Цитаты из книг автора «Маршалл Розенберг»

Разговор теряет живость, когда мы теряем связь с чувствами и потребностями, порождающими слова собеседника, а также с запросом, связанным с этими потребностями. Это часто происходит, когда люди говорят, не осознавая, чтó они чувствуют, в чем нуждаются или о чем просят.

Третья составляющая ННО заключается в признании потребностей, которые скрываются за нашими чувствами. Слова и действия других могут быть стимулом, но ни в коем случае не причиной наших чувств. Когда кто-то высказывается негативно, у нас есть четыре варианта реакции: 1) обвинить себя; 2) обвинить других; 3) ощутить собственные чувства и потребности; 4) ощутить чувства и потребности, которые скрываются за негативным высказыванием другого человека. Осуждение, критика, диагностика и толкование чужого поведения – это формы искаженного выражения наших собственных потребностей и ценностей. Когда другие слышат критику, они склонны направлять энергию на самозащиту или нападение. Чем лучше мы можем устанавливать контакт между своими чувствами и потребностями, тем легче будет для других сопереживать нам. Вести себя таким образом в мире, где мы часто подвергаемся жестокому осуждению за определение и высказывание своих потребностей, может быть очень страшно, особенно для женщин, которых в ходе социализации обучают отказываться от своих потребностей ради заботы о других. В процессе развития эмоциональной ответственности большинство из нас проходят следующие стадии: 1) эмоциональное рабство, когда мы считаем себя ответственными за чувства других; 2) стадия нетерпимости, когда мы отказываемся думать о чувствах и потребностях других; 3) эмоциональное освобождение, когда мы полностью берем на себя ответственность за наши чувства, но не за чувства других и осознаем, что удовлетворить наши потребности за чужой счет ни в коем случае нельзя.

Третья составляющая ННО подразумевает признание истоков наших

Этот студент, конечно же, испытывал сильные чувства. К сожалению, он не умел их осознавать, не говоря уже о том, чтобы выражать их. Эти сложности с распознаванием и выражением чувств присущи многим, особенно юристам, инженерам, полицейским, руководителям корпораций и кадровым военным – то есть людям, работающим в тех сферах, где профессиональная этика не поощряет выражение эмоций. Если человек неспособен выражать свои эмоции, это становится тяжелым испытанием для его родственников. Риба Макинтайр, певица в стиле кантри, написала после смерти своего отца песню, которую назвала «Мой величайший незнакомец». Несомненно, она выразила чувства многих людей, которые так и не смогли установить нужных им эмоциональных связей со своими отцами.

нашему состоянию, диагнозу, личной или психологической истории: «Я пью, потому что алкоголик»; • действиям других: «Я ударил своего ребенка, потому что он выбежал на улицу»; • диктату власти: «Я солгал клиенту по приказу начальника»; • давлению группы: «Я начал курить, потому что все мои друзья курят»; • институционной политике, правилам и распоряжениям: «Я должен задержать вас за это нарушение, потому что такова политика школы»; • гендерным, социальным или возрастным ролям: «Терпеть не могу ходить на работу, но должен, потому что я муж и отец»; • неконтролируемым импульсам: «Я не мог бороться с желанием съесть этот шоколадный батончик».

психологического или физического, будь то в семье, племени или государстве, – это способ мышления, который ищет причину конфликта в неправильности противника. Из этого проистекает неспособность воспринимать себя или других с позиции уязвимости, то есть думать о том, чтó мы можем чувствовать, чего боимся, к чему стремимся, чего нам не хватает и так далее. Мы увидели этот опасный способ мышления во время холодной войны. Наши лидеры воспринимали СССР как «империю зла», стремившуюся уничтожить американский образ жизни. Советские лидеры говорили о народе Соединенных Штатов как об «империалистах-угнетателях», которые пытаются всех подчинить себе. Ни одна из сторон не признавала страха, таившегося под этими ярлыками.

Корень многих (если не всех) случаев насилия – вербального, психологиче

Врач пишет: Я все более активно использую ННО в своей медицинской практике. Некоторые пациенты спрашивают, не психолог ли я. Они говорят, что обычно их лечащих врачей не интересует, как они живут и как справляются со своими болезнями. ННО помогает мне понять потребности пациентов и то, что этим людям нужно услышать в тот или иной момент. Для меня это особенно полезно при общении с пациентами, у которых гемофилия или СПИД, потому что обычно они испытывают такую сильную боль и гнев, что это существенно отражается на отношениях между пациентом и лечащим врачом. Недавно женщина, страдающая от СПИДа, которую я лечу уже пять лет, сказала мне, что ей больше всего помогли мои попытки найти для нее возможности радоваться повседневной жизни. В этом использование ННО очень мне помогает. В прошлом часто случалось, что я, зная о смертельном диагнозе пациента, сам поддавался мыслям о летальном исходе и мне было тяжело искренне поддерживать пациентов. При помощи ННО я выработал в себе новое сознание и новый язык. Я просто поражен тому, насколько это соответствует моей медицинской практике. Я работаю все более энергично и радостно по мере того, как вовлекаюсь в прекрасный танец ННО.

А для того, чтобы выразить Мою любовь к тебе. Возможно, лучший подарок — Это красиво принимать. Для меня это — Единое целое. Когда ты что-то даешь мне, Я в ответ дарю тебе свое принятие. Когда ты берешь у меня, Это величайший дар.

Делая акцент на глубоком слушании – других и нас самих, – ННО способствует уважению, внимательности и эмпатии, а также порождает взаимное желание давать от всего сердца.