Глава 3. «Нерушимые препятствия»

«Человек – самое одинокое существо на планете. Никому не понять твоих чувств. Ты всегда будешь один на один со своими мыслями, будешь бороться, противостоять им, но никто не поймёт тебя так, как ты сам».

Рэй

Мне необходимо немного времени, чтобы всё обдумать. Мальчик напуган, он больше не в состоянии терпеть побои от отца. Сегодня вечером я снова с ним встречусь, только на этот раз мне нужно подготовить мальчика к тому, что отца он всё-таки лишится. Как же долго я вынашивал эти мысли в своей голове – лет так двадцать уж точно. Сколько всего вижу, пока работаю в этой клинике! Самые отмороженные люди пытаются обдурить государство, и у них это неплохо получается! Вот только я вижу их насквозь.

Как только я начал вести частные приёмы помимо больницы, всё чаще сталкивался с абсолютной бесчеловечностью. В большинстве случаев, естественно, страдают дети. Некоторые из них годами терпят издевательства от собственных родителей. Пока я в состоянии помочь, нужно что-то сделать. Мы не должны решать судьбу другого человека, ведь каждый живёт так, как хочет. Но в некоторых случаях человеку просто необходима чужая помощь.

Мой кабинет находился в самом центре Бостона. Из окна открывался блестящий вид на город, и моим пациентам было приятно посещать это место, хотя их проблемы оказывались не самыми простыми. Я сидел в кабинете в ожидании Дени – для него сегодня должен состояться последний приём. В 18:00 мальчик уже стоял на пороге.

– Присаживайся, Дени.

– Здравствуйте, мистер Миллер. Я промок: там дождь идёт. Я думал, что не успею к вам, – мальчик тяжело дышал и был взволнован.

– Заварить тебе чай?

– О, да, спасибо. Я бы не отказался.

Я направился к кухонному столу, чтобы заварить чай, пока мальчик грел руки возле камина. Через десять минут мы сели друг напротив друга и начали беседу.

– Дени, я хочу спросить тебя, готов ли ты поменять что-то в своей жизни? Это касается твоего отца.

Мальчик опустил голову и заплакал. Я ждал, пока он успокоится, – ребёнок должен всё осознать.

– Да, мистер Миллер. Я, правда, больше не могу. Вчера он снова напился. Отец толкнул меня, и я ударился головой. Сказал, что из-за меня погибла мама, что я обуза. Потом выставил меня – я всю ночь провёл на улице.

Я не мог это слушать: меня переполняла злость.

– Почему ты не позвонил мне, Дени? Ты ведь знаешь мой номер.

– Я не знаю… Вы, наверное, были заняты.

– Какие глупости! Ты можешь звонить мне всегда.

– Спасибо.

– Дени, я говорил с твоей тётей, и она готова взять тебя к себе. Она очень тебя любит.

– Знаю. Я так скучаю… Она очень похожа на маму.

На секунду я замолчал, представляя, как этот ублюдок избивает беззащитного ребёнка.

– Ты любишь отца, Дени? – осторожно спросил я.

Мальчик посмотрел на меня абсолютно пустыми глазами.

– Нет! – ответ был внушительным, без слёз и жалости. – Отец – это препятствие, которое не даёт мне нормально жить!

– Я понимаю. Человек – самое одинокое существо на планете. Никому не понять твоих чувств. Ты всегда будешь один на один со своими мыслями, будешь бороться, противостоять им, но никто не поймёт тебя так, как ты сам. Если ты понимаешь, что отец больше не должен тебе мешать, если ты действительно сможешь жить без него, тогда я смогу тебе помочь.

Я подготовил мальчика к самому худшему – к смерти родного отца. Дени понимал, на что идёт, понимал, что никто не должен знать об этом.

– Завтра вечером твоя тётя заберёт тебя, но ты должен уйти незаметно и оставить дверь открытой. Хорошо?

– Да, мистер Миллер, я всё сделаю.

– Ты точно всё обдумал?

– Да, – мальчик посмотрел на меня глазами взрослого человека, осознающего свой поступок.

