***

Утром моя мама героически понесла его в ветклинику. У нее случился полный разрыв шаблона. «Моя дочь больна раком и загибается от химиотерапии, а я стою и держу кота, чтобы ему побрили пузико и сделали узи за пять тысяч рублей». What?!? Масика после узи оставили в ветклинике до вечера под наблюдением и поставили капельницу.

В смешанных чувствах, моя бедная мама пришла домой и сказала: «Маша, выбирай, кого мы лечим, либо тебя, либо кота». На приеме ветеринары сказали ей, что у Масика стресс. На фоне того, что хозяйка уехала на три дня из дома. «Шотландцы очень нежные. Елку поставили – стресс. Елку убрали – стресс». Жесть. Масик в стрессе. Спазм, закупорка, интоксикация.

Мама и сестра были в полной решимости – усыпить. Ради Олежика я взяла себя в руки, закидывалась таблетками и несколько дней подряд в химическом полуобмороке занималась котом, отвозила и забирала его в переноске до клиники и обратно. Кажется, из-за этого у меня и разошелся шов. Мне нельзя поднимать ничего тяжелее двух килограммов.

Стас тогда отказал мне в помощи («Это твоя кошка! Всё на меня свесили! Я не двужильный! Мне это нахер не надо!»). Когда Олег был не в школе, он помогал. Капельницы, катетер в лапе, катетер в кошачьей писе, памперсы, воротник, кормление, поение, лекарства из шприца без иголки в ротик. Специальный корм, антибиотики, капли антистресс. Про деньги я молчу. Внезапно мне перевел 5 тысяч брат Андрей. Они с женой кошатники (вернее, жена), он знает эти проблемы не понаслышке. На работе у Вити Космоса (начальника производства) и Оли (менеджер по оптовой продаже) был порыв, они перевели мне 6 тысяч, не зная про Масика в стрессе. Вот тебе «дал зайку, дал и на лужайку». Не такой уж и злобный Бог, не только грудь отнимает за то, что улыбаешься мужчинам. Еще помогает спасать Масиков в стрессе.

Я вылезала из такси с переноской. Блевала на снег. Сморкалась кровью. Тяжело дышала. Шла с жгучей болью в груди и несла кота на лечение. Ждала. Снова блевала. Вытирала слезы. Кровавые сопли. Снова вызывала такси… И так каждый день. Как-то попался вредный таксист. Я села с переноской в машину, еле дыша, чувствуя, как огнем горит мой шов.

– А вот вы вызвали такси, да? А почему не указали, что перевозите животное? А если аллергия, примеру, у водителя? А если он задыхаться, к примеру, начнет? Вы подумали об этом?

Масик неподвижным безмолвным камнем лежал в переноске, в памперсе, воротнике, с катетером в лапе и писе, я еле сдерживала рвоту и утиралась носовым платком, пропитанным кровью. Хотелось сказать: «Мальчик, водочки нам принеси, мы домой летим».

***

Я думаю, что Масик забрал у меня часть побочек от химиотерапии. И я должна спасти его за это. Вот бы кто меня из цистита выводил за 15 тысяч рублей. Моя схема в этом случае проста и сурова. При первых симптомах я бегу в аптеку, покупаю порошок Монурал, выпиваю и утром иду на работу.

Очень надеюсь, что это разовый «Масик в стрессе». Мне еще 17 раз придется уехать на химиотерапию из дома. Я поговорила с ним по-кошачьи. Объяснила ситуацию. Вариантов у нас нет, Масян. Как только ты дашь слабину, так сразу тебя загребет Наташа и усыпит к монахам, как говаривала бабушка. Так что не впадай в стресс, будь мужиком. Даже без яиц. Я лечусь, и буду уезжать, но всегда буду возвращаться. Крепись, братан.

Масик выпучил свои желтые, медовые глаза. Пару раз жалобно мяукнул. Спать лег рядом на подушке, положив свой хвост мне на голову как ободок.

***

11-й день после первой химии. Волосы на месте. У меня еще неделя до второй химии. Вполне адекватное состояние, если не считать кровавого насморка. Может попробовать выйти на работу? Может, сходить к Любе на день рождения? Я читала на форумах: «У вас будут хорошие дни, когда вы будете в силах. Ловите их, успевайте, живите ими».

***

Я хочу выйти на работу. Хочу попытаться. Смогу ли я. Что тебя пугает, останавливает? Стас? Если он там, то встретиться с ним неизбежно. Волосы? Если им суждено выпасть, они выпадут. Это тоже неизбежно. Коллеги, косые взгляды, вопросы? Это неизбежно. Так что тебя останавливает? Деньги не возьмутся из ниоткуда. У тебя дети. Вставай и иди работать.

Я боюсь. Вдруг у меня не получится. Разрыдаюсь при всех. Не смогу выровнять камень, подвинуть его, поменять иголку на станке. Увижу Стаса. Он скажет мне что-то гадкое. Но вариантов нет.

Поболтали с Донцовой на кухне

18 января

Конечно, мне нужны были книги. Журналист собирает информацию.

Первым делом я заказала и прочла книгу российского символа борьбы с раком груди – Дарьи Донцовой «Я очень хочу жить. Мой личный опыт».

Просто, легко. Никакой классической драматургии. Интересно, иронично. Хронология событий рассыпана бисером, сумбурно, женственно. Как всегда жизнеутверждающе.

«…мне стало очень жаль себя. Ах, бедная Грушенька! И тошнит ее, и шов болит, и рука плохо поднимается, и волос теперь нет… Как жить дальше?

Внезапно жалость сменилась на злость. Именно жить дальше! В любом состоянии, с тошнотой, лысиной и неработающей рукой! Только теперь пришло понимание того, что имел в виду доктор Грушев, предупреждая меня:

– У вас будет иное качество жизни.

Но ведь я не умерла, мои дети не плачут на могиле матери, нужно не жалеть себя, а радоваться. Нечего завидовать здоровым людям. Я тоже буду здоровой!

Я топнула ногой и сама себе показала кулак. Хватит, милая, ныть! Ты дышишь, двигаешься, давай-ка выходи на работу, ученики заждались, нечего из себя инвалида корчить. Всё будет хорошо, волосы вырастут, рука поднимется. Вперед и с песней на службу».

Донцова утверждает: «Онкология – знак того, что человек жил неправильно».

Первые симптомы Дарья обнаружила в отпуске 1997 года. РМЖ 4 стадии. «Вам осталось жить 3 месяца». В течение нескольких лет женщина боролась за свою жизнь. Бесконечная череда обследований и анализов, четыре операции, 18 курсов химиотерапии. И болезнь отступила.

Мне понравилась книга, прочитала, будто поговорила с подружкой на кухне. «Рак – не приговор, а возможность изменить свою жизнь. Только заболев, понимаешь, как счастливо ты жила, когда была здоровой. Мы все устроены одинаково. Если я справилась с онкологией, то что мешает вам победить болезнь?».

Но давайте будем честны. Донцова – точно не одна из нас. Известная семья, творческая интеллигенция, элита, друзья профессоры институтов, литературные корни в родословной. Но ее любят и всё равно считают своей. И да, я согласна, блат и связи не помогут, если ты сам не борешься.