Книга или автор

Отзывы на книги автора Марина Степнова

88 отзывов
Хирург
4,0
355 читателей оценили
nad1204
nad1204
Оценил книгу

Как же страшно, когда человек так ненавидит всех других людей. Видеть мир через такую уродливую призму — этого никому не пожелаешь.
А ведь Хрипунов себя чуть ли не Богом мнит! Творцом! И откуда что взялось?!
Мальчонка из глухой провинции. Из самой простой-наипростейшей семьи. Где запои отца — норма. Где к чаю подаются пирожные в эмалированном тазике и столовой ложкой — кондитерский лом (маманя из спеццеха тащит).
Где учиться никто не то что не хочет, а просто это как-то не приходит никому в голову. Где во дворах сплошная шпана-шантрапа. А для взрослых дети — это просто плоды любви. Гхм... какой-такой любви?! Просто физиологического процесса. А потом никто ими не интересуется особо. Главное, что относительно сыты-здоровы-обуты-одеты.
Немудрено, что для Аркаши Хрипунова самым притягательным местом стал местный морг. Где работал дядя Саша, хирург от Бога, который просто просрал (иначе и не скажешь!) загубил свою судьбу.
Безрадостное детство. Это да. Но высокомерие-то откуда?!
Но если про детство читать просто грустно, то взрослый московский период — это ужас.
Безумно жаль всех пациенток клиники, которых просто используют, презирают, ненавидят и смеются над ними.
А история девушки Ани режет без ножа. Хотя, если честно, именно ножом, скальпелем хирурга, по беззащитному, юному лицу, в стремлении обмануть природу и создать нечто совершенное. А когда не удаётся...

Степнова не разочаровывает. Единственное, смущает обильная ненормативная лексика. Можно было бы и без неё обойтись.

ksu12
ksu12
Оценил книгу

Вся жизнь как беспощадный бег по Безбожному переулку. Иван Огарев родился в обычной среднестатистической советской семье. Семья ничем не примечательна. Отношения с родителями тяжелые, отношения с профессией не менее тяжелые, брак- весьма бесхитростное событие для Огарева, и, наконец, любовь, которая сломила себя и снесла все вокруг.

Калейдоскоп необязательных событий, потому что Огарев их не хотел, не мечтал, так просто должно было быть по его разумению. Он странный человек и в то же время очень обычный. Он как студень, как медуза. Как слизь. Неприятный, жалкий, но в него так интересно вглядываться. Он настоящий персонаж-находка. Вообще у Марины Степновой все персонажи - находки, все колоритные. А Аня, которая Антошка, а ее судьба, ее вгрызание в эту жизнь, разве это не примечательно, разве не раздавливает она сочувствием к себе. Ее интуиция, умение видеть людей за пределами разума... А Огарев не видел... Никогда не видел, вообще людей не умел различать. Хотя вот Малю заметил, но лишь на миг, упустил....

Здесь эпоха, здесь страна, и не только в описываемом времени, но вся эпоха заложена в стиле писателя. В строчки вливаются, врезаются названия разных художественных произведений, отсылки к ним, это отсылки ко времени, к стране, к сущему, к культуре, к разуму, к душе. Стиль завораживающий, не позволяющий оторваться, насыщенный, красивый и в то же время ясный, внятный, толковый. Небольшой роман, в котором несколько судеб, в котором время, реалии, быт, предназначение, желания смешиваются в одну волну, и несут читателя, увлекают, заставляют думать, размышлять сомневаться. Что есть человек, судьба, жизнь, время, дороги, которые выбираем или которые выбирают нас?! Безбожный переулок...

satanakoga
satanakoga
Оценил книгу

Удивительной красоты и ужаса книга. Я даже не ожидала такого количества точечных восторгов и уколов в чувствительные места. То, что помним мы о собственном детстве, как всё это зыбко и неверно. Разве не овеяны эти воспоминания розовой дымкой, не смягчены ли они милосердной памятью?

Жизнь к концу лишается хищности, обретает некую нравственную высоту, старость способна облагородить даже и подлеца, и мелкого хищника. Тогда как в детстве все обнажено, ничем не прикрыто, человек еще не научился ни жалеть, ни защищаться. Детство – хищническая площадка молодняка, страшный мир, лишенный снисхождения и, главное, свободы, потому что в детстве какая же свобода? Тотальная, рабская зависимость.

