Цитаты из книг автора «Марина Абрамович»

Тот костюм стал для меня откровением. Он был таким комфортным и таким элегантным, он просто был таким, как нужно. Я не могла поверить, что это изменило то, каким образом я иду по улице. Я больше не чувствовала себя неловко. Я ощущала себя красавицей.

Если ты экспериментируешь, ты должен быть готов потерпеть поражение. По определению, экспериментировать означает идти туда, где ты еще не был, где вероятность провала велика. Как ты можешь знать, что добьешься успеха?

Когда я хлестала себя, брызги крови разлетались повсюду, сначала боль была невыносимой. А потом просто исчезла. Боль была словно стена, сквозь которую мне нужно было пройти, чтобы оказаться по другую сторону.

Искусство же должно быть частью жизни. Искусство должно принадлежать всем.

То, что произошло с ними там, было просто перформансом. А суть перформанса в том, чтобы перформер и публика стали единым целым.

Он научил меня, что процесс важнее результата, так же как и перформанс для меня важнее объекта.

Одна – воинствующая. Другая – духовная. И третья – бестолковая. Вы встретили воинствующую и духовную. Третью я стараюсь прятать ото всех. Это бедная маленькая Марина, которая думает, что все, что она делает, неверно, Марина толстая, некрасивая и нежеланная. Та, которая в минуты грусти утешает себя плохими фильмами, поеданием шоколада и засовыванием головы под подушку, притворяясь, что ее проблем не существует.

Но я сказала Шону и хочу, чтобы все знали: я презираю суицид. Это худшее, что можно сделать с жизнью. Я страстно верю, что, если тебе дано творить, ты не имеешь права себя убивать, ты обязан делиться своим даром с другими.

«Я устала от часто меняющихся планов. Ожидания в залах ожидания, на автобусных остановках, вокзалах, аэропортах. Я устала стоять в бесконечных очередях на паспортный контроль. Быстро делать покупки в торговых центрах. Я устала от карьерных решений, музейных и галерейных вернисажей, бесконечных приемов, где я стою со стаканом воды и притворяюсь, что мне интересен разговор. Я устала от своих приступов мигрени, одиноких комнат отелей, дальних звонков, плохих телешоу. Я устала влюбляться не в тех. Я устала стыдиться, что мой нос слишком большой, моя задница слишком широкая, что в Югославии идет война. Я хочу уехать куда-нибудь так далеко, чтобы меня нельзя было найти ни по телефону, ни по факсу. Я хочу состариться, стать старухой, чтобы уже ничего не имело значения. Я хочу четко увидеть и понять, что за всем этим стоит. Я хочу больше не хотеть».

Больше всего меня изумил тот факт, что у них нет личных вещей. Это связано с тем, что они не верят в завтра; есть только сегодня