Цитаты из книг автора «Матильда Старр»

лагеря. Строиться по парам и ходить строем никто никого не заставляет. Давайте так: каждый сам за себя, расслабляется и отдыхает в меру своей испорченности. Интересный поворот! Я-то думала, что Серж не будет давать нам прохода, стараясь подловить на каждой мелочи. А вот такого я от него точно не ожидала. Ну что же, нам же легче. Если, конечно, это не часть какого-то его хитроумного плана… – Нам придется всем вместе съездить на одну экскурсию, – продолжал между тем Серж. – В пещеры. Мистическое место, овеянное легендами и всё такое… Туземцы ими гордятся, так что не съездить туда, значит, здорово их обидеть. Но это только через пару дней. А пока – расползаемся по углам и отдыхаем! Я ему не поверила ни на минуту. Что-то такое он придумал… Надеется, что без присмотра мы расслабимся и перестанем изображать парочку? А сам будет следить из-за кустов? От Сержа я могла ожидать и этого тоже. После замечательного ужина спать расхотелось совершенно. Да и как можно спокойно отправляться в кровать, когда совсем рядом так призывно шумит океан! – Ну что, пойду оборудую себе гнездышко на

Тому, кто выполняет дурацкие поручения начальства, работать обычно некогда

Я хочу рискнуть. Это моя жизнь, и я… – Я жду вас в библиотеке, – перебил король, встал и решительно направился к выходу из опочивальни. – Максимилиан… – тихонько позвала я. Король замер, словно  налетел на невидимую стену. – Ты не должен… Он медленно обернулся. Я вскочила с кровати и, подбежав к нему, взяла за руку, переплетя свои пальцы с его. Длинными, сильными, теплыми. Это было так приятно. Так правильно… – Пожалуйста… – умоляюще выдохнула я. – Оставьте свое величество за дверью. И хорошенько заприте ее, чтоб оно не ворвалось обратно и ничего не испортило. Не нужны нам здесь ни король, ни королевское величество, ни королевские государственные заботы! – торопливо заговорила я. – Ты, я и никого больше. Давай рискнем, Максимилиан, и съедим это чертово яблоко! – Я крепче сжала пальцы. – Пожалуйста… Я хочу тебя, Максимилиан. Своего первого и последнего мужчину. Единственного… Король посмотрел на наши сплетенные ладони и поднял голову. В глубине его потемневших глаз жарко полыхнуло что-то. Ответный жар прокатился по коже, вздыбив волосы на затылке. Сердце подпрыгнуло, а внизу живота запульсировал сладкий ужас, словно я летела вниз на высоких качелях. Я судорожно сглотнула, облизав пересохшие губы, король хрипло выругался и сгреб меня в объятия. Его рот прижался к моей шее, заскользил  вниз.  Даже если бы я хотела сейчас отстраниться, то не смогла бы, настолько сильно король прижимал меня к себе. Но я не хотела. Ни за что на свете не хотела, чтобы он останавливался.  Его ладони скользнули по спине, крепко стиснули ягодицы. Вся дрожа, я закрыла глаза. Умелые пальцы задвигались,  задирая сорочку. Я чувствовала, как скользит вверх тонкая ткань, подставляя прохладному воздуху мои икры, ямочки под коленками, бедра… Меня трясло, словно в лихорадке, сердце колотилось о ребра, предвкушение сводило с ума. Сбив подол на талию, он с силой прижал меня к себе одной рукой, так, что в низ живота вдавился восставший член, вторая рука погладила обнаженные ягодицы и медленно, невыносимо медленно поехала по ним, спускаясь все ниже… Ниже…  Я выгнулась как струна ей навстречу и застонала, когда мужская ладонь добралась до промежности. Горячие пальцы раздвинули  мокрые складочки, закружили,  дразня и распаляя…   Я тяжело дышала и шире раздвигала ноги, словно погружаясь в какой-то транс. Максимилиан поймал мои губы своим ртом, слегка отстранился, и через несколько секунд я едва не упала, почувствовав, что вторая рука задирает подол спереди. О боги… Это было развратно, бесстыдно,  но… умопомрачительно сладко…   Его горячие пальцы, атакующие мое лоно и сзади, и спереди, его язык, врывающийся в мой рот… Казалось, он владеет мной сра

– Возьми меня… – прорыдала я. – Я хочу тебя… Там… Всего…Внутри… Он замер на мгновение, заглянул мне в лицо, словно бы решаясь на что-то. Всего на несколько секунд – а потом снова обрушил на меня свои грубые ласки. Я уже ничего не понимала, когда, задыхаясь, едва живая, пятилась под напором короля, переступая подгибающимися ногами, и, если б он меня не держал за спину одной рукой, непременно б свалилась на пол. Его другая рука непрерывно гладила между ног. Что-то ударило под коленки, и я упала навзничь на узкую кровать. Король лихорадочно задрал мои юбки до талии и навалился сверху,  придавив к жесткому ложу всей своей тяжестью – о боги! – такой правильной тяжестью, такой желанной… Я обвила его ногами и протяжно вскрикнула, когда горячей плотью прикоснулась к его возбужденному члену. Это было остро, ярко и невыносимо приятно. Божественно… Но мало… мало… Я заскулила от желания, дернула бедрами навстречу, вжимаясь лоном в мужской пах. – Т-с-с-с… – жарко выдохнул король. – Не торопись… Перевитый набухшими венами ствол скользнул по промежности, толкаясь, нащупывая вход, сводя с ума… – Моя! – простонал король, врываясь в мое тело.

