19.06.2767г. (двадцать четыре года до начала Эры Объединения)
Как бы ни мечтал Даур Саниро поскорее попасть в гости к сёстрам Натари, его планы ничего не значили для службы безопасности Алмарана. В тот вечер, когда он уже привёл себя в порядок и размышлял, стоит ли озаботиться цветами, его вызвали на вокзал – прошла информация о теракте. Даур не хотел себе признаться, но почувствовал облегчение. Спецоперация, погони, засады, допросы, драки – всё это было для него привычно, понятно и даже нравилось чувство выполненного долга. А вот несколько часов в обществе приличных девушек, одну из которых он безмерно уважает, а от другой просто теряет рассудок, казались куда как страшнее. Вообще-то женщины его любили, некоторые даже задерживались при нём на пару месяцев, но это было всё не то. С сестрами Натари он чувствовал себя чумазым пацаном из трущоб, которого занесло к витринам кондитерской верхнего города. И даже денег в грязной ладошке достаточно, но шагнуть в царство блеска, изысканных сладостей и недосягаемого блаженства он не может.
Когда оттягивать визит было просто неприлично, Даур раздобыл за страшные деньги настоящий живой цветок в горшочке и за пять минут до назначенного часа уже топтался у дверей Натари.
Это был лучший, хоть и непростой вечер за все двадцать лет его жизни. Как обомлел на пороге, так и расслабился только вернувшись в казармы.
Началось всё с того, что Айна Натари вдруг оделась как респектабельная дама, а не отчисленная студентка-бунтарка. Вечерняя высокая прическа, макияж, нежно-кремовое платье с голой спиной и тонкая нитка жемчуга превратили вечно лохматую девицу в сказочную фею, мечту, видение. Риха в её переливающемся и смелом брючном костюме выглядела ярче, изящнее и красивее, но этому Даур как раз и не удивился.
Когда закончилась первая порция неуклюжих комплиментов, Айна быстро развеяла благочестивую атмосферу:
– Спасибо, конечно, но это в первый и последний раз. Я просто проиграла ей небольшой спор, – она кивнула на сестру, – вот и пришлось рядиться.
– Надо же хоть как-то тебя заставлять следить за своим видом, – улыбнулась Риха, довольная произведенным эффектом. – Прошу к столу, командир Саниро.
– Сотник, – смущаясь, поправил её Даур и указал на золотое шитье на плече.
– Ого! Так вас повысили? Сколько джиблов для этого надо было извести? – ядовито поинтересовалась Айна.
– Айна, не начинай! – с огорчением всплеснула руками Риха.
– Я не извожу джиблов, я просто охраняю город и людей. Убийство – крайняя мера и для приведения приговора в исполнение существуют специальные люди. – довольно резко ответил Даур.
– Н-да? – Айна смерила его сомневающимся взглядом и тут же светски широко улыбнулась, – Тогда ладно, оставим тему.
Стол у окна, за которым горело оранжевым вечернее море, сиял и переливался, как костюм Рихи. Богатейший набор цветных вкусовых капсул в серебряной старинной капсульнице, чеканные мисочки с жидкой синтепастой, изящные щипчики для капсул, блюдца разных размеров с густой и твёрдой синтепастой и несколько видов бокалов. Графины с искрящимися напитками пускали зайчики, если на них попадал луч закатного солнца. Даур сдержал восторженный вздох и почувствовал, что дико голоден. Тем более, что такого обилия капсул он ни разу не видел. И всё же что-то его озадачило.
– Почему вы не садитесь, Даур? – поинтересовалась Риха, расправляя на коленях тончайшую салфетку, этот ненужный пережиток прошлого.
– Прошу прощения, меня смутили бокалы.
– А что с ними не так? – быстро спросила Айна.
– Возможно, я покажусь вам провинциалом, но обычно при таком количестве напитков должен быть ещё маленький круглый для ликёрина, плюс у них нарушен строй.
– А-а-а-а! – заверещала Айна так, что Даур подпрыгнул, и захлопала в ладони. – Я говорила! Я верила в него!
– Извините нас, Даур, – Риха старательно прятала улыбку, – просто Айна предложила проверить ваш застольный опыт.
