Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно

Дикий лебедь и другие сказки

Дикий лебедь и другие сказки
Книга доступна в премиум-подписке
162 уже добавили
Оценка читателей
3.15

В сказках Майкла Каннингема речь идет о том, что во всем нам известных сказках забыли упомянуть или нарочно обошли молчанием. Что было после того, как чары рассеялись? Какова судьба принца, с которого проклятье снято, но не полностью? Как нужно загадывать желания, чтобы исполнение их не принесло горя? Каннингем – блистательный рассказчик, он умеет увлечь читателя и разбудить фантазию. Но будьте осторожны – это опасное приключение.

Лучшие рецензии
Seterwind
Seterwind
Оценка:
167

Ах, Майкл Каннингем, ну зачем же ты гей! Нет, не так - ах, Майкл Каннингем, спасибо, что ты гей! Иначе я, клянусь, шла бы пешком до самого Нью-Йорка, сносив по пути три пары железных башмаков, чтобы сделать с тобой то, на что ты так недвусмысленно намекаешь в своей интерпретации сказки "Аленький цветочек" (отыметь, а потом сожрать). Потому что нельзя быть таким бесстыже талантливым и беспощадно правдивым - как показывает средняя оценка, это мало кому нравится.

Иногда - сейчас уже совсем редко - бывает так, что сердце начинает учащённо биться, эмоции хлещут через край, нутро как будто выворачивает наизнанку, так что одновременно хочется петь и кричать от того, как же невыразимо прекрасно или, наоборот, неописуемо ужасно то, что проза автора творит со мной. Эта книга - как раз тот случай. Ни в коем случае не стоит открывать её в ожидании чудес и волшебства! Это не сборник сказок - это оружие массового поражения, психотронная бомба мощностью 100 гига-Йейтсов! И хотя постмодернистское переосмысливание классических бродячих сюжетов можно назвать трендом последнего десятилетия, никогда ещё его плоды не были столь тленными и безысходными.

В тридевятом царстве, в тридесятом государстве

На самом деле гораздо ближе, чем можно себе представить! В колледже, в офисе, в соседнем доме и даже в баре за углом - везде можно найти их: поседевших, обрюзгших, спивающихся героев собственных сказок. Пару десятков лет назад они тоже были Иванами Прекрасными, которые женились на Красавицах, а получили в жены Чудовища, да Василисами Премудрыми, которые променяли два красных диплома престижного столичного ВУЗа на коня, скрывавшегося до поры за маской принца.

Сказка ложь, да в ней намек

Самая настоящая неприглядная и неприкрытая правда, нужно только захотеть её увидеть. Стоит ли ожидать, что мужчина, однажды принявший решение поменять последнюю корову на горсть бобов, сможет разумно распорядиться свалившимся на него богатством? Будет ли счастлива в браке женщина, которая вышла за человека, обещавшего её казнить? И как сложилась судьба младшего, двенадцатого брата, которому досталась крапивная безрукавка? Если позволить себе об этом задуматься, можно потерять душевное равновесие.

И жили они долго и счастливо

Это такой дорожный камень-указатель, за которым заканчивается сказка и начинается реальность. Куда бы ты отсюда ни пошёл, всё равно потеряешь - коня, молодость, амбиции, друзей, любимых, жизнь... хорошо ещё, если удастся сохранить себя. Каннингем, бессердечный старый циник, достойный наследник Андерсена и Уайльда, знает, что самое интересное происходит после титров, за опущенным занавесом. Зачем быть таким жестоким, говорили они, финал ведь может быть другим! Может - но не будет. У жизни вообще не бывает хороших финалов. Но бывают проблески надежды и подарки судьбы - их-то и называют сказками.

P.S. Отдельные овации и частичка моего обожания переводчику Дмитрию Карельскому! В том, что книга отправилась в любимые, несомненно, есть и его заслуга.

