Элен стала вертеться. Она не могла ответить. Ей становилось страшно, и появилось ощущение такое же, как в день рождения. Перед глазами стало что-то мелькать. Голова начала кружиться и потряхиваться.

– Элен, ты побелела, – напряжённо сказала Мила.

– Ого, она сейчас в ворону превратиться и будет клевать наши глаза! – крикнул кто-то сзади.

Какие-то девочки завизжали и отбежали подальше.

– Что там такое происходит? – крикнула учительница.

– Что с тобой? Объелась мороженого? Со мной такое было. Будто мозг заледенел, да? – сказал Дороти.

Перед глазами появился пятиэтажный кирпичный дом. Вокруг лежал снег. Много снега. Рядом с домом стоял большой сугроб. В нём застрял с головой мальчик. Упал с третьего этажа? Нет, со второго. Или прыгнул? Попытался выбраться. Ничего не получилось. Болтались ноги… смешно. Удача. Немного правее от головы торчала из сугроба скамейка. Половина метра…

– Элен! – крикнула учительница, наклонившись перед ней.

– Чт-то? – вяло сказала Элен, взглянув на учительницу.

Вновь картинка. Кладбище. На земле сидела женщина. Плакала. На плите фото. Её отец?

– Элен, ты слышишь меня?! – взволнованно и громко спросила учительница.

На заднем плане в окружении других девочек стояла вредная круглая отличница. Круглая во всех смыслах. Кажется, это дочь тётушки Бэтти. Такая же выскочка и не терпела, чтобы от неё уходило внимание.

– Мисс Кросс, она просто притворяется, чтобы к ней все подошли. Идите лучше к нам.

– Так, Элен, я веду тебя к медсестре, – сказала учительница и схватила Элен за ладонь.

Вспышка. От перенапряжения Элен тут же упала в обморок. Учительница от испуга отпустила руку и схватила её за подмышки. Ничего не было видно, лишь свист в ушах стоял какое-то время.

Элен проснулась уже в кабинете школьной медсестры. Рядом стояли медсестра, мама, учительница и директор.

– Элен, как ты себя чувствуешь? – спросила Элеонора взволнованным голосом.

– Немного голова гудит, – прошептала Элен. – Где я? Я опять упала в обморок?

– Детка, ты всех нас напугала. И часто с тобой это случается? – спросила медсестра.

– Миссис Рэй, мы не знали, что у неё запущенный случай, – оправдывалась директор. – Судя по всему, ей нельзя учиться с большим количеством людей. Теперь я подпишу вам заявление на перевод на домашнее обучение. Поучитесь дома какое-то время. А потом, когда ей станет полегче, вернётесь в школу. Пойдёмте со мной в мой кабинет.

Мама и директор вышли из палаты.

– Что же ты такая слабенькая? Прям не дотронуться до тебя, – буркнула учительница.

Элен стало неприятно от таких слов. Будто она была виновата в этом.

– Ладно, раз теперь всё хорошо, я пошла. Остальные не должны отставать от программы. До свидания, медсестра, – произнесла учительница и направилась к выходу.

– Давай я тебе сделаю сладкий чай с хлебом? – нежным голосом сказала молодая медсестра. – Тебе нужно восстановиться.

Эта медсестра немного походила на повзрослевшую Элен. У неё тоже были светлые волосы и голубые, полные сострадания глаза. Единственное отличие было в том, что у Элен не было лицо покрыто в веснушках.

Элен улыбнулась медсестре и одобрительно покивала. Медсестра ушла в подсобку. На заднем плане стали слышны шорохи пакетиков, звон стакана и ложки. Чайник потихоньку стал нагревать воду.

Элен лежала на спине и устремила взгляд в окно, откуда виднелось лишь дерево с одним оставшимся жёлтым листком, а за ним медленно двигалось угрюмое небо. Она стала думать о произошедшем. Несмотря на обморок, она почему-то чувствовала облегчение. Может, потому что теперь толпа ребят не будет накидываться с вопросами? Или что мама – её новый учитель и с ней не так страшна эта школьная программа? Как бы то ни было, то, что произошло, не так плохо.

– Вот твой чай и сэндвич, – сказала медсестра из подсобки.

Она вышла с медицинским подносом, на котором стояли кружка чая и сэндвич на бумажной салфетке.

