Делия смотрела на мальчишку и жалела, что не взяла с собой камеру, зная по опыту, что в первый день лучше просто дать привыкнуть всем к своему присутствию, а не начинать мозолить техникой глаза.

Вскоре она заметила, что мальчик очень редко моргал. Что грязь была даже в уголках его губ. Что с неприязнью и ненавистью он смотрел не только на нее, но и на врача-мужчину, который подошел к ним.

Делия посторонилась. Врач заговорил на пушту, но она понимала лишь отдельные слова, которые не несли ничего интересного. Делия уже хотела отойти, осмотреться дальше, как услышала от мальчика то, перевод чего понимала.

Бомбы.

Американцы.

Ранения.

После этой фразы лицо врача стало таким, словно он получил пощечину. И именно после услышанного он обернулся к ней, словно только что заметил.

– Что он сказал? – спросила Делия. – Вы, как я поняла, неплохо говорите на пушту, – с очаровательной улыбкой добавила она.

Если Делию чему-то и научила жизнь – то надо использовать то, что у нее есть. Может, ее внешность и создавала проблемы для продвижения по карьерной лестнице, но и помогала, так как обделенные женским вниманием мужчины охотнее шли на контакт, рассказывали о службе и давали разрешение на использование фото. Особенно, если ты улыбаешься и говоришь им комплименты.

– Мальчик в шоке.

– Он что-то сказал про американские бомбы. Я так поняла?

– Он сам не знает, что говорит, – твердо произнес врач. Делия рассмотрела на его форме фамилию – Лоуренс. – Вы вообще кто?

– Делия Ричардс – фотограф.

Лоуренс хмуро смотрел на нее, и Делия с сожалением осознала, что на мужчину перед ней очарование не действовало.

Лоуренсу на вид было за тридцать, но в волосах уже как будто бы виднелась седина. Когда он выпрямился, то стал напоминать собой щепку. Жилистое тело, миндалевидные глаза, узкие губы. Делия почувствовала себя провинившейся школьницей, но старалась продолжать держать лицо.

– Кто дал вам разрешение находиться здесь?

– Капитан Белфи.

– Я доложу ему о вас, что вы отвлекаете от работы. А теперь не мешайте.

Делия хотела ответить, но, наученная горьким опытом, уже поняла – снова пора прикусывать язык. Лоуренс демонстративно повернулся к ней спиной, занимаясь мальчиком, а она не могла не смотреть на него.

Думать о том, что в ближайшем будущем у нее будет еще один неприятный и тяжелый разговор с капитаном Белфи ей не хотелось совсем.

Как и о том, что она побила собственный рекорд, найдя проблемы в свой первый же день на базе.

***

День шел обычно. Если не считать того, что весь его остаток Делия провела в ожидании, когда жалоба Лоуренса дойдет до капитана Белфи, а он придет по ее душу.

Они с Эваном сидели за одним из столиков рядом с палатками, где продавались фаст-фуд и кофе. Эван увлеченно набрасывал в блокноте план статьи, собирая мысли, а Делия сидела, подложив руку под подбородок, и посматривала на палатку «Старбакс».

Делия настолько устала, что постройки, форма военных, песок под ногами слились в сплошное зелено-коричневое пятно, в котором ничего нельзя было различить. Но тут из-за палатки показался сержант Хоулел, и направился к ним.

– Ричардс?

Делия и Эван повернулись на голос почти одновременно. Солдаты, разговаривающие неподалеку, тоже притихли, явно ожидая чего-то интересного. Но Делия уже догадалась, почему сержант Хоулел был здесь. Она встала из-за стола и подошла к нему. Всем своим видом сержант выражал обреченную усталость, давая понять, что это последнее, чем он сегодня хотел заниматься.

– Капитан Белфи?

– Капитан Белфи, – подтвердил Трой.

Эван, оторвавшийся от писанины, удивленно взглянул на нее.

– Пока ты занимался полезными делами, я нажила маленькую проблемку с местным медиком, – тихо призналась Делия.

– А как же уважение к границам и порядкам? – усмехнулся Эван.

– Я уважала, – уверенно произнесла Делия и отправилась следом за Троем.

Всю дорогу Хоулел молчал. Делия поморщилась от яркого солнца, закрыла глаза ладонью, но старательно придерживалась ритма ходьбы. Ей снова вспомнился разговор с Лоуренсом, если их общение так можно было назвать.