Это очень точное замечание, но сформулировать его способен только взрослый, чей век уже перешагнул рассвет и направляется к закату. Взрослому легко припоминать и облачать былые детские драмы в слова и формулы, уж он-то понял и теперь ему не страшно, не обидно, не одиноко. По крайней мере, уже не так, как это было когда-то. Не так всеобъемлюще и катастрофически, не так черно и глубоко.
Взрослые беды и обиды накладываются на опыт, на мусорные, но чрезвычайно привлекательные мантры типа "Don’t Worry, Be Happy", и "Главное - захотеть", взрослый совсем забыл, как это - очень-очень хотеть, мечтать, фантазировать, изводить родителей намёками и истериками, но так и не получить, потому что жестокая се ля ви.
Взрослый забыл, как страшна темнота перед сном, как боязно, когда родители задерживаются, как остро хочется походить на других, чтобы приняли и оценили, и чтобы только с тобой задушевно дружила та самая прекрасная Алина из последнего подъезда, и как позорно быть ребёнком-увальнем, который плохо прыгает в резиночки, и это слово "Стратила!" - оно даже хуже, чем "нам нужно расстаться", хуже даже пугливого расставания без слов, молчаливого и потому ужасно окончательного.
А прочитаешь - и вспомнишь, заворочается внутренний ребёнок, призрачный, слабый, засучит ногами, запросит велосипед и куклу Барби, заплачет от неразделённой любви, про которую и думать стыдно, обидится на весь свет, что домой загнали рано, разноется. Вот тогда и попляшешь, читатель.

И все неприятности взрослые наши:
Проверки и промахи, трепет невольный,
Любовная дрожь и свидание даже –
Все это не стоит той детской контрольной.
Мы просто забыли. Но маленький школьник
За нас расплатился, покуда не вырос,
И в пальцах дрожал у него треугольник.
Сегодня бы, взрослый, он это не вынес.

Сборник состоит из двух частей: рассказы о других и о себе. Вторая - что-то вроде воспоминаний о детстве, и эти рассказы понравились мне чуть меньше. Скажем, Макаревич долго и нудно рассказывал про быт, что ели, что пили, что носили, где гуляли, низводя драгоценные воспоминания до списков. Понятное дело, для него лично это важно - запомнить, запечатлеть в мелких подробностях, но я и поинтересней читала воспоминания такого рода. Та же "Ложится мгла на старые ступени" куда познавательней и ярче.
Но и там есть жемчужины, возьми хоть Драгунского с его комментариями к "Денискиным рассказам", или Улицкую, или Водолазкина, Ольгу Трифонову, или даже Прилепина, который в рассказе "Лес" прекрасен, хоть и нелюбим мною в целом. Это было так, будто с тобой поделились чем-то драгоценным, хрупким, ты взял его ладонями и к груди прижал, а оно просочилось внутрь и там, в тебе, заискрилось. Такое ощущение. Коряво описываю, ну вот так.

Первая часть - о других. О них, детях - существах загадочных, прекрасных и ужасных в своей простоте и незамутнённости. О первой любви и первом постижении других, которые, конечно, ад, и о той магии, которая окрашивает всё вокруг, и о вере, и о непостижимых глубинах души, где в колбах бурлит первичное варево - из него потом вылезет наружу голый и мокрый новоиспеченный взрослый - тот ещё противный гомункулус.
Особенно понравились рассказы Толстой "На золотом крыльце сидели" и "Любишь - не любишь", где мишура и золото из детства превращаются в тлен во взрослости, и где любовь, которую не объяснить, как и не объяснить её отсутствие; "Но-га" Андрея Битова, "Незрелые ягоды крыжовника" Петрушевской - прекрасный и жуткий адище взросления и одержимости божком-Толиком, ах; "Как исчезают люди" Крусанова (о той самой истовой магии детства, которая реальна); "Во сне ты горько плакал" Казакова - невероятной красоты рассказ, посвящённый сыну, такому ещё маленькому, но уже сложному человеку с собственными тайнами и таинствами души. Да почти всё понравилось, трудно выбрать. Разве что к рассказу Прилепина "Белый квадрат" не то чтобы претензия, а неприятие, какой-то он в здешнем золотистом мороке лишний со своей неприкрытой жестокой смертью.