Внезапно в голову пришла мысль, заставившая меня усмехнуться: когда мы встретились впервые, я сходила с ума по Гильому, а теперь Гильом забыт, но я влюблена в короля. Возможно, этот парень удачлив в игре на бирже, но в любви ему категорически не везет. – Через три дня в городском театре премьера. – Теперь он развернулся ко мне и смотрел все так же уверенно и спокойно, но на скулах выступил предательский румянец. – Я бы хотел вас пригласить… Саймор замолчал, напряженно ожидая ответа. Такой смущенный он был еще симпатичнее. Стало совершенно невозможно огорчить его отказом. – Конечно, – улыбнулась я, и он просиял. – Я с удовольствием составлю вам компанию.

Риаса… Король не собирался оставлять ее при дворе. Вернуть девушку Лаорру без всяких условий – жест доброй воли, которого благородный темный не сможет не оценить. Это было бы идеально, и именно так и следовало делать. Он и собирался – до того самого момента, как увидел этого рыжего демоненка. Омерзительное платье, слой штукатурки – даже все это не смогло скрыть того огня, что горел внутри этой девушки. Ее свежесть, ее дерзость, ее взрывной характер… А еще – неподдельный интерес, с которым она его рассматривала. Восхитительный коктейль эмоций… Король не сразу понял, что случилось. Просто ему захотелось узнать ее получше. Ничего ведь страшного не случится, если он вернет ее домой завтра, оставив себе всего лишь на день? Так он думал в первый день, и во второй, и в третий… А потом понял: не вернет, не отдаст никому, не выпустит из рук. И гори все синим пламенем, эта девушка будет принадлежать ему… Почему, почему он сразу не поступил благоразумно и не вернул ее домой? Тогда, когда еще мог от нее отказаться? И вот теперь уже по-настоящему поздно. Он знает, что она опасна, и не может ее вернуть. И понятия не имеет, как следует с нею поступить. – Ваше величество… В библиотеку вошел его верный слуга, и, судя по его лицу, случилось что-то страшное. Сердце короля сжала ледяная рука. – Что? Говори быстрее! – Девушка… Новая… Она сбежала. – Слуга был белее бумаги и, кажется, ожидал немедленной казни. Сбежала? Куда? Да это смешно. Невозможно сбежать из замка, она где-то здесь! – Она украла ключ от подземелья. А вот теперь белым сделался король. Войти в

– А поцеловать?… От звуков его голоса, от горячего дыхания что-то сладко оборвалось внутри. Колени подогнулись, и я непременно упала бы, если б не обхватила его талию обеими руками, прижимаясь плотнее… Даже сквозь кучу одежды я чувствовала жар его тела, мускулистого, твердого, большого. Он приподнял мое лицо за подбородок и наклонился, почти касаясь моего рта своими губами. Почти… И это «почти» сводило с ума. Я словно пила его дыхание, а он пил мое, и было в этом что-то безумно возбуждающее, заставляющее привстать на цыпочки и тянуться, тянуться, чтобы приникнуть, наконец, к  этим манящим упругим губам… Словно если сейчас я немедленно его не поцелую, то просто умру. Эта мысль, пробившаяся сквозь истому, меня отрезвила, я даже попыталась отстраниться, но не тут-то было. Он притиснул меня к себе одной рукой, запустив другую в волосы и придерживая затылок, жадно впился в мои губы

