Цитаты из книг автора «Марина Ефиминюк»

– Жаль. Будьте добры мне лист бумаги. Хочу написать вашему человеку чести. – Да вы шутите, – прошептала я, стоя перед заброшенной торговой лавчонкой. Руки опускались. Не от удивления, а от тяжести бронзового коня. Приш

– Никогда! Господин Палмер – человек чести. – Такой же, как и вы?

– Естественно, – процедила я, и тут в голову простая мысль: – Говорите пару пенсов за отсрочку? – Да вы шутите, – прошептала я, стоя перед заброшенной торговой лавчонкой. Руки опускались. Не от удивления, а от тяжести бронзового коня.

– Господин Палмер был бы согласен пойти на уступку и отсрочить выплату, если бы к нему пришла хотя бы пара монет, но в течение пяти лет ни пенни, – проохал Кроули. – Да вы шутите, – прошептала я, стоя перед заброшенной торговой лавчонкой. Руки опускались. Не от удивления, а от тяжести бронзового ко

Выходило, что без хозяина отобрать землю они не могли, дотянули, а стоило наследнице появиться, как тут же принялись выселять!

– Вообще-то, пять лет назад мой дядька умер, – заметила я. – Вас удивит, но мертвецы неспособны отдавать долги. – Да вы шутите, – прошептала я, стоя перед заброшенной торговой лавчонкой. Руки опускались. Не от удивления, а от тяжест

– Пять лет назад ваш дядька заложил землю под лавкой. По договору, если долг не закрыть через пять лет, земля перейдет в собственность кредитора. Пять лет прошло… Вот посмотрите бумаги. – Да вы шутите, – прошептала я, стоя перед заброшенной торговой лавчонкой. Руки опускались. Не от удивления, а от тяже

Я бежала через весь город в розовом купальном чепчике, и ни один хороший человек, а встретилось мне их, сволочей, немало, не намекнул, что на голове пестреет нечто несуразное!

– Я искал вас долгие пять лет, – не моргнув глазом, соврал мошенник. – Да вы шутите, – прошептала я, стоя перед заброшенной торговой лавчонкой. Руки опускались. Не от удивления, а от тяжести бр

Кабинет оказался пыльной каморкой и в общем соответствовал хозяину. Наплевав на испуганного помощника, пинком я открыла дверь и замерла на пороге, буравя поверенного злобным взглядом. – Алекса… – промычал Кроули. – Для вас, отвратительный человек, госпожа Колфилд! – рявкнула я.