Почти полгода я слушал эти рассказы, поддерживал в беседе, но одними разговорами делу не помочь. Было ясно, что Дени никому не говорил о наших разговорах. Я полностью ему доверял, так же, как и его тёте.

Мы с Дени попрощались, и я пообещал, что в следующий раз мы увидимся уже не в этом кабинете, а у него дома – вместе с тётей. Мальчик ушёл с улыбкой на лице.

Я поспешил домой, к семье, чтобы рассказать всё, что успел обдумать за это время. Они уже ждали меня. Я зашёл в дом и присел возле камина.

– Я договорился на завтрашний вечер. Дени оставит заднюю дверь открытой. Отец обычно спит на втором этаже, в комнате слева. После двенадцати всё начнётся. Я не хочу отравлять его газом или подсыпать таблетки. Нужно сделать так, чтобы все поверили, что он умер вследствие несчастного случая. Мы схватим его: Джерард будет держать ноги, Марк – руки, а я натяну пакет на голову. Но чтобы на шее не осталось следов, нужно подложить что-то вроде полотенца – это сделает Эмма.

Утром я не мог найти себе места. Эмма не спала всю ночь, всё ходила по дому. Джерард с Марком крайне спокойны. Я примерно предполагал, что братья справятся: ведь они смогли однажды убить. Ещё долго мы говорили о Дени, и ни одного из нас не смущала сложившаяся ситуация.

Вечером мы вместе уехали на пять миль от Бостона – в Медфорт. Долго отсиживались в машине, дожидаясь, пока Дени уйдёт. Около полуночи мальчик распахнул заднюю дверь и осторожно, на корточках, продвинулся к машине своей тёти. Как только автомобиль скрылся из вида, мы переглянулись.

– Мы ещё можем отказаться от этого, вы же понимаете? – я с тревогой задал им вопрос.

– Мы уже всё решили, нужно с чего-то начинать, ведь так? – Марк открыл дверь и вышел из машины. Джерард отправился следом.

– Ты идёшь? – за ними вышла и Эмма.

Я оставил машину недалеко от заднего двора, возле деревьев, где никто её не заметит. Мы не могли идти через улицу: был риск, что нас всё-таки обнаружат.

Марк огляделся по сторонам, указав, что поблизости чисто. Джерард открыл дверь и придерживал её, пока все не зашли внутрь. Двое из нас осторожно обошли первый этаж дома. Эмма готовилась подняться наверх. Как только мы убедились, что в доме нет посторонних, осторожно поднялись по лестнице. В доме стоял смачный запах алкоголя и сигарет – дешёвым виски тянуло даже с улицы.

Как только мы зашли в комнату, стало понятно, что было незачем так красться: мужчина в полной отключке. Напротив кровати шумел телевизор, а на полу валялись обугленные окурки и пустые бутылки. Я достал плотный пакет и подошёл ближе к кровати. Джерард затянул шторы на окне, а Марк присел рядом с мужчиной и сжал его руки. В руке Эммы уже было плотное полотенце – девочка положила его на шею спящего алкоголика, а я резко натянул пакет на его голову. Он начал брыкаться, как баран, которого вот-вот пустят на фарш. Мужчина оказался достаточно сильным: братья с большим трудом сдерживали его, пока тот захлебывался в собственной слюне. Эмма заметно нервничала, но не сводила взгляда с лица жертвы. Её рука не прекращала трястись от страха. Всё продлилось около минуты – и вот, наконец, жертва перестала дышать. Хватка ослабла, и мы отпустили мёртвое тело. Я убрал пакет с лица, проверил пульс. Мужчина мёртв. Дело сделано. Теперь осталось только осторожно уйти.

Мы убрали полотенце. На шее не было ни малейшего следа. Джерард повернул тело на бок и вложил в руку сигарету. Эмма прикрыла его рот. Шторы снова раздвинуты. Эмма достала какое-то средство и протёрла пол, удаляя наши следы. Мы сняли перчатки и по одному вышли из дома. Эмма добралась до машины первой, завела её – и, как только последняя дверь закрылась, дала газу.