Читать полностью
igori199200
igori199200
Оценка:
93

Один из наиболее ярких и интересных представителей современной литературы Майкл Каннингем прошел в своем творчестве довольно занятный путь. Начинал он с наиболее популярного жанра актуальной американской литературы, семейного романа ("Дом на краю света", "Плоть и кровь"), затем пришел к минимализму и интертексту ("Часы", "Начинается ночь") и игре с беллетристическими жанрами ("Избранные дни"). Его предпоследняя "Снежная королева" хоть и вписывалась в минимализм и интертекст, но в ней чувствовалось едва заметное подведение итогов, игра с собственными сюжетными ходами и прощальные нотки — прощальные с чем, этот вопрос волновал больше всего. Следом за «Королевой» Каннигем выпускает первый в своей библиографии сборник малой прозы, причем рискует в нем стать максимально не похожим на себя — автора самой красивой прозы в современной литературе, утонченного, способного описать падение снега словно чудо. В «Диком лебеде» много иронии, сарказма, а кое-где даже и цинизма. Но вместе с тем, если приглядеться внимательнее, Каннингем все-таки остается прежним.
"Дикий лебедь и другие сказки" — это своеобразное приложение к "Снежной королеве", в чем-то противоположное ей. Если в "Королеве" речь шла о необходимости растопить попавший в глаз ледяной осколок мира, то в "Диком лебеде" Каннингем развенчивает засевшие в наше бессознательное сказочные сюжеты, которыми нас с детства программируют на те или иные жизненные установки. Здесь он окончательно прощается с иллюзиями, которые мы носим в себе и за которые приходится иногда дорого платить.
"Дикий лебедь" предлагает читателю одиннадцать рассказов (я настаиваю именно на жанре рассказа), одиннадцать игр с сюжетами известных или не очень (как "Обезьянья лапа" Уильяма Джейкобса, например) произведений. Словно персонаж одного из них, Каннингем солому прежних сюжетов переплетает в золотые нити — из смеха и слез, иронии и печали, красоты и одиночества, безысходности обыденности и мгновений подлинного счастья. Здесь же писатель продолжает и начатые в "Королеве" поиски в организации наррации. Так, два рассказа написаны не в первом и не в третьем, а во втором лице; так, вместо повествования он кое-где предлагает диалог, по которому сюжет нужно угадать и т.д. Разнообразна здесь и жанровая палитра. Например, над "О-боб-рал" я хохотал в голос, а "Обезьянья лапка" — мистический триллер с мастерски выстроенным саспенсом.
Время и пространство в рассказах "Дикого лебедя" оказываются условными: из сказочного мира персонажи внезапно попадают в современность, словно читатели — из оставшегося позади детства в опустившуюся гильотиной на шею реальность, где прочитанные сказки почему-то не спешат сбыться. Каннингем вырывается в своих рассказах вплотную к тому, что можно назвать магическим реализмом. В своих прежних работах он максимально преображал действительность, опоэтизировал ее (про взрывающиеся над головой Бобби галактики в «Доме на краю света» помним?). И вот теперь, в новой книжке градус преображения реальности настолько повышен, что она не выдерживает, разлетается на куски и в образовавшемся пространстве обнаженным оказывается сказочный архетип, оставшийся нам с детства. История принца с лебединым крылом превращается в историю потерянного в социуме парня, где крыло — только метафора (чего — одаренности, инаковости?). Девица легкого поведения уже преклонных годов после десятка прожитых лет обыденной жизни неожиданно берет и строит дом из сладостей в лесу. Самый же типичный "маленький человек", эдакий акакий акакиевич, кочующий из эпоху в эпоху, обращается в сказочного Румпельштильцхена. И все они — все мы — лишь заблудившиеся в лесу существования дети, иллюзии которых изрядно потрепала жизнь, внеся в них свои коррективы. Но что делать? Приходится раз за разом пересказывать любые мифы все с новыми поправками, новыми уступками.
В каннингемовских "сказках" вырисовывается иногда ироничная, иногда печальная, а иногда и кошмарная галерея психологических портретов реальных человеческих типажей (их герои, я уверен, живут по соседству или иногда едут бок о бок с вами в автобусе) или семей, самых разных, каждая из которых счастлива и несчастлива по-своему. Сюжет каждого рассказа, имеющий сказочный архетип в ядре сюжета, но говорящий о повседневности, предельно сконцентрирован, насыщен скрытыми смыслами и метафорами. Так, например, в довольно смешном "О-боб-рал" возникает образ тоскующей у новоиспеченного нувориша Арфы — это метафора искусства, ненужного и обреченного в мире материального обогащения.
Лучшим рассказом сборника я бы назвал "Стойкого, оловянного", в котором Каннингем позволил себе остаться самим собой и который по воздействию на читателя очень похож на знаменитые романы писателя. Тут вообще нет ничего сказочного, это чистый реализм. Просто мать прочтет дочери "Стойкого оловянного солдатика", проецируя события сказки на собственную жизнь. Но так, что у читателя все внутри перевернется.
Каждый рассказ "Лебедя" — мудрая фантазия, поднимающая темы, над которым стоит поразмышлять. Или попросту прочувствовать, получив удовольствие от современной литературы высшего класса.
В "Диком лебеде" мы увидели во многих смыслах Каннингема, окончательно попрощавшегося с прежним творчеством, хоть и оставшегося самим собой. И самая большая интрига сейчас — каким будет его следующий роман, который должен стать историческим.
Не могу не отметить, что книга блестяще иллюстрирована, это придает ей особенный шарм. И почему-то в иллюстрациях Юко Симидзу мне постоянно мерещилась тень Обри Бёрдслея.

Читать полностью
panda007
panda007
Оценка:
78

Скучно. Откровенно скучно. Потому как ничего нового не прибавляет ни с старым сказкам, ни к пониманию самого Каннингема.
Люди бесконечно одиноки. В массе своей они неудачники. Что бы ни происходило в их жизни, всё к худшему. Мир полон иллюзий, мы постоянно обманываем друг друга, нет ни любви, ни свободы, ни чистоты, ни совершенства.
Если ты спасся от смерти, то быстро окажешься на обочине жизни. Мечтать ты будешь о недостижимом, то есть о том, что было когда-то. Деньги не принесут тебе ничего, кроме видимого благополучия. Кончишь свои дни ты, по-любому, в печке.
Всё это ещё и перемежается нравоучительными сентенциями, которые, конечно, при желании можно принять за чёрный юмор, но черноты в этом существенно больше, чем юмора:

Если станете идеализировать свое чадо, наделять добродетелями, которых у него заведомо нет, вопреки очевидности упрямо уверять себя, будто сын у вас вырос умным-благоразумным, надежной опорой в надвигающейся старости и т. п. – то не удивляйтесь потом, когда упадете в ванной и так и проваляетесь всю ночь на полу, потому что он до утра где-то бухал с приятелями.

Вообще полнейшая серьёзность и полное отсутствие иронии – одна из главных недостатков книги. Даже хороший ужастик щепотка соли и перца красят, а уж этому заунывному повествованию точно не повредили бы. А так получается даже не диетическое питание, а какая-то больничная кухня.

Читать полностью