– Спасибо большое, – сказала Элен и села за стол медсестры.

– Постарайся не пролить сладкий чай на эти важные бумажки, а то тётя директор даст мне такие же слипшиеся деньги.

Элен похихикала. В этот момент мама постучала в дверь палаты. Медсестра пошла открывать.

– Это снова я. Могу я забрать Элен домой? Мне все документы подписали.

– Да, конечно. Она чувствует себя лучше. Вот уже и чай пьёт.

Элеонора вошла в палату и удивилась.

– Элен, тебя ещё и покормили? Спасибо вам большое! Сколько мы вам должны?

Элен довольная кушала аккуратно с подноса, болтая ногами под столом и слушая разговор взрослых.

– Нет, нет, что вы, – отнекивалась медсестра. – Это я сама решила угостить. Чтобы у неё силы восстановились. Хорошая у вас девочка. Для такой не жалко и сэндвича.

– Ох, мне очень неловко. Спасибо вам ещё раз огромное! Вы так добры к нам.

Элен доела сэндвич и подошла к маме.

– Спасибо, мисс медсестра, вы хорошая. А мне уже лучше, даже голова не болит.

– Вот и отлично! Выздоравливайте. Съешь сегодня за ужином шоколадку, Элен.

– Хорошо. Мам, ты слышала?

– Мы вам очень благодарны. Всего вам доброго. До свидания!

Элеонора с Элен вышли из палаты и пошли домой. Выйдя во двор, Элен обернулась посмотреть на школу. Она чувствовала, что в ближайшее время она сюда не вернётся, а может быть, никогда. По пути домой мама решила обсудить случившееся:

– Как это получилось?

– Я не знаю, она просто предложила чай, и я согласилась.

– Нет, дочка, я про обморок. Что случилось?

– Ну, я… Когда я вошла в класс, мне стало нехорошо. Все смотрели на меня, и мне это не нравилось. На уроке я волновалась, потому что не успевала за всеми.

– Может, ты просто переволновалась? Ты же со вчерашнего дня переживала.

– Не знаю. А потом, когда началась перемена, все подошли ко мне и стали задавать много вопросов. Мне стало страшно, потому что они окружили меня.

– Скажи, ты чувствовала только страх? Или… было что-то ещё?

– Было то же самое, что в день рождения. У меня немного тряслась голова и… мелькали картинки. Много картинок. И они все налипли на глаза, я кроме них почти ничего не видела.

– Вот оно что. А потом ты упала в обморок?

– Ещё нет. Я пыталась что-то сказать, но не получалось. Подошла учительница и взяла меня за руку.

– Прямо за ладонь?

– Да.

– Всё складывается. Для тебя ладони это сильный, как там… энергообъект? И от этого твоя система… ЭСВ не справилась, и ты отключилась.

– Ты сказала прямо как тот учёный в фильме. Только ты с бровями. И это хорошо.

– Как же так, Элен? Для тебя весь окружающий мир опасен. Ведь неизвестно, что из вещей окажется сильным объектом, – стала возмущаться мама.

– Мама, я же не знала, что она схватит за руку.

Элеонора остановилась и встала на одно колено, взяв Элен за плечи.

– Да… прости меня, родная. Конечно, ты не виновата в этом. Это я виновата во всём. Надо было настоять и сразу оформить домашнее обучение.

– Мама, ты не виновата.

– Мы же смотрели фильм, и там чётко сказали, что эти энергообъекты как оголённые провода для вас. Но как теперь быть? Я просто не знаю, что делать…

Мама склонила голову. Казалось, что она сейчас заплачет. Элен пододвинулась ближе и обняла маму.

– Ничего, с этим мы тоже справимся, – сказала мама, положив голову на плечо Элен. – Мы что-нибудь придумаем, как защитить твои руки.

– Может, мне в перчатках ходить?

Мама на секунду замерла, а потом отклонилась назад и сказала:

– Как я сама не додумалась? Умница, Элен! Купим тонкие и красивые.

Мама поднялась и собралась идти вперёд, но резко остановилась и спросила:

– Нам скоро ехать к доктору Ричарду. Расскажи мне, что ты чувствуешь перед тем, как упасть в обморок?

Элен на мгновение задумалась.

