Ритмы Сеула

Прошла неделя с тех пор, как Мария оказалась в 2005 году. Она постепенно привыкала к своему новому-старому телу и ситуации. Удивительно, но корейский язык действительно давался ей легко, а корейская еда, которую она раньше пробовала только в ресторанах, теперь казалась привычной. Каждое утро начиналось с одного и того же ритуала.

– Мария-щи, ты сегодня идёшь на лекции? – спросила Минджи, ловко управляясь с кастрюлькой, в которой варился рамен с яйцом.

– Да, конечно. А потом… – Мария запнулась, доставая из холодильника банку с кимчи. Еще вчера этот факт казался ей странным, но сегодня она просто приняла его как данность. – А потом встречаюсь с Гон Ю и Дон Уком.

– Ого! – Минджи так поразилась, что чуть не выронила палочки. – Ты встречаешься с двумя актерами одновременно? Настоящими, с экрана!

– Не встречаюсь, а иду на встречу, – засмеялась Мария, наливая себе чай. – Мы просто друзья. Они помогают мне практиковать корейский.

– Да ладно тебе! – Минджи подмигнула. – Я видела, как они на тебя смотрят. Особенно Дон Ук. У него глаза горят, когда он с тобой говорит, будто он щенок, нашедший самый вкусный пряник.

Мария почувствовала, как краснеют щеки. Ей было сорок два года в душе, но тело реагировало как двадцатилетнее, предательски выдавая смущение учащенным сердцебиением.

– Не говори глупости. Они просто вежливые.

– Вежливые? – фыркнула Минджи. – Гон Ю в прошлый раз нес твой рюкзак, как драгоценную реликвию, а Дон Ук чуть не подрался с парнем из-за того, что тот случайно толкнул тебя в метро. Мария-щи, ты понимаешь, что половина девушек в Корее мечтает оказаться на твоём месте?

После лекций по корейской литературе Мария встретилась с Гон Ю у фонтана перед главным корпусом университета. Он уже ждал ее, прислонившись к велосипеду, и в руках у него была гитара в чехле.

– Ты не представляешь, как сложно петь "Катюшу"! – сказал он вместо приветствия, его глаза смеялись. – Я репетировал всю ночь. Мои соседи думали, я сошел с ума.

Они нашли уединенную скамейку в парке, и Гон Ю, сконцентрировавшись, заиграл. Звуки русской народной песни в обрамлении корейского акцента и акустической гитары звучали настолько сюрреалистично, что Мария не могла сдержать улыбки.

– "Расцветали яблони и груши, поплы-ли туманы над рекой…" – он пел с таким искренним старанием, что это было одновременно трогательно и забавно.

– Похоже на то, как будто "Катюша" попала в K-pop группу, – не удержалась Мария, когда он закончил.

– Это хорошо или плохо? – тут же спросил он, и в его взгляде мелькнула настоящая тревога.

– Это прекрасно! – поспешила успокоить его Мария. – Ты хорошо поешь. Тебе стоит попробовать себя в музыкальных дорамах.

– Думаешь? – он отложил гитару, явно польщенный.

– Уверена. У тебя бархатный голос. И вообще… – она помолчала, подбирая слова. – Ты не боишься быть разным? Выходить за рамки?

– Что ты имеешь в виду?

– Ну, играть разные роли. Не только романтических героев. Что-то серьезное, драматичное. Может, даже антигероя.

Гон Ю задумался, глядя на проплывающие в небе облака.

–Я об этом думаю. Хочется оставить след. Не просто быть "еще одним красивым лицом", которое влюбляется в главную героиню на пятнадцатой серии.

– Ты сможешь. Я уверена, – сказала Мария с теплотой в голосе. – Ты будешь играть в фильмах, которые покажут на Каннском и Венецианском фестивалях. Получишь награды. Все будут говорить: "Вот это актер!"

– Откуда ты знаешь? – он посмотрел на нее с любопытством, смешанным с недоверием.

– Просто знаю, – улыбнулась Мария, поднося палец к губам. – У меня хорошая интуиция на таланты.

Вечером к ним присоединился Дон Ук, и они отправились в норэбан в районе Хондэ. Мария впервые оказалась в настоящем корейском караоке, а не в стилизованном под корейский в Москве. Комнатка была маленькой, увешанной зеркалами и неоновыми вывесками, а в углу стояла огромная караоке-машина с сенсорным экраном, который казался сейчас верхом технологий.

– Твоя очередь, русская принцесса! – провозгласил Дон Ук, протягивая ей микрофон с таким пафосом, будто вручал оскаровскую статуэтку.

– Я не знаю корейских песен!

– Тогда что-нибудь русское! Эксклюзив! – настаивал он.

Мария поколебалась и выбрала "Миллион алых роз". Когда знакомый вступление заполнило комнату, она закрыла глаза и начала петь. Она пела о любви, о безумии, о жертве, а двое молодых актеров сидели, зачарованные мелодией и страстью, звучавшей в ее голосе, хотя они не понимали ни слова.

– Это… очень грустная песня, – тихо сказал Гон Ю, когда последняя нота затихла. – Я почувствовал это.

– Да. Про художника, который продал все свое имущество и купил миллион роз, чтобы усыпить ими улицу перед домом возлюбленной.

– Романтично, – заключил Дон Ук, скрестив руки на груди. – Но глуповато. Лучше бы нарисовал ей портрет. Или купил практичный подарок.

– А ты разве не романтик? – подняла бровь Мария.

– Стараюсь быть, – он хитро улыбнулся. – Правда, пока не очень получается. Мои бывшие девушки подтвердят.

– Не верю. Ты будешь играть таких романтиков, что женщины по всей Азии будут падать в обморок от твоих взглядов.

– Опять твои предсказания? – рассмеялся Дон Ук. – Ладно, а что насчет моего личного будущего? Кого я полюблю? Как она будет выглядеть?

Мария посмотрела на него внимательно. Он был красив этой дерзкой, немного мальчишеской красотой, полной жизни и энергии. В другой ситуации, в другое время… Но она знала, что все это временно. Рано или поздно ей придется вернуться в свою реальность, где он – знаменитость с многолетней карьерой.

– Ты полюбишь девушку. Красивую, умную, сильную. Будете очень счастливы, – сказала она обезличенно, как гороскоп.

– А ты? – неожиданно, мягко спросил Гон Ю. – Кого полюбишь ты?

Мария замерла. Как ответить на этот вопрос? Сказать, что она уже любила, выходила замуж, рожала детей, переживала ссоры и развод? Что ее сердце носит шрамы, невидимые глазу?

– Я… я не знаю. Может быть, любовь еще впереди, – выдохнула она.

– А может, она уже где-то совсем рядом? – тихо, но отчетливо сказал Дон Ук, глядя ей прямо в глаза.

В воздухе повисла напряженная, сладкая тишина, нарушаемая лишь тихим гудением аппаратуры. Мария чувствовала, как учащается ее пульс. Ей так хотелось поддаться этому чувству, забыть о своем настоящем возрасте, о взрослых детях, о всей той сложной жизни, что осталась позади. Но…

– А теперь давайте дуэтом! – почти выкрикнула она, пытаясь разрядить атмосферу. – Дон Ук-сси, покажите, на что вы способны! "Гангнам Стайл" еще не придумали, так что давайте что-то из H.O.T.!