– Нет, не так! – вклинилась младшая сестра. – Мы обсуждали напитки, Риха решила, что вам всё равно и можно ограничиться парой наименований. Я была против, гулять так гулять. Она сказала, что это ненужная сервировка, которая вас только отвлечет и смутит, ведь вам невдомек все эти светские правила. А я сказала, что вы свой в каждом приличном кабаке этого города и не можете не разбираться в сервировке выпивки. И теперь она должна мне желание!
– Мы в военном интернате изучали не только искусство охраны и защиты, – уязвленно сказал Даур. – Каждый генерал должен быть светским человеком, даже на периферии.
– А вы у нас будущий генерал, конечно же? – подколола его Айна.
– Надеюсь, – он взял запотевший графин с игристым как положено, двумя руками.
Ужин прошёл весело, хотя в основном веселились сёстры, заставляя Даура угадывать, вкус какого именно блюда таится в каждой капсуле. Оказалось, что Риха две недели готовилась к этому дню и лично создала в лаборатории несколько добавок, вызывающих уникальные вкусовые ощущения.
Потом Даур вежливо рассматривал семейные хроники и пытался запомнить всё, что рассказывала Риха, но в мыслях был рядом с Айной, которая не захотела участвовать во всём этом и уединилась в дальнем углу комнаты с блокнотом и карандашом. Она распустила прическу и сменила платье на домашний комбинезон, хоть Риха и пыталась призвать ее к соблюдению приличий. Даур украдкой сравнивал их и удивлялся, как в одной семье могли получиться такие разные девушки. Риха была совершенством, небожительницей, а её сестра… она была просто свежим воздухом, без которого Дауру обходиться становилось всё сложнее.
Когда пришло время прощаться, Даур рассыпался в благодарностях, как умел, и пообещал Рихе раз в месяц ужинать у них. Он сделал всего несколько шагов от их дома и остановился. Верхний Алмаран, чистый, респектабельный, сияющий, был пуст. Здесь не принято поздно гулять, ни один уважающий себя магазин не работал после заката. Два-три роскошных и безумно дорогих ночных клуба не имели даже вывесок. Принимали там только своих и могли похвалиться лучшей звукоизоляцией в обитаемом мире. Так что на одиноко стоящего и глупо улыбающегося куполу человека некому было обратить внимание. Тем неожиданнее был голос из-за спины:
– Вы что, дорогу забыли?
Айна в её привычном обличие весело блестела зубами.
– Нет, так… – растерялся Даур, – дышу вот. Переел.
– Нашли, чем дышать.
– Мне нравится.
– А мне нет. – она помолчала, что-то обдумывая. – А пошли в кабак?
– В смысле?
– Ну в смысле накидаемся нереспектабельной ерунды, будем швыряться салфетками и бегать от патрулей.
– От патрулей? – ему стало весело.
– Ох, чёрт, ты ж сам охранка. Кстати, меня бесит вся эта ненастоящая вежливость. Давай на «ты»? – Айна протянула руку.
– Давай, – от короткого рукопожатия Дауру стало тепло и холодно одновременно.
– Тогда, раз ты патруль, просто проводи меня куда-нибудь в веселое место, а утром забери. Сможешь?
– Ну… я-то смогу, а что скажет сестра?
– Она должна мне желание. Я пожелала всю ночь куролесить. Всё честно.
Даур задумался ненадолго и вызвал служебный электрокар. Через полчаса машина оставила их перед узким темным проулком в нижнем городе.
– Ого! – весело изумилась Айна. – Куда ты меня завёз?
Даур не ответил, взял её за руку и повёл к вывеске, которую можно было прочитать, только стоя строго под ней.
– Солёный сахар? – вслух прочитала Айна и вытаращилась на Даура. – Серьёзно? Верхним сюда невозможно попасть!
– Кому как.
Почти волоча Айну за собой, Даур протиснулся сквозь гудящую толпу к барной стойке и сделал знак бармену. К удивлению Айны, тот бросил наполовину налитый бокал и моментально оказался перед Дауром.
– Сотник Саниро, какая честь! – испуганно-радостно сообщил он.
– Садар, вот это самая важная персона города. Она желает веселиться у вас до утра. Следить, беречь, радовать. Я лично приеду за ней с утренним патрулем. Вопросы?
– Никаких. Совсем никаких, – радостно и облегченно выдохнул бармен Садар.
