Цитаты из книг автора «Марио Пьюзо»

К их страсти не примешивалась духовная общность, ее не облагораживала поэзия – то была телесная любовь самого грубого, яростного, примитивного свойства, взаимное влечение на клеточном уровне, если можно так выразиться.

«Я вверяю себя богу. Он простит мои грехи, ибо каждый день своей жизни я старался прожить по справедливости».

Дон постоянно внушал, что если ты проявляешь щедрость, то придай этой щедрости личную окраску.

Нет ничего прекраснее, чем влюбленная женщина, и ничего печальнее, чем она же, ставшая вдовой», – с горечью подумал дон.

Если человек не любит, власть для него – отклонение от нормы, угроза остальным. Ибо власть опасна и в любой момент может обернуться против людей.

Он попробовал было пойти дальше, но, когда она решительно оттолкнула его, принял свое поражение беззлобно. – Я же тебя предупреждала, – полуукоризненно-полувиновато сказала Люси. – Но я не мог хотя бы не попытаться, – отвечал он, – ты бы жутко обиделась. И она невольно прыснула, потому что он сказал правду.

Умение создать ощущение, что в его компании человеку легко и вольготно, в арсенале Александра являлось самым эффективным оружием. Собеседник проникался впечатлением, что его благополучие – главная забота Папы. Тем самым он заручался доверием человека, убеждал верить сначала в него, а уж потом в себя. В этом и заключалось истинное предательство.

Знаете, интересная вещь – можно вогнать себя в гроб курением или пьянством, можно работой или даже обжорством. И однако же все это не возбраняется. Единственное, чем с медицинской точки зрения себя не убьешь, – это чрезмерное пристрастие к сексу, но как раз тут-то тебя всячески ограничивают.

Конечная цель у него – все-таки войти в это общество, но сохраняя за собой известное могущество, ибо того, кто беззащитен, общество не защищает. А до тех пор – руководствоваться собственными моральными правилами, которые он ставит куда выше узаконенных.

Поколебать их волю могла лишь смерть. Или – предельное здравомыслие.