Цитаты из книг автора «Матильда Старр»

Король хрипло выдохнул и слегка отстранился, я невольно потянулась следом, всхлипнув от невыносимого чувства потери. И этот мой еле слышный всхлип словно послужил сигналом к началу. Его рот смял мои губы в жарком, неистовом поцелуе. Бесстыдном, жадном, глубоком… Безумно возбуждающем. Будто волной штормовой накрыло с головой, поволокло в темный омут, где нет ничего, кроме влажных требовательных губ, дразнящего языка, горячего дыхания на щеке, от которого плавилась кожа. Внизу живота сладко пульсировало, вспыхивало колючими искрами, в висках грохотала кровь.  Он целовал меня так, что ноги подкашивались. Так, что нечем было дышать. Так, словно брал меня прямо сейчас, делал своей собственностью, присваивал. Я обмякла в его руках, смирившись с тем, что произойдет дальше. Почти желая того, что произойдет… Да нет, не почти. Не в силах больше противиться желанию, я ответила на поцелуй. Теперь уже не король прижимал меня к стене – я прильнула к нему, обхватив руками, с томительным стыдом предвкушая, что будет дальше. Но я ошибалась. Он оторвался от меня, отодвинулся и уткнулся лбом в стену, хрипло и коротко дыша, словно каждый вздох доставлял ему нестерпимую боль. Его плечи подрагивали, бока ходили ходуном. – Нынче ночью вы будете у меня в опочивальне, – через какое-то время сказал король. – Служанка приведет вас. И запомните: вы не можете ни с кем говорить, кроме нее, никуда ни с кем уходить. Вы здесь только для меня. Король ушел, а я, едва держась на ногах, побрела к кровати и обессиленно рухнула на нее.

Король быстро скинул с себя одежду, немного подумал и натянул штаны обратно. Если она очнется… Нет, не так. Когда она очнется, он может и не удержаться… Он покосился на кровать и вздохнул. Магова задница! Приставать к девице в отключке… Все это смахивает на какое-то извращение. А он вовсе не извращенец. Но если это единственный выход… – Я думаю, мы кое-что попробуем… – сказал король скорее для себя, чем для безмолвной Риасы Он опустился рядом с ней на кровать и рывком подтянул к себе поближе, вдыхая до боли знакомый запах рыжей колючки. Рука ее безвольно упала, задев бугор на штанах. Член моментально налился кровью и вздыбился, как норовистый конь. Проклятье! Видимо, все-таки извращенец… Король прижался губами к одной щеке, потом к другой и умоляюще выдохнул в ухо:

Когда я в следующий раз приоткрыла глаза, было темно. Так намного лучше. Все-таки свет слишком раздражает. Если бы можно было еще точно так же отключать звуки… Было бы здорово. Но не успела я в подробностях представить себе, как хорошо было бы жить в мире без света и звуков, как моих волос снова коснулась знакомая рука, а тот приятный голос шепнул на ухо: – Что же мне с тобой делать? Как тебя оттуда вытащить? А затем жаркие пальцы погладили щеку. Скользнули к шее. Это было приятно. Не настолько приятно, чтобы мне хотелось, чтобы ласка продолжилась, но и немедленно прекратить я бы не требовала. Я прикрыла глаза и глубоко вздохнула. Рука скользнула ниже, а возле уха раздался жаркий шепот: – Я думаю, мы кое-что попробуем… Я ощутила какое-то движение слева от меня, словно рядом кто-то перекатывался на волнах, но не стала выяснять, что это. Теперь я чувствую, что уже не одна в кровати. Горячее тело – близко-близко. Этот мужчина… Наверное, он что-то значил для меня. Когда-то. Мне было хорошо рядом с ним, хоть я и знала, что он принес мне много боли. Но боль – в прошлом. А мне теперь не хочется думать о прошлом. Хочется лежать неподвижно и бездумно, кутаясь в ласковое тепло. Прикосновения – мягкие, но уверенные. Жаркие губы касаются моих щек. Он выдыхает в ухо: – Вернись ко мне, пожалуйста… Ты мне нужна. А потом прикусывает мочку, заставляя меня вздохнуть – рвано, неспокойно. По телу разливается тепло, но не такое – ровное и умиротворенное, как раньше, иное. Словно по жилам вместо крови течет огонь – жаркий, тягучий, сладкий.

Автомобиль остановился точно напротив крыльца. Теперь меня отделяли от жениха лишь несколько метров. Пока девчонки продолжали суетиться, споря о том, что нам пригодится в ЗАГСе, а что можно оставить в машине, я медленно выскользнула из автомобиля и направилась к нему, своему любимому и единственному. Тот скользнул по мне рассеянным взглядом, хмуро уставился на часы, потом взглянул еще раз и… И остановился так резко, будто в полной темноте налетел на вековой дуб. Грозовые тучи рассеялись, брови изумленно поползли на лоб, рот открылся и закрылся обратно. Кажется, сюрприз удался. Что ж, надо сказать, некоторые народные приметы и суеверия работают, да еще как! Мой будущий муж буквально остолбенел, пожирая меня глазами. Всю, от макушки с изящной прической до кончиков туфель, мелькающих из-под длинной пышной юбки. Я чувствовала этот взгляд так, будто он трогал меня горячими пальцами. Щеки от удовольствия вспыхнули, по спине скользнул щекотный холодок. – Варвара? – произнес Виктор дрогнувшим голосом, когда я поравнялась с ним. – Собственной персоной, – улыбнулась я и подала ему руку.