Отличный сборник, приятно удивлена.

takatalvi
takatalvi
Оценил книгу
«Я читал Достоевского и думал – эти русские хоть когда-нибудь улыбаются?»
(с) вольная цитата из западного фильма

Стереотип, но стереотип вполне справедливый. Русская литература испокон веков – надрыв, мрак и уныние, разыскивать в которых крупицы счастья нужно с лупой, и полученный перечень выйдет довольно скудный. «Редакция Елены Шубиной» затеяла славное дело – собрать под одной обложкой «счастливые» поэзию и прозу и тем самым разбить убеждения и читателей, и писателей, и просто сочувствующих, уверенных в том, что в русской литературе счастья нет. Получилось ли? А вот знаете, спорный вопрос.

Счастье у всех получилось очень разное, но с тем, что все оно русское – не поспоришь. Мрак и уныние никуда не делись, просто к ним пришпилили не-всегда-хэппи-и-не-всегда-энды. Мало солнечного света и свежего ветра, звонкого смеха, песен, распирающих грудь (такое оно, видимо, мое представление о счастье), много проблем и тоски, а суть счастья часто сводится к обыденным вещам или психологическим проблескам. Оно и правильно, и такое счастье бывает. Но, глядя на него, как-то не тянет говорить «Счастье-то какое!» Найти силы жить дальше после депрессии и попытки суицида? Осознать, что жизнь не закончена, а только начинается? Понять, что счастья нет и не будет, и успокоиться душой? Решить, что оно зависит от тебя, и найти тепло ты можешь и в родной берлоге, среди людей, которых знаешь уже давно, было бы правильное восприятие? Это скорее «счастье, что все обошлось». Мрачноватое какое-то счастье. Тускловатое. Счастье типа «норм счастье», а не «СЧАСТЬЕ!» (а так хотелось именно такого!).

В сборник вошли стихи и рассказы известных русских авторов – Наринэ Абгарян, Дмитрия Быкова, Яны Вагнер, Евгения Водолазкина, Александра Гениса, Марины Степановой и других, а также то, что названо лучшей прозой выпускников Школы литературного мастерства.

Лично мне больше всего понравились рассказы Анны Матвеевой «Ида и вуэльта» и «Кредит» Ярославы Пулинович. Стихи не пошли, но тут, полагаю, на любителя. Что касается прозы – хоть и часто мрачноватая, она все же хорошая, крепкая.

Рассекающим в поисках счастья, мрачным и унылым, обросшим бытовыми проблемами рекомендуется. Кто знает, может, именно эти страницы помогут вам понять, что и вы-то на самом деле счастливы.

Rosa_Decidua
Rosa_Decidua
Оценил книгу

Мне нравится, как пишет Степнова - плотно, душно, немного пыльно, совсем как в библиотеке. Очень трепетное отношение к книгам, они тут полноправные герои, значительно влияют на судьбы. Делают из мальчика мужчину, сближают и отдаляют героев, в мечтах являются главной целью жизни. «Я мечтал читать. Просто читать? Да. Целыми днями. Всю жизнь. Хорошие книги. Сидеть у окна – и чтоб сад и солнце. И читать.»
Разве не очаровательно?

Читала, грызла леденцы, опять читала, один раз расплакалась над «Обещанием на рассвете» Гари, долго шмыгала носом, никак не могла успокоиться, как маленькая. Так что невозмутимая стюардесса даже принесла ей воды – в прохладном, упругом, набоковском совершенно картонном стаканчике.
Яблоко лежало в ее горсти, надкушенное, раненое, со следами маленьких зубов на лаково-красной коже. Укус ангела. Прекрасная книжка, правда? Я плакала, когда первый раз читала. Просто от радости. А ты плакал?
Pale Fire. Нет. По-русски лучше. Бледное пламя. Великий провал гения. Страшно, что он заигрался так с языком. Словно забрел в немыслимую чащу. Земную жизнь пройдя до середины… Как будто язык отомстил ему. За что? Почему? За попытку подчинить? Только Цветаева еще была наказана так же страшно.

