Эту книгу я решила прочитать сразу, как только глаза пробежали первые строчки предисловия:
«Если уткнуться носом в шейку ребенка, за ушком, глубоко вздохнуть и закрыть глаза, то на миг - очень короткий и одновременно бесконечный - можно ощутить то самое абсолютное счастье. Запах ребенка, младенца, невозможно описать. Самый сладкий запах на свете. Он сильнее афродизиаков и мощнее адреналина. Ради этого запаха можно отдать жизнь, не задумываясь. Им хочется задохнуться…».
Кто же из женщин не любит повспоминать детские годы своих детей? Особо прилежные ведут дневник и все записывают, ленивые – просто запоминают и потом рассказывают. Это вообще беспроигрышная тема в любой женской компании – одна история ведет за собой ряд других, похожих. И мне тоже по ходу вспомнились и халатналевусторону и разные носки и отчаяние: закончится этот день когда-нибудь, да что же он такой бесконечный?)) Чего же только не было! Смешных случаев не сосчитать, потому как детская фантазия, помноженная на отсутствие опыта и неистощимую энергию и любознательность безгранична.
Вот и книга «О чем говорят младенцы» тоже представляет собой дневник мамы двоих детей десяти и полутора лет. Правда, по замыслу автора, это вроде как взгляд на жизнь семьи глазами младшей дочки, но вы не заблуждайтесь: это просто мамин дневник. Не удалось Маше показать этот мир глазами младенца…
Дальше...
Нет, конечно же, когда дите хоть и взрослым тоном и голосом рассказывает и том, как ее кормят (а это целые спектакли!), как они гуляют ( полные опасных приключений выходы в свет), где, когда и как она умудрилась написать и накакать, а также о своих маленьких хитростях, страхах, радостях, проделках – это все понятно и занимательно. Но вот когда Сима начинает рассказывать длинные истории про родственников, друзей семьи, знакомых и знакомых знакомых, про сложные их взаимоотношения, тут уж возникает и растет непонимание: зачем? Это маме надо выговориться? Рассказать всем о своих прошлых обидах и неудачах? А я еще помню по прошлой книге («Вам выходить на следующей») это ее безудержное желание попугать чем-нибудь. Тут то-же. То вдруг примется рассказывать о том, какие вообще бабушки бывают жестокие и как они над внуками издеваются, такие глупые и безответственные. А то рассказывает об одном мальчике Антоне и его маме Наташе, которая решила воспитать из него настоящего мужчину в результате чего он сначала получил энурез, потом стал бояться воды, потом темноты, а затем начал заикаться. Далее отдельной группой идут соседи. Конечно же, сплошь злобные, языкастые, несдержанные. Случайные попутчики тоже не подарок: не встретилось за всю жизнь ни одного адекватного! Ага. Бедная Маша и ее детки! ))
К середине книги начала раздражать сама мама. Вечно истерит, на мужа наезжает, жалуется непрерывно, заполошная вся какая-то, несобранная, будто первый день замужем. Особенно не понравилась история с Днем рождения малышки. Неуж было с вечера не приготовить платье, не померить туфли? Нет, мы будем напяливать на орущего ребенка дареное платье на два размера больше и туфли на два размера меньше, только чтоб гостям понравиться. Вам смешно?
А обучение музыке! Как же, надо непременно дать музыкальное образование. Не важно, что учительница сказала, что у ребенка нет слуха и она с ним заниматься не будет. Надо, и Маша занималась. А теперь и сына своего Маша тоже заставляет, хоть он и бьется головой об клавиши, потому что слышала: «Занятия музыкой – это не прямой массаж головного мозга». Правда, смешно? Бабушка тоже, никого не спрашивая, тащит внука в шахматную секцию. Короче, это уже не только юмор, но и сатира на не в меру амбициозных взрослых, реализующих в детях свои упущенные возможности.
А вот понравилось про учебу сына. Подумалось что тоже, наверно, занимался по Занковской программе. Как вспомню эти задачи на логику и задачи по математике, сочинения и творческие задания, Бальмонт и Цветаева в четвертом классе, постановка «Синей птицы» Метерлинка, ой, а еще это ДПИ: смастерить из теста, из пластилина, из ниток, из зерен, из проволоки, из тряпок, из листьев-цветов, мятой бумаги, из … ох, всего не перечислить!)) Но вообще-то чаще этот маленький философ раздражал: когда что-то случалось и все стояли на ушах, он спокойным тоном выдавал какой-нить остроумный комментарий, оставаясь сторонним наблюдателем. Даже когда мама его скатилась кубарем с лестницы, он не кинулся ей помогать и спрашивать, не ушиблась ли, а невозмутимо сказал: «Что-то на тебя сегодня падучая напала, но я в этом не виноват».
При всем при этом феерическом потоке невыдуманных историй мне еще не хватило здесь какой-то теплоты, душевности. Вот той, которая есть в книгах Драгунского, Носова, Успенского… Даже просто тишины, минут умиления, единения всех. Были ведь минуты, когда не надо было никого ловить, заставлять, вразумлять, но мало их здесь. В силу вышеперечисленных причин я уже собиралась поставить две звездочки, но предисловие и заключение примирили меня с этой книгой и я решилась на три. Да, это не шедевр, но в рамках «женского романа» смотрится неплохо.
