Глава 3. Душитель китайской революции

Мужчина с ногой, дергающейся в луже крови. Женщина с белыми от ненависти глазами. Лязг выстрелов и пули, летящие у меня над головой. Человек на странно тонких ногах, скрывающийся в толпе. Гонка по вымершим улицам…

Я и представить себе не могла, что такое произойдет через неделю с лишним в этом странном, полузнакомом городе, название которого означает «слияние мутных рек». Более того, уже на второй день после приезда я размышляла о том, как бороться с очевидно ожидавшей меня здесь скукой. Правда, здесь есть синема – стена к стене с обиталищем Магды и Тони, в последнем же мне явно придется проводить немало времени. Что ж, и за это спасибо.

А теперь – пора браться за дело.

– Дорогой Тони, – сказала я, усаживаясь в скрипучее ротанговое кресло и обмахиваясь номером «Малай моторист», – я очень благодарна вам за то, что вы согласились помочь мне в этом деле. Я бы даже сказала, что без вас я не смогла бы сделать ровным счетом ничего.

Тони, помещавшийся в своем инвалидном кресле, наклонил голову, овальные стеклышки его очков молочно блеснули.

– Он попросту счастлив помочь, – пояснила Магда, сидевшая в углу комнаты Тони на втором этаже «Колизеума» и беспокойно прислушивавшаяся к звонкам мороженщика на тротуаре. – Но скромность лишает его дара речи. Правда, не более чем на мгновение, предупреждаю тебя заранее.

– Сейчас я расскажу вам обоим, в чем состоит само дело, – продолжила я, – то самое дело, для которого мы сюда приехали, но сначала одна мелочь. Я услышала сегодня, когда вы вселялись, как Магда провозгласила: майор Энтони Дж. Херберт-младший. Скажите, Тони, вы ведь действительно майор? Я вдруг впервые задумалась, как мало о вас знаю…

– А что я сам знаю о себе, госпожа Амалия? – горестно-звенящим голосом отозвался Тони и покачал головой. – Что? А ведь так хочется знать и понимать самого себя абсолютно правильно. Насчет майора же – здесь все сложно, весьма сложно. Дело в том, что майор – это высший пик моей карьеры. А дальше со званием и с карьерой возникли проблемы.

– Для начала – майор какой армии? – подсказала Магда. – Кстати, Тони, мне стыдно, но я и сама не знаю. Точнее, не могу выговорить. И не очень хочу.

– Бэйянской, конечно. Она же – императорская, хотя с титулом тут вышла маленькая сложность, потому что наш патрон сначала согласился стать императором, потом отказался. Такая вот неприятная история. Если бы она сложилась по-другому, то меня сегодня здесь бы не было, дорогой мой птенчик (тут он повернул профиль с торчащей седоватой бородкой к Магде), а это было бы так грустно, согласись. Стоял бы я в императорских покоях, блестя полковничьими аксельбантами. Да нет же, генеральскими – уж не будем мелочны, – а ты бы играла на саксофоне…

– А я и так на нем играю, – прервала его Магда, показав крупные зубы. – Тони, объясни бедной неграмотной женщине – какой, к черту, император? в смысле – который? Понятно уже, что китайский, но мальчика же свергли. Когда я была еще почти девочкой, извини за выражение.