– Ну, хорошо повеселиться, госпожа Натари, – слегка поклонился Даур, стараясь не показать, как ему приятен немой восторг Айны, – буду утром.
– Ты… ты самый крутой в этом городе! – крикнула она ему вслед, а потом повернулась к бармену, – Погнали! Самое весёлое наливай, да побольше!
Первый утренний патруль подошёл к «Солёному Сахару» в семь часов утра, а уже в семь тридцать Даур сидел на диване у Рихи Натари и пытался её успокоить. Айна незаметно для всех покинула бар ещё ночью, в соседних заведениях не появлялась и домой не вернулась.
2-й месяц, 199-й год Эры Объединения
Длинная вереница детей в ярких экскурсионных шлемах начала уже раздражать Дану. Сначала постоянный гвалт и беготня на пароме, теперь у входя в музей. Милая, но замученная наставница, чуть старше Даны, постоянно извинялась перед немногочисленными туристами. Впрочем, кроме Даны никому детский гомон не мешал. Развалины города были только частью исторического мемориала «Круг Алмарана», и всегда можно было выбрать другой экскурсионный маршрут.
Дана предъявила студенческую карту, получила специальный пропуск с надписью «Сотрудник» и с удовольствием шмыгнула в служебный лифт под завистливыми взглядами пожилой пары, которой пришлось делить общий лифт с детской экскурсией.
Она вышла на смотровой площадке верхнего Алмарана и некоторое время просто стояла, разглядывая далекие Джибларские горы. Она пока смутно представляла, куда именно должна заглянуть в комплексе, который знала лучше, чем свой любимый шкаф с детскими игрушками. Впервые Дана пришла сюда такой же шумной и любопытной школьницей. Похоже, шлемы с тех пор и не подумали обновить. Пришла и влюбилась в развалины. Она даже не старалась запомнить контуры макета–реконструкции в одну десятую натуральной величины Алмарана. Ей нравилось самой достраивать в голове разрушенный купол, стену, перекрытия, технические тоннели и респектабельные улицы верхнего города. Когда студенческая карта истфака дала ей возможность бесплатно посещать все музеи, до которых только можно добраться, она почти полгода только и делала, что ходила по ним. И даже не удивилась, когда после первой же сессии ее ставили в пример всему курсу, ведь она могла провести экскурсию с завязанными глазами не только по Алмарану, но и по пещерам Оттара, и в частично перестроенном Нирасаре. Дана Ясири знала об этих городах всё, что было известно истории. Вернее, она думала, что знала всё.
Подводное убежище неизвестного существа прямо под Алмараном издевательски сомневалось в знаниях Даны и с этим нужно было что-то делать.
Дана активировала планшет с навигатором и прикинула проекцию взорванного тоннеля на город. Строго вверх было бы бессмысленно, ведь тогда он выходил за стены. Слишком полого – не рационально. Оставался такой угол, под которым можно было подняться в Алмаран без механических приспособлений. Получалось, что таинственный житель комнаты с архивом на незнакомом языке мог попасть в нижний город в районе складов фабрики здорового питания. Она не стала пользоваться лифтом, было приятно в сотый раз пройтись по служебным лестницам. Но когда перед ней разъехалась дверь, ведущая к руинам фабрики, Дана мысленно застонала.
Ручеёк разноцветных шлемов закрутился вокруг неё.
– Здрассте! А вы тут работаете? – бойко дернул её за рукав кругломордый мальчишка в синем.
– Вроде того, – Дана не смогла сдержать улыбки, до того забавно он выглядел с картой города и металлоискателем.
– Может, вы видели, куда от нас спрятали призовые гильзы?
– А разве вы не должны их сами искать?
– Должны, – вздохнул мальчишка, – но я всегда самый последний. Ни разу ещё бонуса не заработал.
– Хочешь расскажу один секрет, его точно из ваших никто не знает?
– Ага!
– Смотри, – Дана присела перед ним на корточки и взяла карту, – вот здесь, в среднем городе есть место, где исследователи обнаружили захоронение двадцати молодых мужчин. Они не погибли во время Тревзрывия, их замуровали живыми, уже после. Они пытались выбраться, но не смогли и умерли один за другим от недостатка свежего воздуха и питания. Кто с ними так поступил и почему, мы не знаем. Оставили эту общую могилу без вывески и информ-щита, чтобы не расстраивать малышей и старушек-туристок. Но ты ведь уже взрослый?