Мы вошли на порог дома с прекрасным, освежающим чувством свободы. Я держался за голову, находясь в шоковом состоянии. Марк налил стакан любимого виски и выпил залпом:

– О, чёрт.… Вот это адреналин!

– Да… Оно того стоило! – устроившись на диване, сказала Эмма.

– Ну, брат, начало положено. Я надеюсь, ты ни о чём не жалеешь, – Джерард лёг рядом с Эммой и положил голову на её колени. – Пока ты сидел в своём кабинете, мы всё думали: когда ты решишься? Значит, не прогадали, Рэй. Именно ты должен был начать этот путь.

Марк допивал виски и протянул по стакану каждому из нас:

– Ну что, отметим нашу первую победу! Я хочу выпить за вас, друзья мои! За наше взаимопонимание и верность друг другу. Хочу, чтобы впереди нас ожидало только светлое будущее!

Стаканы загремели, а праздник не кончался всю ночь. В ту ночь я заснул, как младенец. Меня переполняло возбуждение. Я не жалел этого человека, не жалел его друзей и знакомых. Мне стало понятно, что сегодня мы сделали мир немного лучше таким маленьким поступком.

Марк иногда приводил в дом своих многочисленных пассий, и эта ночь не была исключением. Вместе с Джерардом и Эммой они допивали остатки виски у озера, пока эти двое не удалились в дом, устроившись возле камина.

– Ну, ты как? – спросил её Джерард.

– Пока не совсем понимаю, что произошло, но мне понравилось, Джерри. Этот мужчина напомнил мне историю про доктора Эвана – Марк не даёт мне её забыть. Когда это животное посмотрело на меня, я увидела страх, такой же, какой испытывал Дени. Теперь всё встанет на свои места. Может быть, мы и нужны для того, чтобы давать людям то, что они заслуживают. Теперь ты не считаешь себя плохим человеком?

– О, ты застаёшь меня врасплох. Я был пьян! А когда я пьян, лучше побыстрее меня заткнуть.

– Ты всегда пьян, Джерри. Но я помню каждое твоё слово. Ты не ответил.

– Я останусь для тебя самым плохим человеком, раз ты меня за это любишь!

– Ну хорошо, ковбой! Надо закругляться, я уже на ногах не стою, – Эмма выпила ещё глоток, хлопнула его по плечу и встала с дивана.

– Доброй ночи, Джерри, – Эмма поднялась наверх и закрыла дверь.

– Доброй ночи, детка, – сидя на диване, произнёс Джерард.

Тогда я не понимал, что эти безобидные разговоры могут закончиться чем-то иным.

Утром моя голова раскалывалась от боли. Я знал, что мне остаётся лишь ждать, когда Дени сообщит мне о трагедии. Он не заставил себя ждать: раздался звонок, и я поспешил снять трубку. Мальчик звонил со стационарного телефона в двух милях от дома. Он произнёс лишь одно слово:

– Спасибо.

Улыбнувшись, я повесил трубку. Через две недели ко мне на приём записалась его тётя. Она поблагодарила меня, рассказала, что суд назначил её опекуном как единственного родственника. О другом женщина просто не могла мечтать. Официальной причиной смерти этого животного стала остановка сердца от передозировки алкоголем. Никто и подумать не мог, что его могли убить.

Я приехал навестить Дени через месяц после произошедшего. Ну что я могу сказать: у мальчика даже цвет лица изменился. Я впервые увидел улыбку – Дени успел немного поправиться, а главное, стал по-настоящему счастлив. Моё обещание сдержано.

Время шло, а мне всё больше хотелось продолжать. Я часто наблюдал за этими тремя. Каждое утро они выходили во двор, чтобы тренироваться. Джерард был уверен, что Эмме необходима подготовка. Марк достаточно хорошо натренировал её в плане боёв, но этого было мало. Девочка должна научиться выходить из самых сложных ситуаций.

