Цитаты из книг автора «Маргарет Тэтчер»

ИРА является сердцевиной проблемы терроризма. Если победить ИРА, то не будет существовать и их соперников с протестантской стороны. Но победить их можно только при выполнении трех условий. Во-первых, с ними должны порвать националистические меньшинства, которые обеспечивают им покровительство и поддержку. Для этого потребуется, чтобы представители меньшинства стали оказывать поддержку, или хотя бы подчиняться, конституции государства, в котором они живут. Во-вторых, ИРА нужно лишить международной поддержки, будь то от благонамеренных, но наивных американских ирландцев или от арабских революционых правительств, таких как режим полковника Каддафи. Для этого потребуется пристальное внимание к внешней политике, направленное на объяснение фактов тем, кто был дезинформирован, и изъятие оружия у злоумышленников. В-третьих, отношения между Британией и Республикой Ирландия придется развивать осторожно. Хотя организации ИРА оказывают значительную поддержку в таких районах, как западный Белфаст в Северной Ирландии, очень часто для обучения, получения денег и оружия, а также чтобы избежать поимки после совершенных в Соединенном Королевстве преступлений, они отправляются как раз на юг.

хотя он часто и свойственен психопатам. Терроризм – это просчитанное применение насилия и угроз, направленное на достижение политических целей.

Но жители Северной Ирландии и работники безопасности день за днем встречаются с жестокой реальностью терроризма лицом к лицу. Нет прощения террору, царящему в ИРА. Если бы они причиняли, как часто неверно говорится, «бездумное» насилие, это было бы проще осознать, как проявление больной психики. Но терроризм не то же самое

На Дальнем Востоке основные долгосрочные вопросы касались будущей роли и развития политической и военной супердержавы – Китайской Народной Республики, экономической супердержавы – Японии; Великобританию же прежде всего волновали будущее Гонконга. На Среднем и Ближнем Востоке это было ирано-иракская война с ее подоплекой дестабилизирующего мусульманского фундаментализма, который унес больше жизней и принес бóльший экономический вред. Но я всегда чувствовала, что еще более важным является арабо-израильский конфликт. Ведь именно он раз за разом препятствовал появлению – по крайней мере до войны в Персидском заливе – прочного блока более или менее уверенных в себе прозападных арабских государств, которым больше не нужно оглядываться, беспокоясь о том, что их критикуют за бедственное положение безземельных палестинцев. Наконец, в Африке – как и на Среднем и Ближнем Востоке, Великобритания была здесь не просто еще одним участником большой игры, а страной с историческими связями и четким, даже если не всегда положительным, имиджем – в обсуждениях преобладал вопрос о будущем Южной Африки. По причинам, которые станут ясны позже, ни у кого не было лучшей возможности – или более неблагодарной работы, – чем у меня в разрешении проблемы, отравившей отношения запада с Черной Африкой, оставившей в изоляции наиболее развитую экономическую силу на этом континенте и использовшейся мимоходом для оправдания большего лицемерия и преувеличения, чем я слышала на любую другую тему.

Я также считала, что на западном берегу должны состояться местные выборы. Но в то время одним из самых сильных оппонентов уступок в этом вопросе – и, казалось, во всем остальном – был тогдашний министр обороны господин Рабин, с которым я завтракала в понедельник. Он в течение сорока минут зачитывал мне свои взгляды, так что едва хватило времени на тост.

что мы не согласимся на переговоры с теми, кто занимается терроризмом. У меня было ощущение, что президент Мубарак и я понимали друг друга. Он был сильной личностью, обладал силой убеждения и прямотой – такой человек незаменим в урегулировании конфликта.

Пока я была премьер-министром, мало было достигнуто в решении арабо-израильского конфликта. Однако важно ясно понимать, что можно было бы считать «решением». Вероятность того, что участники изменят свои взгляды, минимальна. Не исчезнут и внешние факторы, оказывающие влияние на регион. Соединенные Штаты, держава, несущая самую большую ответственность за установление государства Израиль, будет и должна всегда стоять за израильскую безопасность. Также верно, что следует восстановить землю и чувство собственного достоинства палестинцев: и, как часто показывает мой опыт, то, что верно в моральном смысле, оказывается политически целесообразным. Устранение палестинских претензий является необходимым условием для удаления с корнем раковой опухоли ближневосточного терроризма. Это может произойти только одним путем – путем обмена Израилем «земли на мир», возврата оккупированных территорий палестинцам в обмен на достоверные гарантии безопасности Израиля. За время моего срока как премьер-министра все инициативы в конце концов шли ко дну в силу того, что стороны в конечном счете не видели нужды в корректировке своих позиций. Но это не означало, что мы могли сидеть сложа руки, пока события развивались сами по себе.

Южная Африка была богата не только полезными ископаемыми, но еще и потому, что ее экономика в основном строилась на свободном предпринимательстве. Другие африканские страны, щедро наделенные природными ресурсами, были тем не менее бедны, так как у них было социалистическое, контролируемое центром экономическое устройство. Следовательно, чернокожие в Южной Африке имели более высокие доходы и в целом были более образованны, чем в других странах Африки: именно поэтому южноафриканцы возвели защитные заграждения, не дающие доступа в страну иммигрантам, в отличие от Берлинской стены, не дающей выезда из страны счастливцам, благословенным социалистической системой. Я просто признавала эти факты, и это не означает, что я выступала в защиту апартеида. Цвет кожи не должен определять политические права.

Только в мои последние дни в правительстве и при моем преемнике стал очевиден настоящий размах проблемы. В то время я искренне верила, что как только мы разберемся со взносом в бюджет и утвердим программу финансового порядка, Британия приобретет мощную положительную роль в сообществе.

Оглядываясь назад, можно увидеть, что в период моего второго срока в качестве премьер-министра Европейское сообщество незаметно, но твердо изменило направление, и от сообщества свободной торговли, незначительного регулирования и добровольно сотрудничающих суверенных государств перешло к державности и централизму.