Мальчик из деревни.

Бомбардировки.

Сопутствующий ущерб?

Или что-то еще?

– Мои дела плохи?

Делия решила разведать ситуацию. Да и Трой Хоулел походил на человека, с которым можно поговорить. По крайней мере, он производил более приятное впечатление, чем Белфи. Услышав ее вопрос Трой улыбнулся каким-то собственным мыслям. Делия бы многое отдала, чтобы их прочитать.

– Капитан Белфи любит порядок, – начал Трой. – И… докладная в первый же день о нарушении этого порядка ему не очень понравилась. Но все проблемы он решает по справедливости.

Делия уловила тень уважения в его голосе. И сейчас это почему-то внушало доверие. Не хотелось думать, что отношения между солдатами, офицерами – это довольно закрытая система, где все проблемы оставались внутри, а наружу выходила прилизанная версия. Где те, кто рангом ниже, просто говорили лишь то, что они должны говорить, не веря в это.

Трой говорил то, во что искренне верил.

Или просто был хорошим актером.

Когда они дошли до кабинета капитана Белфи, Делия увидела, что Лоуренс уже там. На секунду она замерла, почувствовав напряжение и возросшую неуверенность, но все равно шагнула вперед, понимая, что пути назад просто нет, и лучшее, что она могла сейчас для себя сделать – это с достоинством встретиться с последствиями.

– Спасибо, сержант. Мисс Ричардс, присаживайтесь.

Делия никак не могла понять, как на нее действовал голос Белфи. Его интонации всегда были спокойны, без высокомерия, неприятного снисхождения, слова вполне обычны, их смысл ясен. Но стоило его услышать, как появлялось странное ощущение, что тебя выжимали, словно лимон для коктейля.

– Хочу, чтобы этот разговор был у нас первый и последний, – начал Райан, как только Делия села. – Сержант Лоуренс, в чем проблема?

– Проблема в том, что она не дает мне и моим людям выполнять свою работу.

Хоть тон Лоуренса был ровным, пренебрежение в нем не заметил бы только глухой. Да и тот, если еще и не был бы в придачу слепым, уловил суть по легкому наклону головы в ее сторону и взгляду.

– Давайте не будем говорить так, словно мисс Ричардс здесь нет. Я же не просто так за ней послал, – твердо произнес Райан и повернул голову к Делии. – Что скажете вы?

Оправляясь от удивления после последней фразы, Делия начала оценивать ситуацию заново. Будучи готова к бою с двумя «Лоуренсами», она и шла на бой, но путь переговоров стал для нее неожиданностью.

– Я осматривалась и увидела мальчика, подошла ближе. Сержант Лоуренс подошел, когда я объясняла мальчику кто я. Они начали говорить. Прошу прощения, если моя просьба перевести слова ребенка отвлекла от работы. Я не хотела создавать проблем. Поэтому и ушла, когда он попросил об этом.

Делия поймала себя на мысли, что Райан смотрел на нее так, словно пытался просканировать, понять сам, без лишних слов и вопросов определить, говорит ли она правду. Делия не знала все мысли капитана, но точно знала одно – его взгляд необходимо выдержать. Военные вообще из тех, кто уважали силу. Как физическую, так и внутреннюю.

– Есть что добавить, сержант?

– Нет.

– Что было после?

– Мисс Ричардс ушла, а я продолжил работу.

– Понятно… – протянул Райан, смотря на них так, словно он воспитатель, который разруливал спор детей в детском саду. – Значит так, майор Стокетт дал разрешение мисс Ричардс и мистеру Беллу выполнять свою работу. Его приказ обсуждать не нам, мы его просто выполняем. Если вы будете чувствовать, что работа журналистов как-то отвлекает вас, то говорите. Я думаю, что и мисс Ричардс, и мистер Белл понимают если не всю, то в общих чертах, специфику места ине будут слишком назойливыми, – с нажимом произнес Райан. – В противном случае, мисс Ричардс, будем решать вопрос более жестко. Приоритет здесь у военных. И вы, и ваш коллега должны это помнить.

– Разумеется, капитан Белфи, – вежливо проговорила Делия.

– Надеюсь, что всем всё понятно. Сержант, свободны, мисс Ричардс, вы еще задержитесь.