– Я… Когда учительница брала меня за руку, было ощущение, что у неё рука очень горячая. А когда взяла, было так много картинок, и они все летели в глаза, будто сильный ветер дул. И от этого начинает гудеть голова, а потом болеть.

– То есть был… поток картинок?

– Да. А хорошее название! Давай так и будем называть – поток картинок?

– Да, так будет проще понять. И теперь, если почувствуешь, что поток картинок приближается, то нужно куда-то уйти подальше от источника энергии.

– Ух ты, здорово звучит!

– И последнее, что на этих картинках? Как это работает?

– Не знаю, когда много людей, то появляются картинки про этих людей.

– То есть, так сказать, фотографии из их жизни?

– Опять здорово звучит!

Мама заулыбалась. Ей самой стало радостно, что она начинала понимать, как оно работает. Быть может, им удастся избегать обмороков, если до конца разобраться.

Спустя месяц Элеонора и Элен приехали тайком от отца к доктору Ричарду. Он обещал провести исследования мозговых волн. Этот анализ мог приблизить к разгадке тайн магических свойств в светлой голове этой юной девочки.

– Миссис Элеонора, мисс Элен, рад, что в этот раз вы приехали сами, а не на машине скорой помощи, – сказал Ричард с лёгкой улыбкой.

– Привет, Ричард, – сказала мама. – К сожалению, мы недавно оказались вновь на больничной койке, но в школьной.

– Опять обморок? – удивился он и обратился к Элен: – Что случилось?

– В школе было много людей, и до моей руки дотронулись, – рассказала она.

Ричард повернулся к Элеоноре и спросил:

– Не понял. Что это значит?

– Мы сильно продвинулись в изучении этого вопроса, – сказала Элеонора. – Фильмы, книги и собственные наблюдения дали нам большое понимание, как это устроено.

Доктор нахмурил брови и стал потирать подбородок.

– Поделитесь информацией? – уточнил Ричард. – Будем считать это сбором анамнеза.

– Чтобы я не говорила то, что ты уже знаешь, скажи, что тебе уже известно? – спросила Элеонора.

– Честно, особо не было времени изучать этот вопрос. Как и все, слышал только про вызов призраков и снятие порчи.

– Что ж, хорошо. Тогда слушай.

Элеонора рассказала Ричарду всё, что они выяснили. Про руки и «оголённые провода», про поток картинок, про общение с прабабушкой и так далее. Доктор слушал очень внимательно и иногда то поднимал брови, то опускал. Он пытался мысленно объяснить это с научной точки зрения, но часто не получалось.

– Вы действительно сделали скачок, – похвалил он. – Зная, как это работает, вы сможете защитить себя в будущем. Вы большие молодцы и сделали большую работу. Теперь моя очередь. Будем выяснять, как работает её мозг, используя датчики и аппаратуру.

– Это не больно? – спросила Элен.

– Конечно нет. Я не позволю сделать тебе больно. Пойдём и посмотрим, что мы будем сегодня делать.

Ричард проводил их из палаты в диагностический кабинет. В нём стоял большой аппарат, похожий на бублик, который пугал своим видом. За ним сидел врач-диагност.

– Разве сейчас время обследования? – спросил диагност. – На какое время у них запись?

– Я сейчас разберусь, Джон. Иди пока выпей кофейку, – сказал доктор Ричард.

– То есть тебе не нужна помощь?

– Я справлюсь, спасибо за заботу.

Врач недоумённо посмотрел на них и неторопливо вышел из кабинета.

– Всё-то ему надо знать, – сказал себе под нос Ричард, пропуская их вперёд.

Он закрыл дверь на ключ, подошёл к аппаратуре и сказал с улыбкой:

– Вот, Элен, это компьютерный томограф. Он максимально безболезнен, так что можешь не бояться. Подойди ко мне, я тебя посажу на стол.

Элен, как и многие, всё равно смотрела на КТ с ужасом. Она неуверенно подошла, и Ричард подсадил её.

– Ложись головой вот сюда. Надень наушники, которые лежат сбоку. И ничего не бойся, ведь мы с твоей мамой рядом.

Элен качнула головой и стала следовать указаниям.

– Что мы должны увидеть, Ричард? – спросила Элеонора.