Повсюду литературные маячки. Остроумные и милые, одни органично вписываются в текст, другие нелепые, неуместные и колючие. Приятно лишний раз вспомнить любимые книги, те, которые только хочешь прочитать, и те, которые терпеть не можешь.
Маленькие духи времени, особенно забавные, если не часто читаешь современную русскую прозу. Уютные жежешечки и фейсбук, айфоня и ридер в потертой обложке, съемная безликая квартира высасывающая все деньги, еще чуть чуть и надоевшие мемы. Все в меру.

При всех достоинствах, чтение ужасно некомфортное, до середины буквально прорывалась, множество раз хотелось бросить книгу. Герой просто невыносимый. Это не маленький человечек, а хороший специалист, множество благодарных пациентов, огромное стремление к развитию, но как же отталкивает его отношение к людям, как мало в нем человеческого тепла, любви, эмпатии. В детстве он мечтает, чтобы властный, скупой на эмоции отец побыстрее умер. К слабенькой затюканной матери у него брезгливость. Во взрослом возрасте воспринимает любовь, преданность жены как должное, поглощает ее тепло и свет, не отдовая ничего взамен, а потом с легкостью вычеркивает ее из жизни. Даже влюбившись, оттаяв, совершенно слеп к к объекту страсти, к казалось бы, очевидному недугу, воспринимает как блажь, капризы, сыпет упреками.

Книга очень живая, выпуклая, вызывает множество чувств. После нее хочется прочитать все остальные романы Степновой и перечитать "Женщины Лазаря".

margo000
margo000
Оценил книгу

Охота на снаркомонов 2015 (10/20)

"Детский мир" - книга, полученная от хорошего друга еще на Новый год. Вызвавшая бурю эмоций: авторы рассказов, вошедших в сборник, если не любимые, то, как минимум, на слуху. Сами посудите: Андрей Битов, Василий Аксенов, Майя Кучерская, Михаил Шишкин, Андрей Макаревич и другие.
Рассказы, как жанр, не люблю: не успеваю проникнуться атмосферой, вжиться в образы героев, порой даже не успеваю запомнить сюжетную линию... Однако не могу не признать, что в малом жанре создано немало прекрасного, тонкого, сильного, меткого.
По вышеуказанным двум пунктам ожидания от сборника у меня были немалые, хоть и приправленные опаской и легким недоверием.

Итог: книга замечательная!
Тут много ценного для родителей и педагогов о психологии детей и подростков: и дети "себе на уме", и жестокие, и брошенные, и обычные, ничем не приметные с первого взгляда. В большинстве рассказов у тебя есть возможность проникнуть в сознание и/или душу ребенка/подростка, прожить с ним ту или иную проблему.
Тут много увлекательного и любопытного: некоторые ситуации, в которых оказываются персонажи рассказов, трудно назвать тривиальными, а если и попадается рассказ про самое-самое обыденное, то суть его излагается в довольно оригинальном ракурсе. Авторы - мастера слова, скучно не пишут...
Тут много НОСТАЛЬГИЧЕСКОГО!!!! Хоть мы все и разные, но тема детства вызывает у каждого взрослого особый трепет, согласитесь! Данная антология поможет вдоволь повспоминать, погрустить, поудивляться тому, что было если не у тебя, то у твоего соседа в период "16-".

Антология состоит из двух разделов:
1 - "О других".
В нем - различные истории про детей. И исповеди, и просто повествования...
Особо меня зацепили, к примеру, рассказы Андрея Битов "Но-га" (гм, пишу, а в горле сразу комок образовался), Захара Прилепина "Белый квадрат" ( морально убита!!!), Василия Аксенова "Завтраки 43-его" (было и в процессе чтения интересно, и финал порадовал).

2 - "О себе".
В этом разделе авторы вспоминают свое детство.
Понравилось всё! Вероятно, я сама подошла к такому жизненному этапу, что любые мемуары вызывают у меня особое волнение и благодарность. Причем некоторые настолько откровенно пишут о своих детских обидах, мечтах и прочих переживаниях, что создается ощущение позволенного подглядывания в чужую жизнь. Стыдновато, но любопытно.

Друзья, рекомендую этот сборник прежде всего тем, кто в своей жизни имеет дело с детьми и подростками, а также тем, кого уже потянуло на воспоминания о давно ушедших годах...