Делия и не собиралась вставать, почему-то чувствуя, что будет какое-то продолжение. Что для нее этот разговор не окончен. Время, пока Лоуренс шел до двери, сейчас казалось ей бесконечным. Хотелось просто покончить с этой беседой, с этой проблемой и уйти. Но у капитана Белфи был явно другой план. Делия вообще поймала себя на мысли, что все время, которое занял уход Лоуренса, она думала о личности Белфи.

«Он не так прост и обычен, как я думала» ,– невольно признала Делия.

– Давайте поговорим откровенно, мисс Ричардс, – как только закрылась дверь, начал Райан.

– Зовите меня Делия.

– Хорошо, Делия, – согласился Райан. – Завтра вы с мистером Беллом выходите с нами в патруль. Утром я дам все инструкции, но перед этим хочу поговорить лично с вами. Я буду предельно честен. Мне не нравятся интриги, закулисные игры и разные козни, которые плетутся и перетираются за спинами. Я – человек простой, люблю порядок и прозрачность во всем, поэтому говорю это. Давайте не будем усложнять жизнь друг другу в и так неспокойной и опасной обстановке. Если я, другие военные говорят что-то делать или не делать, то это нужно выполнять, особенно, если речь идет о чем-то за пределами базы.

Райан сделал паузу, устало взглянул на Делию. Ей показалось, что всей своей душой, он не хотел продолжать мусолить эту тему, но выбора ему никто не оставлял. Белфи выглядел так, словно вот-вот собирался содрать повязку, которая прилипла к ране. Одним резким точным движением.

– И не будем делать вид, что не замечаем слона в комнате, – более жестко произнес Райан. – У меня нет никакого желания отчитываться, почему дипломатская дочка получила ранения или чего хуже. Не знаю, что привело вас сюда, какие бунты против родителей. Мне честно и плевать, но раз уж мы оказались в такой ситуации, то не будем усугублять ее, так как при желании создать друг другу проблемы для нас очень легко. Я не могу вышвырнуть вас с базы из-за гребаной свободы слова, но выходки избалованной девчонки терпеть не стану. Мы поняли друг друга?

Начав слушать без особого интереса то, что Делия и ожидала услышать, она очень удивилась, когда разговор начал набирать градус. И слова об отце стали хуком, который отправил ее в нокаут.

Дипломатская дочка.

Два слова, а словно пощечина по лицу, на котором остался красный обжигающий след.

Бунты против родителей.

Избалованная девчонка.

Делия открыла рот, но слова не шли, застыли где-то в горле, смялись в комок и встали, мешая дышать. Она просто смотрела на лицо капитана Белфи, понимая, что ее застали врасплох. Смотрела так, словно на ее глазах разворачивалась катастрофа, которая и пугала, от которой надо было бежать, но которая и не позволяла сдвинуться с места, приковывала, покоряла, напоминала, что уходить – некуда.

– Я… ничего не знаю о том, почему вы должны отчитываться перед моим отцом.

Кое-как собрав слова в предложение, сказала Делия, приказывая себе успокоиться. Не впадать в панику. Не показывать свой гнев, досаду, разочарование.

– Это дела не меняет, – холодно произнес Райан.

Делия кивнула, оглядываясь по сторонам, словно что-то из обстановки поможет ей проглотить оскорбление.

– Это все бред какой-то, – встав со стула произнесла Делия, прошла немного вперед. – Собачий бред.

Обернувшись к Райану, Делия увидела его скучающе-ожидающее выражение лица, ясно дающее понять, что подобными сценами его не пронять. Ей снова захотелось повторить, что это бред, достучаться, объяснить, что никогда бы не стала создавать столько проблем, но уже не понимала, кого убеждала в этом – себя или Райана.

– Вы хотите сказать, что мой отец напряг тут всех, чтобы присматривали за мной?

Делия сразу пожалела о своем вопросе. К пощечине как будто прибавился удар под дых, а затем пришла такая слабость, что не было силы даже устоять на ногах. На языке вертелось множество слов, но был ли смысл их произносить? Был ли смысл что-то объяснять Райану? Был ли смысл что-то делать дальше, если каждый раз она приходила к одному итогу – словно сумасшедший, который делает одно и то же в надежде получить другой результат.

Делия молча вышла из кабинета, понимая, что не хотела слышать ответ, который окончательно ее сейчас добьет.