Мальчишка сглотнул и молча кивнул.
– На стене увидишь цифру «двадцать» в квадратике. Это оно и есть. Твоя наставница просто обязана тебе дать бонус за такую тайну.
Не успел притихший любитель секретов отойти от Даны, над толкающимися детьми прозвучал уверенный и звонкий голос:
– Итак, все внимание! Я задаю вопрос, отвечает тот, кого коснусь. Готовы?
– Да! Да! Да! – с энтузиазмом заверещало сборище цветных шлемов на разные голоса.
– Что здесь было? – театральный жест влево и лёгкий стук указкой по розовому шлему.
– Фабрика здорового питания, где из водорослей, грибов и бактерий изготавливали сбалансированную и полезную синтепасту! – с готовностью протараторила девочка в розовом.
– Кто руководил здоровым питанием в Алмаране? – стук указкой по оранжевому шлему с белой полосой.
– Великая Наставница Риха Натари! Она была выдающимся биохимиком и самой знаменитой и богатой ученой женщиной до Тревзрывия! – радостно выдала девочка в оранжевом.
– А зачем вообще нужна была эта фабрика? – стук по салатовому шлему в белый горох.
– Человечеству не хватало продовольствия, сельское хозяйство пришло в упадок из–за экологических и климатических проблем, а новые биотехнологии давали неограниченные возможности!
– Почему мы сейчас не используем такие фабрики? – указка переместилась к черно–жёлтому шлему.
– Потому что в Эру Объединения вошли только избранные, – солидно прогудел полный мальчик в черно-желтом. – Их было так мало, что хватило натуральной еды, а потом климат изменился благодаря заботам Великого Фисара и сельское хозяйство оживилось.
– Нет, потому что все фабрики сломались, и никто не умел их восстановить! – вклинилась уже отвечавшая девочка в оранжевом, и началась суматоха. Дети старательно перекрикивали друг друга.
– Нет, Риха Натари могла бы, но не захотела, потому что она рассердилась на всех, кто воевал, и стала отшельницей!
– Никто не успел повоевать, Тревзрывие везде одновременно шарахнуло!
– Да конечно! Была же война, когда джиблы и мединары воевали!
– Ты тупая, это было за тысячу лет до рождения Рихи Натари!
– Сама тупая!
– Прекратить! – взвизгнула наставница и застучала указкой по ближайшему информ-щиту, отчего звон пошел по всей улице.
Дана не стала дожидаться окончания школьного исторического диспута и неторопливо пошла вдоль улицы, пытаясь понять, что же ей тут искать. Ответ пришёл быстрее, чем она ожидала. Глухой проулок с единственной давно и намертво заклинившей дверью, где обычно прятались влюблённые студенты–практиканты, был перегорожен строительно-ремонтным заборчиком. Надпись сурово обещала угрозу для жизни из-за обвала и запрещала соваться до окончания работ. Дата «04.06.198» всё объясняла. Именно эта дата стояла в последней записи Даны на бортовом самописце. Она вздохнула. За пять месяцев никто ничего не сделал. И долго еще не сделает. Средства на развитие и процветание выделяются только одному музею – дворцу Отца Народов, остальные должны выкручиваться сами.
– Нашли что-то интересное? – прозвучал у нее над ухом знакомый голос.
Амир на этот раз был не в чёрном и казался моложе. В руке он держал такой же планшет-навигатор, что и у Даны.
– Вам-то что? – насупилась она.
– Да так. Подумал, мы можем объединиться.
– Вы мне даром не нужны!
– Это спорно.
– Как вы вообще меня здесь нашли? – прищурилась Дана.
– Легко, – Амир усмехнулся. – Ваш пропуск зарегистрирован в системе безопасности музея. У меня есть возможность получить все данные у службы охраны. Вы скорее всего решили искать второй выход из того убежища, я прав?
– И?
– Вам тут одной не справиться. Нужно спецоборудование, помощник и минимум свидетелей.
– Возможно, но вы мне точно тут не нужны!
– А если я скажу, что передумал и хочу вам помочь докопаться до истины?
– С чего это вы вдруг мне поверили?
– Не вам, а содержимому вашего рюкзака.
– Что??? – вытаращилась Дана.
О проекте
О подписке
Другие проекты