изумлением.
– Да нет. Он велел передать, что ты можешь иметь что захочешь и поступать как захочешь, если только будешь как следует заботиться о детях. – Хейген улыбнулся. – Велел сказать тебе, что его дон – это ты. Шутка такая.
Кей положила Хейгену руку на плечо.
– Значит, не он велел рассказать все это?
Хейген помедлил в нерешительности, как бы колеблясь, стоит ли говорить всю правду до конца.
– Ты так и не поняла, – сказал он. – Если Майкл узнает, о чем я тебе тут рассказывал, то я – мертвец. – Он снова помолчал. – Есть только три человека в мире, которым он не причинит вреда, – это ты и дети.
Прошло пять бесконечных минут. Потом Кей поднялась с земли и они медленно тронулись назад. Почти у самого дома Кей спросила:
– Ты можешь после ужина отвезти нас с детьми в Нью-Йорк на своей машине?
– За этим я и приехал, – сказал Хейген.