Смущения не было, стыда тоже. Все, что происходило с нами, было таким естественным и таким правильным. Я стонала и выгибалась под его руками, сама гладила его чуть влажную кожу, слегка царапая ее ногтями. Мужская ладонь скользнула между ног, и я покорно раздвинула бедра, всхлипнув от невыносимого наслаждения, когда умелые пальцы задвигались, сминая и тиская мои мокрые складочки. По телу расползался сладостный дурман, кожа горела, внизу живота наливался тугой колючий ком. Я уже не стонала, вскрикивала, металась по кровати. Несколько таких упоительных минут, и ком взорвался, прокатываясь по телу нестерпимо-приятными судорогами. Я закричала и обмякла, погружаясь в блаженную истому. Король лежал рядом, и его обжигающий взгляд я чувствовала кожей, словно он трогал меня своими сильными пальцами. Я поерзала, не открывая глаз, и с удовольствием ощутила возле бедра тугой восставший член. Опасно, ой как опасно… Истома быстро таяла, сменяясь знакомым возбуждением. Протянув руку, я несмело положила ее на мужскую напряженную плоть. Горячо… Приятно… Король от неожиданности отпрянул, а я нервно хихикнула: – Теперь моя очередь… От медленной чувственной улыбки, от полыхнувшего в глубине черных глаз жара по телу раскатились мурашки. Я поспешно отвернулась и, оседлав короля задом наперед, с любопытством уставилась на член. Не то чтобы я совсем не представляла, как выглядит мужской орган, но этот… Мамочки, под моим взглядом он, кажется, еще вырос! – О-о-о-о… – невольно выдохнула я, – Он такой большой… Я осеклась и покраснела, а король со смехом простонал: – Риаса… Давай ты не будешь болтать, а то я не выдержу… Я послушно закрыла рот и задумалась. Все, что я почерпнула из ночных шушуканий благовоспитанных девиц пансиона, это то, что надо водить вверх-вниз. Да-да, именно так. Я осторожно провела кончиками пальцев по напряженному, перевитому вздувшимися венами стволу вверх, потом вниз… Сзади зашипели, оттуда появилась сильная рука, накрыв мои пальцы, заставила их сжаться в кольцо вокруг горячей, немного пульсирующей плоти. Несколько направляющих движений, подсказок севшим голосом, и рука исчезла. Вот как, оказывается, нужно… Это было приятно, очень приятно, до покалывания в кончиках пальцев. Может, приличные девушки не должны такого чувствовать и даже делать, но мне нравилось ласкать напряженную большую штуку, ощущая ладонью гладкую кожу, сжимать, слышать короткое тяжелое дыхание за спиной.

Я думала, король оставит меня здесь и пойдет по своим государственным делам: щупать девственниц, объявлять и прекращать войны, казнить нерадивых магов – что там его сейчас может развлечь? Но он и не собирался меня оставлять. Вошел следом и задвинул засов. Не дав мне опомниться или сказать хоть слово, король с силой прижал меня к стене и навис надо мной. Сердце тут же рухнуло вниз и замерло, моментально стало жарко. Я подняла голову, и его глаза оказались напротив моих. Они горели странным огнем, от которого становилось страшно. И чем дольше я в них смотрела, тем больше слабела в его руках. Если ему все еще кажется, что он меня не касается, то он ошибается. Но что-то мне подсказывало, что сейчас неподходящий момент для разговоров об этом. – Вы не должны никуда и ни с кем ходить, – сказал он, склонив свое лицо так низко, что мое и его дыхание смешались, отчего в животе сладко заныло, а вся кожа покрылась мурашками.  – Никто не смеет к вам приближаться

Я выпрямилась и с вызовом сказала: – И что же вы намерены со мной делать? Он усмехнулся и рванул платье с моих плеч. Оно легко соскользнуло, подставив груди холодному воздуху.  Я ахнула и попыталась прикрыться руками, остро ощутив свою наготу и беззащитность. Подняла на него глаза, готовясь выдать гневную тираду, но наткнулась на равнодушно-насмешливый взгляд и осеклась. – Вы ожидали чего-то подобного? Я должен был на вас наброситься как матрос, полгода не видевший женщины? Он откровенно забавлялся. Я промолчала. – Чтобы мне захотелось до вас дотронуться, вам сначала нужно снять эту провонявшую сыростью и клопами тряпку, а потом несколько часов провести в пенной ванне. От стыда мои щеки вспыхнули огнем,  глаза предательски защипало. Я бы, может, и сама не отказалась от ванны и от чистой, приличной одежды. Да кто бы мне дал! – В таком случае я предпочитаю до конца жизни оставаться в этом платье! – Я упрямо вскинула подбородок и несколько раз моргнула, прогоняя непрошеные слезы. Ни за что не буду плакать. Ни за что не покажу ему свою слабость… Он посмотрел на менястраннымвзглядом.  Я бы даже не сказала, что понимаю, что значит этот взгляд. Король сердится? Недоволен? Или, напротив, заинтересован? – Боюсь,  я не могу вам этого позволить, – выдохнул он мне на ухо. А в следующее мгновение словно ветер, словно сквозняк скользнул вокруг тела. Одно быстрое, неуловимое движение – и вот уже платье изумрудными лоскутьями лежит на полу. Я стою перед королем обнаженная, а он прячет нож в ножны. Значит, правда. Все правда. Я застыла, не в силах сказать ни слова. 12 Он резко развернулся и вышел из комнаты, а я так и осталась стоять, не зная, что мне делать и куда идти. Наклонилась, попыталась поднять лоскуты и собрать из них что-нибудь, чем можно хоть как-то прикрыться, но нет. Единственное, что из этого теперь можно было сделать, это стеганое одеяло из лоскутов.