Марк и Джерард устраивали ей различные испытания, пока не добились того, что она проходила их лучше, чем они. Джерард впервые дал Эмме пистолет. С этого и началось всё самое интересное. Девочка стреляла всегда один раз: очень долго прицеливаясь, попадая прямо в десятку. Марк подарил ей самодельный нож, который впоследствии Эмма носила с собой на протяжении всей жизни. Нож был позолочен, а на рукоятке высечен беркут, олицетворяющий свободу и независимость. Мы вместе выезжали в поля, чтобы отрабатывать точность стрельбы. Спустя три месяца усердного труда мы были полностью готовы к более сложным заданиям.

Сейчас в моих руках находится база данных самых разыскиваемых преступников – со многими из них мне приходилось иметь тесный контакт. Три раза в неделю я бываю в психиатрической больнице, и моей задачей остаётся определить, лжёт человек или нет. В большинстве случаев они, естественно, притворялись, чтобы избежать тюрьмы. Ведь содержание в лечебнице гораздо приятнее нахождения в камере. Это тяжелая работа, но она показывает мне всю суть падшего человека. Таких людей можно расстреливать пачками, но, к сожалению, закон не позволяет. Я достиг многого, пока жил один, а теперь могу пустить все свои возможности и знания в нужное дело.

Наконец, я придумал новый план, который поможет нам всем продвинуться гораздо дальше. Этот шаг довольно рискованный, но без этого не обойтись. Я долго искал людей, которые подойдут под все параметры. Мне нужны одинокие, безжалостные преступники, которые достаточно натворили, чтобы мы могли решить, достойны ли они продолжать жить. У меня есть только одно правило – никогда не трогать женщин, хотя, возможно, в будущем я нарушу его. Меня заинтересовали досье четырёх человек, разыскиваемых или уже найденных полицией, по разным причинам. Всё же одна женщина попала в этот список:

– Брайан Альберт Холл. Дата рождения: 02.09.1955 г. Место рождения: Вудберн, округ Мэрион, штат Орегон, США. Гражданство: США. Бывший офицер. Разыскивается за мошенничество в крупных размерах, а также за похищение и убийство людей. Ограбил 16 банков, в ходе преступной деятельности убил 5 человек. После поимки был помещён в тюремное заключение и освобождён под залог через четыре года (в деле имелись все признаки коррупционной составляющей). Возможное местонахождение: Канада, провинция Саскачеван.

– Стэн Абрахам Флорес. Дата рождения: 23.05.1965 г. Место рождения: Чикаго, штат Иллинойс, США. Гражданство: США. Учился в медицинской академии. Получил учёную степень. Стал детским психологом. Разыскивался за насилие, похищение и убийство подростков в возрасте от 12 до 14 лет. Был признан невменяемым и в настоящее время находится на принудительном лечении в психиатрической больнице Маклина (Бостон).

– Мариса Элизабет Рейес. Дата рождения: 07.06.1968 г. Место рождения: Риверсайд, штат Калифорния. США. Гражданство: США. Держит собственный бордель в Бостоне. Продает тяжёлые наркотики клиентам. По слухам, некоторых девушек продаёт в рабство богатым постояльцам. Снимает компрометирующий материал и шантажирует клиентов. Контролирует крупный район в Бостоне, на территории которого регулярно обнаруживают трупы.

– Сет Уильям Блэк. Дата рождения: 20.05.1971 г. Место рождения: Хуарес, штат Чиуауа, Мексика. Гражданство: Мексика, США. Эмигрировал из Мексики вместе с братом после смерти родителей. Разыскивался в Бостоне за грабежи и разбои. В перестрелке застрелил ребёнка «по неосторожности», что неоднократно оспаривалось в суде. В результате был помещён в тюрьму на 10 лет. В 1997 году освобождён из-под стражи. В настоящий момент проживает в Бостоне, работая на предприятии по химчистке одежды. Самый спорный кандидат.

Для этих людей я готовил целое испытание, но мне нужно время для полного анализа ситуации. Конечно, решать, лишать их жизни или нет, должны именно мы! Каждый из моей семьи сделает свой выбор самостоятельно, без помощи других – для этого я и готовлю «долгую аферу».