UPD: Решила добавить вот что: не стоит давать этот сборник детям. Думаю, что эта книга все-таки относится к категории "О детях не для детей". В одноименную подборку я ее и включила.
Как и в подборку "О детской жестокости и о жестокости к детям". Ибо рассказы здесь разные...

BelJust
BelJust
Оценил книгу

Меланхоличная, пронизанная ностальгией книга, где каждый рассказ хорош сам по себе, но вместе они образовывают нечто неразрывное, без четкого начала и конца, как проносящаяся лента воспоминаний. Основная тема — особенность детского восприятия, когда все чувства максимально оголены, искрят, как порванные провода, а мир — огромен и непознаваем. В обыденных предметах и явлениях таится неуловимое волшебство, простые радости заставляют чувствовать полное, почти разрывающее изнутри счастье. Но и страхи, печали, сомнения ощущаются с той же разрушительной полнотой, иногда невыносимо болезненной, оставляющей невидимые шрамы.

Книга поделена на две части — "О других" и "О себе". Первая половина наполнена рассказами, похожими на концентрат детских впечатлений. Многие из них не имеют явного последовательного сюжета, являются скорее воспоминаниями о чувствах, едва приправленными меткими яркими всполохами деталей. Немного путанные, сумбурные, нелинейные,с различной тематикой и различными временными рамками, которые зачастую довольно условны. Однако можно найти для себя что-то узнаваемое, что-то напоминающее о собственном детстве, что-то неуловимо общее для многих.

Вторая часть — воспоминания авторов. Здесь рассказы более последовательны и являются уже не наблюдением изнутри, а, вероятно, взглядом назад с высоты прожитых лет на то самое советское детство, на уже несуществующую страну и всё, что уже никогда не повторится. В каждом рассказе ощущаются нотки тоски по местам, которых лишил волшебства безжалостный поток времени, по людям, с которыми пути разошлись.

Да, какие-то рассказы зацепили чуть больше, какие-то — меньше, но выделять наиболее полюбившиеся не буду. Лучше всего они воспринимаются вместе, неделимыми пожелтевшими страницами старого альбома, хранящего так много светлого и грустного.

nad1204
nad1204
Оценил книгу

Я и сейчас скажу, что Степнова, конечно, более сильна в большой прозе.
"Женщины Лазаря" и "Безбожный переулок" — это, конечно, высшее достижение. Но рассказы я Степновой тоже читала.
Хочу сказать, что некоторые из них повторяются в этом сборнике.
А вот теперь споткнулась. Что сказать?!
Грустно? Печально? Безнадежно?
Всё так.
Но вот теперь я даже оценку поставила повыше. Почему? Да потому что я почти захлёбываюсь от того, как пишет Степнова.
Я приведу в пример только один рассказ — "Тудой". Боже, синенькие и красненькие, ананасовые абрикосы, малюсенькие голубцы и густая куриная лапша с местными приправами... Ооо...
Но это очень уж экзотично.
Давайте я приведу пример из жизненного. "Боярышник". Честно говоря, я тут просто сломалась. Только остается надеяться, что всё хорошо... А если нет...
Тогда и для меня в этом сборнике нет ничего спокойного.

Болезненно. Но очень хорошо. Молодец, Марина!

likasladkovskaya
likasladkovskaya
Оценил книгу

Если вы спросите, о чем эта книга, то легче всего будет ответить цитатой.

О том, что мы умрем. О том, что мы живем. О том, как страшно все. И как непоправимо.

Иван Сергеевич Огарев - типичный среднестатистический самец, как по мне. Талантливый вроде как врач. Но живёт бесталанно. Сначала виноваты родители, потом обстоятельства, затем женщина, которую он разлюбил. И на все находятся обьяснения.
Для Ани-Антошки он царь и Бог. Девочка, стремящаяся в ввысь, но так и не получившая образование. Ангелок с поломанными крыльями. Но какие демоны живут в душе этого человека, иногда они проступают и тогда, спасайся, кто может. Он спасает жизнь множества людей, но запросто может убить. Убить не только физически, но и растоптать морально. И тогда душа его отсутствует, он сбегает от совести, самого себя. Даже не оправдывается, нет, просто забывает. И лишь изредка по ночам ощущает на себе укорительный взгляд собственной совести.
Говорят, мы повторяет судьбы наших родителей, перенимаем их стиль жизни. Иван Сергеевич ненавидел отца, живущего на две семьи и сам пошёл его дорогой. Конечно, он обьяснял это великим чувством, перечеркнувшим 13 лет брака, конечно, несмотря на медицинское образование и большой жизненный опыт, утверждал, что это не выброс тестестерона, а святая и бесконечная любовь.