Он повернулся полубоком и ответил:

– На самом деле мы идём вслепую, будто ночью в туманном лесу. Здесь я хочу просто увидеть, что никаких изменений нет. А потом пойдём смотреть на её мозговые волны. После этого будем думать, что делать дальше.

– Спасибо, Ричард, – сказала мама Элен с глубокой благодарностью.

Он повернулся к Элен. Поправил ей подушку и перед началом сказал:

– Вот что сейчас будет: я нажму на кнопку, и ты заедешь внутрь томографа. Потом понажимаю разные кнопочки, и он начнёт работать. Будут разные звуки, но ты их будешь слабо слышать. Это он так фотографирует тебя. А потом через двадцать минут ты выкатишься обратно. А теперь скажи, ты готова?

Элен одобрительно покивала головой.

– Вот и отлично, нажимаю кнопку.

Ричард рукой махнул Элеоноре, и они вышли в соседний кабинет с большим окном. Он нажал на компьютере кнопку, и Элен стала заезжать вглубь КТ. В это время Элен стало страшно. Она впервые находилась в таком узком пространстве.

– Элен, это я, доктор Ричард, – сказал он по микрофону. – Рядом с левой рукой лежит груша. Возьми её в руки и нажми, если будет плохо или очень страшно. Но главное, не шевелись. А теперь мы начинаем.

Ричард нажал несколько кнопок. Томограф начал пищать и греметь. Элен это напугало. Она даже чуть не нажала на грушу, но сдержалась. Её учащённое дыхание и появившаяся дрожь намекали на предпоточное состояние, но в глаза не летели картинки. Это были просто страх и низкая температура в кабинете. Она решила, что как бы ни было страшно, не будет нажимать на кнопку.

Время быстро прошло, и аппарат перестал издавать звуки. Элен сначала испугалась, что это она могла своими способностями сломать его. Но тут она стала выезжать обратно из этой шумной техники. В кабинет зашли Ричард и Элеонора. Он подошёл к ней, снял с неё наушники и сказал:

– Ты молодец, Элен! Много кого охватывает паника в замкнутом пространстве, но ты выдержала.

– Я боялась… очень, но потом поняла, что не больно, и немного успокоилась.

– Я горжусь тобой, милая, и не сомневалась в тебе ничуть, – обрадовалась Элеонора.

– Так, результаты КТ я постараюсь расшифровать сегодня за несколько часов. А пока пойдёмте в другой кабинет, – сказал Ричард, открывая кабинет.

Все вышли, и Ричард закрыл кабинет. После этого он повёл их по длинному коридору. На стенах висели разные плакаты про заболевания, которые добавляли тоски к слабому освещению.

– Вот, пришли. Я сейчас зайду и кое-что узнаю. А вы пока посидите на скамейке.

Доктор-друг зашёл в кабинет. Элеонора и Элен сели на скамейку, осматриваясь по сторонам. Кроме них не было ни души. Ощущение было, будто они попали в секретный исследовательский центр, где проводили опыты над людьми, которые уже никогда не выйдут отсюда.

Спустя пять минут выглянул Ричард и позвал рукой в кабинет. Они зашли и увидели не менее жутковатый аппарат. Стояло кресло, а на нём висел шлем с кучей проводов. Элен остановилась и встала в проходе.

– Это она? – спросил помощник доктора Ричарда.

– Да, – ответил Ричард.

Они глядели в личную карточку Элен, а потом Ричард заметил, что Элен застыла, и сказал:

– Элен, не бойся, проходи. Этот аппарат ещё менее страшный, чем томограф. Он даже звуки не издаёт. Садись в кресло, я тебе сейчас расскажу, что мы будем делать.

Она подошла и села на край кресла, а мама села на стул напротив. Ричард вскоре подошёл к ней и сказал:

– Давай я возьму шлем, а ты двигайся к спинке. Садись поудобнее, чувствуй себя как дома, несмотря на эти провода.

Доктор-друг взял шлем и сел на одно колено перед ней. Элен пододвинулась и положила руки на подлокотники.

– Вот молодец. А теперь смотри: это энцефалограф, который изучает волны мозга. Я сейчас надену на тебя этот шлем и сяду за тот компьютер. Когда мы включим аппаратуру, можешь спокойно сидеть и ни о чём не думать. А из вон того, скажем так, принтера будет вылезать бумажка. Вот по ней мы и будем смотреть твои волны. Кивни, когда будешь готова начать.