Вся семья собралась за ужином. Эмма ставила блюда перед каждым из нас. Откусив кусок индейки, Джерард начал разговор:

– Сегодня в баре я снова заметил одного парня со стволом. Он не в первый раз посещает заведение. Его зовут Том. В общем, этот Том часто рассказывает нашему бармену о своих похождениях к женщинам. Любит связывать их, насиловать, а потом отпускать. Одну девушку он всё-таки убил. Говорит: «Сучки боятся, когда я достаю пистолет». Как этот ублюдок до сих пор копам не попался, не понимаю!

– Может, он и сам коп? Не думал об этом? – ответил Марк.

– В этом грёбаном городе может быть и такое, – Джерард положил приборы на стол, вздохнул. – Завтра он должен ехать к себе на родину, в Техас, но перед этим не забудет посетить мой бар.

Я решил вмешаться:

– Хочешь проследить за ним? Думаю, он занимается этим на постоянной основе. Можем попробовать – с отцом Дени вроде вышло без последствий, – Эмма, что ты думаешь об этом?

Эмма повернулась, держа в руке стакан и тщательно протирая его полотенцем, ответила:

– Если вы уверены, что этот человек подходит, – я с вами.

Следующим вечером мы пришли в бар, чтобы немного узнать об этом Томе. Все расселись по залу, наблюдая за его действиями. Весь вечер мы были полностью сосредоточены на разговорах. Джерард сидел за барной стойкой, а возле него находилась наша следующая жертва. Том уже прилично накидался, но свои разговорчики припас напоследок. Мы не разработали никакого плана, а просто решили наблюдать. Эмма находилась за барной стойкой в этот вечер вместе с нашим барменом Стивом.

– Что ещё желаешь? – Эмма заговорила с Томом.

– Я ра-нь-ше не ви-дел тебя здесь, ты но-венькая? – Том еле выговаривал каждое слово, но смысл был понятен.

– Я помогаю иногда Стиву, когда есть свободное время, – она подвинула ещё один стакан.

– Я да-вно те-бя при-при –… ПРИ-МЕ-ТИЛ! – Том прижал рукой голову и пытался смотреть прямо на неё. – Прогуляться не хочешь? Как те-бя зовут?

– Сэмми, – нагнувшись к его уху, еле слышно произнесла Эмма, – я скоро заканчиваю работу.

Том попытался встать, но это с трудом выходило. Пока мужчина сходил в уборную, Эмма быстро оделась, кивнула Марку и уже ожидала Тома на улице. Тот вышел в холл и подошёл к Стиву.

– А где де-вушка?

– Смена закончилась, только что ушла, – Стив уже вытирал стойку и посмотрел на Джерарда. – Эй, не советую, парень, девчонка на особом счету.

Бар всегда был набит людьми. Часто случались драки и потасовки, никто и не заметил такого неприметного пьянчугу – кроме Джерарда. Машина Тома стояла на заднем дворе. Не обнаружив Эмму рядом со входом в бар, мужчина направился прямо к своей машине. Возле неё, держа в руке сигарету, Эмма и ожидала нашего гостя.

– Ну что, куда едем?

– Садись, милая, старина Том готов!

Эмма села на пассажирское сиденье и повернулась прямо к нему. Всем своим видом она показывала, что не собирается уходить из машины. Том протянул руку к своему карману, а второй сжал её за талию и придвинул к себе. Эмма приблизилась ещё ближе и потянулась к его карману за пистолетом. Она резко одёрнула руку и выхватила оружие. С заднего сиденья выскочил Марк и тонкой проволокой обхватил шею Тома. Через пять минут этот человек был уже мёртв. Марк прыгнул за руль, и они с Эммой уехали.

Ближе к утру они вернулись домой. Рассказали о том, что подожгли машину и сбросили её с моста. Тело закопали неподалёку.

Я понял, что время пришло. Они стали абсолютно безжалостны, готовы пойти на крайние меры для блага общества. Череда событий, происходящих с невероятной скоростью, подготавливала нас к уничтожению всего зла, что попадётся на нашем пути.