Когда мы подъехали к ЗАГСу, Виктор уже был там. Он грозовой тучей метался по крыльцу. Брови нахмурены, высокий лоб пересечен вертикальной складкой, губы упрямо сомкнуты – вот-вот молнией долбанет. Я хихикнула, вспомнив, как этот Зевс-Громовержец сегодня утром ползал под кроватью, с ворчанием ища свой носок, после того как… Я покраснела и покосилась по сторонам, словно кто-то из девчонок мог прочесть мои очень грешные мысли. Нет, точно придется приобрести шапочку из фольги, потому что с некоторых пор эти самые мысли слишком часто посещают мою голову. А что будет, когда я выйду замуж, и бывший босс окажется целиком в моем распоряжении? М-м-м-м… Да я даже смотреть-то на него не могу спокойно, чтобы сразу не начать воображать себе что-нибудь этакое. Вот и сейчас сижу и любуюсь будущим мужем, который чертовски хорош в этом светлом костюме, ладно облегавшем сильное гибкое тело! И как вы считаете, что я при этом думаю? Об ответственном шаге, который вот-вот совершу? О семье, как ячейке общества? Нет. Я думаю, как жалко, что нельзя поцеловать его сразу, прямо сейчас, в эти упругие губы, пахнущие морским прибоем… Придется ждать

– Неземная красавица… – Я же сказал: не перебивайте. – Хорошо, не буду, и что же дальше? – Дальше он начинает настоящую осаду: присылает цветы, засыпает ее нежными письмами, разумеется, без подписи. Я с подозрением посмотрела на него. Неужели эти букеты с записками?.. Да нет! Он сказал, что появился сразу же, как только узнал. Просто попал пальцем в небо. – Вот уж нет, вот уж спасибо. Мне эти веники и так ставить некуда, – голосом кота Матроскина отозвалась я. – А письма без подписи – это вообще полная чушь. – Почему же? – обиженно поинтересовался бывший босс. – Потому что! – отрезала я. – Откуда я узнаю, кто его пишет: молодой красавец и спортсмен или какой-нибудь старикашка с пивным животиком. Или вообще прыщавый подросток. Так что, Виктор Сергеевич, ваш сценарий не утвержден на редколлегии. – Ну и ладно, – вкрадчиво сказал он и подался вперед. В темных глазах хищно блеснули золотистые крапушки. – Предложите что-нибудь лучше. – Да запросто. Она популярная ведущая, он сексуальный маньяк. Он подкарауливает ее после работы, хватает в охапку, засовывает в машину, увозит за город в какой-нибудь симпатичный тихий пансионат и удерживает там силой, не выпуская из номера. Виктор Сергеевич несколько секунд молчал, потом так же молча достал пару купюр из портмоне и положил на стол. – У меня небольшое уточнение, – сказал он. – Маньяку было слишком далеко волочь ее до машины, и поэтому он затащил ее в ближайшее такси. Будем считать, что таксист – его сообщник. – Да, – я кивнула. – Наемник. Она сама видела, как он ему заплатил…

Я едва успела сделать шаг по направлению к выходу, как буквально наткнулась на Виктора Сергеевича. – Ой! – Варя? – он поймал меня за плечи, удержав от неминуемого столкновения, и быстро убрал руки, словно ожегшись. – Вы еще не уехали? Очень кстати. Я как раз собирался вам звонить. Что там за… Он кивнул на банкетный зал. Я покраснела и отвела глаза. – Простите… Как-то не очень вышло… – пробормотала я. Ну не признаваться же ему в том, что это диверсия! Пусть лучше думает, что у меня просто нет вкуса. Да, это вполне может послужить оправданием. – Надо было выбрать букеты и арку? – Арку? – ошеломленно переспросил Виктор Сергеевич. – Ну да… Мне хотелось сделать красивее… Ярче. Праздничней. Все-таки такое событие. – У вас получилось. Красиво, конечно, но несколько экстравагантно. У моего дедушки юбилей. Восемьдесят лет. И все эти «Совет да любовь!»… – Дедушки? – ахнула я. Мы так и стояли возле самых дверей. Мимо то и дело проходили мужчины в костюмах и дамы в красивых платьях. Все они приветливо здоровались с Виктором Сергеевичем, а меня с интересом разглядывали. Вот что показалось мне странным в гостях, наполнявших банкетный зал: среди них было много пожилых людей и совсем немного молодёжи. Теперь всё встало на свои места – это никакая не свадьба Алины и Виктора Сергеевича. Юбилей дедушки. Вот уж отомстила, так отомстила…

Не надо жалеть кошку, отрубая ей хвост по кусочку.

«Есть только миг между прошлым и будущим, именно он называется жизнь…»

Что ж, рад это слышать, – Лаорр отставил бокал в сторону. – В таком случае, вы можете подойти и доставить мне удовольствие. Глаза его потемнели, взгляд стал тяжелым и каким-то тягучим. Сердце взволнованно трепыхнулось, ударившись о грудную клетку, и по венам прокатилась жаркая волна. Не смея перечить, я поднялась с места и медленно подошла к Лаорру. Он кивнул на стул, беззвучно приказывая сесть рядом. Я тут же повиновалась. – Покормите меня. – Что? – растерянно переспросила я, хотя прекрасно расслышала его просьбу. – Я хочу получить еду из ваших рук. Ожидая совсем другого приказа, я несколько удивилась такому странному пожеланию. Впрочем, расстраиваться по этому поводу тоже не стала. Молча взяла со стола вилку и уже потянулась к тарелке, собираясь наколоть канапе, как услышала насмешливый голос: – Оставьте приличия для другого случая. Я хочу, чтобы вы делали это руками, – он придвинул ко мне блюдо с фруктами.