Элен подняла глаза на Ричарда и кивнула. Ричард кивнул в ответ, взял шлем и аккуратно надел на голову Элен. Закрепив ремешок на подбородке, он встал, оттряхнул колено и пошёл за компьютер. Они что-то обсудили с напарником, после чего Ричард объявил:

– Элен, мы начинаем. Постарайся полностью расслабиться.

Элен посмотрела на маму. Та показала движением руки, что ей нужно просто ровно дышать. Так она и сделала. На заднем плане Ричард и помощник иногда тихо кидали друг другу фразы. Через минуту из «принтера» полезла бумага. Ещё через минуту Ричард сообщил:

– Так, пока приостановим исследование.

Он пошёл к выпавшему длинному листку и стал внимательно рассматривать его. Кажется, он был немного расстроен. Свернув лист, он подошёл к Элеоноре и сказал:

– Я посмотрел данные, и они одновременно хорошие и не очень.

Элеонора застыла и не смогла проронить слово.

– Дело в том, что это абсолютно обычные показатели.

– А нужны какие? – спросила мама Элен с полным недоумением.

– Это, конечно, хорошо, что они обычные, но при этом нет. Я ожидал увидеть хоть какую-то зацепку по её способностям. Иначе говоря, эти исследования ничего нам не дали, и мы не сдвинулись с места, – заключил Ричард, скрестив руки на груди.

– Ты же ещё не смотрел результаты КТ, – произнесла Элеонора.

– Я уверен, что там всё будет без изменений.

Ричард отвёл взгляд и о чём-то задумался. Спустя минуту он медленно пошёл в сторону компьютера, натирая подбородок. Подойдя к столу, стал смотреть на лист с графическими данными. Вдруг его осенило, и он поспешил к Элеоноре.

– Элеонора, я всё понял! – заявил Ричард с горящими глазами.

Позади них из компьютера выглянул помощник.

– Рассказывай, – заинтересовалась мама Элен.

– Волны были обычные, потому что она полностью расслабилась. Ей нужно здесь использовать свой талант, и тогда датчики должны это уловить.

– Подожди-подожди, Ричард. Что это значит?

– Ты что-то рассказывала про потоки и энергообъекты. Это то, что нам нужно!

– Нет. Только не сейчас. Она совсем недавно в обморок от этого упала. Я не могу рисковать дочерью. Ведь никогда не знаешь, чем может закончиться новый обморок. А вдруг она это не переживёт? – волновалась Элеонора.

С лица Ричарда сошёл восторженный взгляд. Его гениальная идея была уничтожена, не успев развиться. Немного отклонившись назад, он на мгновение задумался и кое-что понял.

– Ты права. Ты абсолютно права. Звучит вполне логично. Тут сыграл мой эгоизм. Я не подумал о состоянии Элен.

– Ничего, Ричард. Мы всё равно тебе за всё благодарны.

– Простите меня. Её телу и разуму нужно окрепнуть. Для этого понадобится много времени. Давайте вот как сделаем – пока что оставим все исследования до тех пор, пока она длительный период не будет падать в обморок. За это время вы сможете ещё больше изучить все нюансы её особенности. Особое внимание обратите на причины вызова обмороков. Договорились?

– Да, конечно, – сказала Элеонора.

– Тогда пойдёмте к кабинету КТ, – сказал Ричард, снимая шлем с головы Элен.

Все трое направились к выходу.

– До свидания, – сказали Элеонора и Элен помощнику их доброго доктора.

Он выглянул из компьютера и помахал рукой.

Придя к кабинету КТ, доктор Ричард попросил их посидеть в коридоре, пока он изучает снимок. Спустя двадцать минут он вышел из кабинета и сказал:

– Как и думал, всё в пределах нормы. Так что можете расслабиться и ехать домой.

– Спасибо ещё раз, Ричард. Мы не забудем твою доброту. Приходи к нам на пирог. Хоть так тебя отблагодарим.

– Спасибо за приглашение. Не обещаю, но постараюсь. Много работы, сама понимаешь.

– Понимаю. Но в любом случае всегда будем рады видеть. До встречи, добрый друг, – сказала Элеонора, направившись к выходу.

– До свидания. Ещё увидимся.

– До свидания, дядя Ричард, – сказала Элен.