Цитаты из книг автора «Мария Манич»

Парень не двигается. Его взгляд падает на мои губы, а мой – на его. Сердце начинает колотиться, потому что он медленно склоняет голову, неотрывно глядя мне глаза. Они у него… зелёные?… Я что, под кайфом?! Что я делаю?! Его лицо оказывается так близко, что можно пересчитать каждую ресничку. Чувствую его дыхание на своей щеке. Тяну носом воздух вперемешку с терпким запахом его парфюма, когда тёплые губы легко касаются моих. Мои веки падают. Вздрагиваю, вцепившись пальцами в футболку на его груди и не дыша. Помедлив немного и не получив по роже, он стальными тисками сжимает мою талию, одновременно с этим медленно раскрывая мои губы языком. Колени подгибаются. Хватаюсь рукой за голый татуированный бицепс. Его рука пробирается под мою куртку и сгребает в кулак жакет на спине. Сильнее склонив набок голову, он впивается в мой рот жадным поцелуем, находя мой язык своим. – М-м-м-м-м… – выдыхаю я, пошатываясь. Мамочки, что я делаю?! Его рот тёплый и гладкий. Безумно приятный на вкус… мята и кофе… Сжимаю бёдра. Его язык такой наглый, но осторожный… Обвиваю рукой крепкую наглую шею, вставая на носочки. Сама жмусь к нему всем телом. Он играет с моим языком и идёт на новый заход с шумным вдохом. В живот ударяет каменная эрекция, которую чувствую даже через куртку. Выгибаюсь со стоном, потираясь о его ногу своей. Парень резко разрывает поцелуй, отодвинув меня за плечи и просипев: – Ни хрена себе…

Пытаюсь сделать ещё один шаг, но вместо этого скольжу вниз, размахивая руками, визжа и набирая скорость. В панике отрываю глаза от своих ног и вижу широкую спину, обтянутую чёрной футболкой. И татуированные руки, лежащие в передних карманах джинсов. О… нет, нет, нет… – А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!.. – кричу, пытаясь тормозить. Парень резко оборачивается, удивлённо расширяя глаза и без раздумий раскидывая для меня руки. Наши глаза встречаются на секунду, прежде чем влетаю в него на полном ходу, и мы обнимаемся крест-накрест, как самые лучшие друзья! – А-а-а-а-а-ай!.. – пищу, врезаясь носом в его грудь. Пошатнувшись, он делает шаг назад, но твёрдо тормозит своё и моё движение с хриплым: – Попалась…

– Мы поедем с тобой? – Есть еще варианты? Можешь забуриться к предкам, они будут рады устроить тебе допрос с пристрастием. – Я открытая книга. – Скажи еще с безупречной как у ангела репутацией? – хмыкает Андрей. Он оценивающе оглядывает меня с головы до ног. В долгу не остаюсь. Оскаливаюсь. – Если надо, у меня и нимб над башкой засветится, – уверяю.

Я вижу зеленый бомбер Громова и его покрытую бейсболкой голову на противоположном конце двора. Он и правда здесь. Не соврал. Меряет шагами бордюр и, судя по движению его руки, курит. Неизведанное до этого чувство нежности лавой разливается в моей груди.

Что слушаешь? – спрашиваю тихо, заметив в ее маленьком ушке белый наушник. Вытаскивает из кармана яркий радужный футляр и, достав второй наушник, безмолвно протягивает мне. Наклоняю голову и, повернувшись в ее сторону, даю ей возможность самой его вставить. Лера медлит всего секунду, а потом ее пальцы аккуратно касаются моего уха. По венам разливается тепло от этого прикосновения. В груди словно раздувается огромный шар. О сексе в этот момент совсем не думаю. Это непохоже на прилив возбуждения, который обычно оседает тягостной пульсацией в паху. Это что-то иное, ничто не напоминающее.

Строптивая и сложная. Ничего не меняется. Но я не собираюсь так быстро сдаваться или сливаться. Мне все в кайф. Впервые за последний чертовски сложный и темный год я ощущаю себя живым.

Да, я реально хочу прокатиться с ней в семь тридцать утра на автобусе, битком набитом людьми, и да, я собираюсь подождать, пока она закончит свои дела в универе, и съездить с ней за ее машиной. Зачем мне это надо? Да хер знает. Просто хочу тусоваться с Лерой рядом. Даже если она смотрит на меня как на подсохшее на солнце говно, то есть без всякого эмоционального окраса. Еще проще – никак.

Звоню папе, и он говорит, что «моего» парня приняли, подлатали и оставили отдыхать, накачав обезболивающим! Его можно будет навестить завтра. Твою мать, теперь всё отделение и вся больница будут обсуждать эту новость. Дома от расспросов тоже не отвертеться. – И, Валерия, сейчас к тебе спустится медсестра. Забери у неё вещи мальчика своего и телефон. Нужно найти родных и документы, чтобы оформить как надо. Не срочно, конечно, но это сделать надо. Чтобы потом не было проблем. Поняла? – говорит папа.

– Друг. – Твой? – Нет, конечно, этого самоубийцы, – кивком показываю на трек. – Как ты его, «любя», – усмехается невесело брат. – Запретила бы. Он бы и не поехал. Или у тебя нет власти над собственным парнем? Да они все издеваются? – Он не мой парень! – Поэтому ты не сводишь с него взгляда?

Умная. Красивая. Сложная.  Хочу её себе.