Нелегко, кажуть, жили на дві хати, а ще нелегше жить на дві душі.
Костенко

Любовь к глянцевой девочке Мале - богатой, ограниченной, смазливой, не умеющей ничего, кроме как ''жить''. Ой, жить ли? Может, правильнее будет сказать ''существовать''.
Название самого произведения, а это и название улицы, где находит пристанище Огарев заставляет вспомнить заповеди. В голове звучит ''не прелюбодействуй'', раскатисто ''жить во грехе...''. Но влюбленные слышат только стук сердец и отмахиваются от истины.
Есть такое понятие, как ответственность. На неё способны лишь сильные люди. Огарёв этого слова всячески избегал, потому отказался даже от ребёнка, эгоистично думая о себе, использовал Аню в качестве подорожника. А, когда подорожник подвял, а рана затянулась выбросил в урну, не задумываясь. Некоторые читатели утверждают, что частично виновата Аня, т.к. сама добивалась его любви и была инициатором их брака. Прошу прощения, но он же не барышня 19 века, насильно его под венец никто не тащил. Взрослый психически здоровый человек обязан отвечать за свои поступки и хотя бы иногда вспоминать о голове. Полезно, обратиться к своему мозгу за советом. Но ещё полезнее порой спрашивать сердце, повиноваться порывам души.
Книга хорошая, интересный стиль, автор начитана и уместно вспоминает строки из стихов, применяет аллюзии к писателям. Хотя во вкусах мы с ней расходимся. К примеру, она разносит в пух и прах Достоевского, возвышая Толстого. Также она старается перенести события на историческую почву, рассказать об СССР, крутых 90- х, миллениуме, даже упоминает Ельцина, Горбачева, Путина, социальные явления, сыпет терминами. Вроде все хорошо, но остаётся тревожное чувство обманутости. Может, конечно, у меня паранойя, но в тексте были моменты, когда мне казалось, что она навязывает своё мнение, словно книгу написал кто-то из так называемой ''5-й колонны'', как сейчас модно говорить. Я же хочу находиться хоть иногда в зоне без политики.

Хирург
4,0
355 читателей оценили
Grizabella
Grizabella
Оценил книгу

В рамках акции "Спаси книгу - напиши рецензию"

Хрипунову плевать было на людей. Хрипунов хотел стать Богом.
Что нужно человеку, решившему стать Богом?
Имя.
Промысел.
Деяние.
Жертва.
Все это было у Хрипунова.
И он стал Богом.
Он. Им. Стал.

Так начинается этот странный, труднообъяснимый, полный противоречий роман, вызывающий великое разнообразие далеко не самых приятных чувств…
Речь пойдет о пластическом хирурге Хрипунове – тяжелое детство, неуемный выпивоха-отец, понурая, боязливая мать, ежедневная ненавистная миска утрамбованных в кучу пирожных в качестве обязательного «сладенького» и сон. Преследующий, неотвратимый, сон-кошмар, сон-наваждение, сон-экстаз. Лицо, возникающее во сне идеально красиво. Его-то и пытается воссоздать хирург Хрипунов. На живых людях.
Жалкие попытки, неудачи, спустя годы – прогресс, финальный аккорд – и… Бесконтактный удар, сбивающий с ног, улыбка, способная взорвать мозг зашкаливающими эндорфинами, лицо, останавливающее сердце…
Как и почему история Хрипунова переплетается с судьбой Хасана ибн Саббаха, персидского Старца Горы и основателя секты ассасинов, наводящего ужас на весь мир, читатель узнает лишь в самом конце. История гнусного старика не менее интересна и не более неприятна. В этой книге вообще мало приятного – если не боитесь высокой плотности смертей, жестокости, злости и безразличия на квадратный сантиметр страницы, тогда смело впрягайтесь – книга равнодушной не оставит.