она так смотрела на него, словно видела этот предмет впервые, потом расхохоталась – неудержимо, почти истерически.
– Ни один человек на свете, кроме тебя, не мог бы до этого додуматься! – воскликнула она и, обвив руками шею Скарлетт, поцеловала ее. – Ты самое поразительное существо на свете, ни у кого нет такой сестры, как ты.
Скарлетт не противилась этим объятиям: она была еле жива от усталости, похвала приятно льстила ее самолюбию, а потом – в сизой от дыма кухне – в ее душе укрепилось чувство уважения к золовке и зародилось нечто похожее на дружескую близость.
«Одного у нее не отнимешь, – не могла не признаться себе Скарлетт, – когда нужна помощь, Мелани всегда тут как тут».