Глава 3. Инспектор

Холод с катера вполз в буровой отсек тяжёлой влажной волной. Пахло озоном, оружейной смазкой и настоящей дорогой шерстью — запах, почти неприличный среди гидравлики и старого полимера.

Третьяк стоял посреди выжженного пятна, огромный в тяжёлой шинели с меховым воротником. Воротник уже отсыревал. Чёрный пластик импланта закрывал место левого уха. Механические часы на цепочке он медленно крутил между толстыми пальцами, пружина щёлкала едва слышно. Двое автоматчиков за его спиной держали пороховые карабины стволами вниз, но пальцы лежали на спусках.

Борецкий не сдвинулся с места. Босые ступни утопали в пепле. Жёлтый протез глаза тихо жужжал, сканируя инспектора.

— Груз изотопа частично в ёмкостях кормового трюма. Заражённых двое. Один уничтожен на месте. Второй в активной фазе.

Третьяк кивнул тяжело, будто сверял с уже готовым отчётом.

— Пункт четырнадцать регламента. Неизвестный агент. Карантин. Утилизация объекта вместе с персоналом при отсутствии гарантированной очистки. Вы это знаете наизусть, шкипер.

Он прошёл дальше. Тяжёлые ботинки оставляли чёткие мокрые отпечатки. Остановился над Греком. Старик лежал с свежеприжжённой культей. Док как раз затягивал жгут из обрезка гидравлического шланга. Грек сплюнул в сторону инспектора густо и зло.

— Слюны на всех не хватит.

Третьяк даже бровью не повёл.

— Старые собаки кусаются дольше всех. Понятно.

Взгляд перешёл на Риту. Женщина стояла у панели, кровь на виске уже засохла тёмной коркой.

— Клапаны на тебе. Сколько до полной потери давления при отсечении стыковочного узла?

Рита ответила без паузы, голос плоский:

— Четыре минуты двенадцать секунд до критической отметки. Семь — до вакуума в жилых.

— Принято.

Третьяк достал из внутреннего кармана шинели плоский чёрный пенал. Открыл. Внутри лежали три компактных направленных заряда с магнитными лапами и цифровыми таймерами. Он протянул один автоматчику.

— Стыковочный узел. Несущие опоры. Три точки крепления. Таймер — сорок минут. Точно.

Влад сделал полшага вперёд. Ускоритель поднялся на дюйм.

— Приказ шкипера — стволы вниз.

Борецкий коротко поднял ладонь.

— Стоять.

Третьяк посмотрел на Влада долгим тяжёлым взглядом.

— Бывший наш. Нашивки под заплатами ещё читаются. Умный. Не геройствуй зря.

Инспектор сам двинулся к внутреннему шлюзу, ведущему в жилую секцию «Тавриды». Автоматчики последовали. Один остался прикрывать выход.

— Покажите заражённого. Потом девочку, которая слышит стены. После — подпишете акт о добровольной эвакуации приоритетного персонала. Остальные остаются на объекте до утилизации.

Семён сидел у стены, всё ещё сотрясаясь от кашля. Чёрная пена тянулась нитями от губ к подбородку. Зрачки разного размера, взгляд мутный.

— Сладко… очень сладко стало…

Лена вжималась спиной в переборку, трософон белыми пальцами вдавлен в ухо до боли.

— Они минируют. Слышу сверление через металл. Трос поёт криво. Частота чужая.