Цитаты из книг автора «Марион Вудман»

Хотя большинство описанных мной мужских персонажей не обладают мускулистыми руками и ногами, горячим сердцем и мощными гениталиями, – тем, что у нас ассоциируется с благородной мужественностью, – этих мужчин можно исцелить. Их руки исцелит способность владеть реальной ситуацией, найденная точка опоры исцелит их ноги. Постепенное осознание является обязательным условием для их попыток интеграции чувств, идущих из сердца и гениталий. Спокойствие и усердие обязательно принесут исцеление.

Фигура средневекового рыцаря служит прообразом возможности внутреннего брака, совершаемого в сознании и ведущего к новому мироустройству не только внутри, но и снаружи.

Говоря о сновидениях со средневековыми рыцарями, можно предположить, что рыцарский кодекс чести, соблюдение которого вменялось в обязанность мужчинам, способствовал внутреннему переходу от грубого варварского обращения с фемининностью в партнерские отношения с нею, что символизировал образ Девы Марии или какой-то иной идеализированный женский образ.

Многие мужчины, испытывающие опустошенность под воздействием негативной маскулинности авторитарного отца или родительского образа, находят в боевых искусствах выход для своих погребенных творческих возможностей, который им не сразу удалось найти в результате родительского насилия.

Вступая в контакт с погребенными внутри творческими возможностями, участники ритуала могут почувствовать свою маскулинность, относительно свободную от воздействия негативных комплексов.

Многим женщинам, которым приходится сталкиваться с направленной на них яростью, снятся состязания в боевых искусствах; это могут быть поединки японских самураев, современные дзюдо, карате или кунфу. В боевых искусствах ритуальное убийство происходит не как убийство, а как жертвоприношение, которое освобождает его участников от хтонического страха, мешающего им достичь глубинной сути человеческого бытия. Так как ритуальное действо вместе с яростью вышло из архетипических глубин, ритуал может соде ржать в себе ярость, но вместе с тем давать ей выход.

живет с ней в постоянном взаимодействии, рожая от этого союза духовных и творческих детей.

При терапевтическом устранении расщепления между маскулинностью и фемининностью устраняется и поляризация добра и зла, чувственности и бесчувствия. Исцеление преодолевает ограничения, налагаемые существованием противоположностей. Тогда творческой маскулинности открывается путь, позволяющий ей развиваться и открываться через женское Эго, которое любит эту маскулинность, отдается ей и

Поскольку внутренний и внешний возлюбленный контактирует со своими чувствами, он, в свою очередь, связан и с теневой женщиной. Вместо того чтобы бороться с ней, упрекая ее в недостатке совершенства и отстраняясь от ее сексуальности, он воздает ей должное и уделяет внимание ее человечности.

C другой стороны, если женщина работает над своим страхом ранимости, регрессируя в прошлое, к отсутствию первичной связи и предательству в отношениях с матерью, ей становятся доступны и проблемы, связанные с ранимостью ее партнера. В результате терапевтического процесса она (и возможно, ее возлюбленный) может научиться терпеть боль, обусловленную родительским отвержением в детском возрасте. Ей открывается возможность пойти на риск и открыться другому человеку, который, в свою очередь, может проявить ответное чувство и постоянство. Тогда они оба могут обрести способность принимать любовь. Если они смогут открыться внутреннему возлюбленному, то смогут открыться и своему реальному любовному партнеру.