениваешь. – Я поднял голову к крышам одноэтажных построек, где лучники отряда заменили собой флюгера. – Их меткость с лихвой окупит отсутствие смелости.

– Нам не место среди них! – с нажимом произнес Снег, будто только для него одного все было очевидно. – Наше место там! В самом эпицентре событий! Там, где появится хотя бы шанс проявить себя.

– Думаешь, я не желаю оказаться там? – выпалил я, не сдержавшись. – Найти принцев тьмы и лично лишить каждого из них жизни? Чтоб уж точно ни один из них не успел занять место отца?

– Так пойдем и найдем их! – канючил Снег. – Оставь лучников, да хоть весь отряд оставь! Пойдем, проберемся к замку и отхватим свой кусок славы!

Я посмотрел на натертый до блеска меч с рукоятью из слоновой кости. За день его лезвие так и не коснулось вражеской плоти. Сколько турниров я с ним прошел? Десять? Нет. Наверное, уже больше. Я раз за разом выигрывал шуточные бои под вздохи придворных, но в реальной битве снова оказался на обочине. Однако служба королю и не должна быть простой и приятной. Моя верность – то, на что может опереться отец, а когда-нибудь на нее сможет опереться и брат. Точно так же, как я полагаюсь на верность Снега. Да, первый офицер не боялся сказать мне в лицо то, что думает, но именно его плечо всегда было рядом. Служба не должна быть приятной, но она должна быть оплаченной. Племянник короля истосковался по боям, и я его понимал.

– Первый офицер, – я сменил тон со спокойного на строгий. – Слушайте мой приказ.

Удивленный переменой моего настроения Снег спрыгнул с повозки и по-военному подобрался.

– Отправляйтесь к моему брату, – в светло-серых глазах зародилась несмелая надежда. – И оставайтесь рядом с ним, пока …

Вдруг до уха донесся ритмичный цокот копыт. Я обернулся, позабыв о собственном приказе. Легко угадываемый звук постепенно усиливался, приковывая внимание к мрачному повороту в конце улицы. Из-за крайнего дома выскочил всадник на вороном коне. Он галопом помчался на нас, словно вовсе не замечая наши светлые фигуры на своем пути.

– Пепел, – в ужасе выдохнул кто-то позади меня. Не узнать шипованный шлем было невозможно. Во всех светлых и темных землях не найдется паренька, который не знал бы легенды о черном принце, оставляющем после себя лишь пепелище. Его тьма была так сильна, что ни один светлый не мог устоять. А ведь это было еще до коронации! Теперь же сам король темных несся к границе города, туда, где его могла встретить лишь горстка светлых. Он был настолько уверен в своем коне, что даже меч из ножен доставать не стал, упрямо мчась к краю города.

– Лучники! Цельсь! – как можно громче скомандовал я. – Пускай!

Стрелы с белым оперением попали в цель, но отлетели от брони, так и не добравшись до плоти. Всадник на полном ходу своего скакуна выставил ладонь перед собой и выпустил волну тьмы. Вначале она настигла лучников, и те покатились с крыш вниз под звук дребезжащей черепицы. Затем стоящий чуть впереди меня Снег упал на колени. В следующее мгновение тьма накрыла с головой. Я закрыл глаза, обращаясь к первородному свету внутри себя, а когда открыл, оказалось, что на ногах устоял лишь я один.

Пепел продолжал мчаться. Теперь либо король темных будет опрокинут моим мечом, либо я буду затоптан под копытами его коня. Все как на турнире. Только в этот раз два отточенных временем движения отделяли меня не от проигрыша, а от смерти. Главное выверить момент.

Копыта вороного коня взбивали дорожную пыль все ближе.

Удар сердца.

Еще один.

На вдохе я подкинул в руке клинок, а затем на выдохе с размаху рассек им воздух. С громким лязганьем его темнейшество упал наземь, опрокидывая меня следом.

Получилось.

Едкий запах первородной тьмы ударил в нос, побуждая прикрыться рукой. Запах королевской силы ни с чем не перепутаешь. Темный потянулся к ножнам, но я добрался раньше.

– Вяжите его! – срезав ремешок с оружием, велел я, и солдаты разом накинулись на опрокинутого всадника, ожидая сопротивления. Но тьма схлынула, отступила, растворяясь в воздухе, позволяя нам вновь дышать полной грудью. Король темных, то ли смирившись, то ли придержав силы на потом, лежал посреди дороги, под грудой вражеских тел.

– Ты пленил Пепла! – не мог поверить в происходящее Снег, подбирая слетевший с телеги шлем. Как только до солдат дошел смысл короткой фразы, на лицах всех присутствующих проступило потрясение вперемешку со страхом и едва заметным ликованием. – Опрокинул его с коня! Да еще и ночью! Тогда, когда его магия сильнее всего! – Похоже, вместо списка ближайших шагов, Снег уже сочинял начало баллады, со мной в роли главного действующего лица.

– Соберись, – посоветовал я, передавая первому офицеру меч короля. – Надо сообщить Лучу. – Пепел был повержен, но пока еще не пленен. В родном городе ему даже земля может стать помощником. Ни говоря уже о тени, и королеве, которая может в ней прятаться.

– Я сообщу! – проморгавшись, выпалил Снег и, даже не ожидая моего согласия, помчался в сторону замка. При этом трофейный меч первый офицер держал на вытянутых руках впереди себя, словно боясь потерять по дороге. – Скажу военачальнику, что король темных у нас!