«Имени такого-то» читать онлайн книгу 📙 автора Линор Горалик на MyBook.ru
image
Имени такого-то

Отсканируйте код для установки мобильного приложения MyBook

Премиум

4.08 
(39 оценок)

Имени такого-то

142 печатные страницы

2021 год

18+

По подписке
549 руб.

Доступ ко всем книгам и аудиокнигам от 1 месяца

Первые 14 дней бесплатно
Оцените книгу
О книге

Октябрь 1941 года. Немецкие войска приближаются к Москве, а работающая в тяжелейших условиях психиатрическая больница имени такого-то ждет приказа об эвакуации. В атмосфере тревожного ожидания чувства героев достигают высочайшего накала, а больничный и военный быт становится все более осязаемым. История находящихся в смертельной опасности людей, больных и медиков, превращается в многослойную аллегорию, в которой переплетается военная историческая реальность и поэтический вымысел, самоотверженный подвиг и безумие, страх и надежда. К написанию этой книги автор готовилась много лет, опираясь на историю сложнейшей эвакуации московской больницы им. Алексеева (более известной как «Кащенко»). Линор Горалик – писательница, поэтесса и журналистка, преподавательница НИУ ВШЭ и Шанинки..

Текст содержит нецензурную брань.

читайте онлайн полную версию книги «Имени такого-то» автора Линор Горалик на сайте электронной библиотеки MyBook.ru. Скачивайте приложения для iOS или Android и читайте «Имени такого-то» где угодно даже без интернета. 

Подробная информация
Дата написания: 1 января 2022Объем: 256497
Год издания: 2021Дата поступления: 17 февраля 2022
ISBN (EAN): 9785444816554
Правообладатель
504 книги

Поделиться

Bookovski

Оценил книгу

Что есть война, если не безумие? Единожды осознав, что это такое, человечество, казалось бы, должно было навеки отказаться от любой вражды, однако этого не случилось.

На дворе 1941. Что война здесь надолго, понятно всем, не только обитателям психиатрической больницы имени такого-то, собирающейся в эвакуацию. Пока медбрат Сидоров едет на гигантском горбатом зайце кормить деточек, лиса Василиса превращается в тяжеловоза и помогает дотащить больничную поклажу до баржи. Корабль дураков отправляется в путь! На борту 179 пациентов. Из них 43 – дети, 34 хирургических больных и на всех тридцать восемь человек персонала, включая главного врача.

«Условия были нечеловеческими» – такую фразу в отчётах-отписках, кишащих канцеляризмами больше, чем студенческая общага тараканами, встретишь нечасто, потому совсем не удивительно, что увидев её, Линор Горалик загорелась рассказать нам, как же выглядело это «нечеловеческое». А нечеловеческое было разное: баржа Леночка, медлительно волочащаяся брюхом по песку, вздорные хвостатые машины, слоноподобные щетинистые установки ПВО и даже двухголовый котёнок, при свете дня превращающийся в двух близнецов-чумазиков. Русский магический реализм в действии. Все грани стёрты, безумие разлито по страницам и витает в воздухе.

Читатель опытный при чтении Горалик вспомнит Пепперштейна с Ануфриевым, кто попроще – «Эшелон на Самарканд» Гузель Яхиной. И там, и там эвакуация, сказочные помощники и попытка показать чистое, незамутнённое безумие вблизи. Разница в том, что у Горалик безумны все, по крайней мере, потенциально, ведь невозможно оставаться нормальным, когда живёшь в безумном мире в безумное время. Сойти с ума можно от страха, от горя и даже просто так. Но оставаться человеком, несмотря на всё нечеловеческое вокруг, всё же можно в любой ситуации.

16 февраля 2022
LiveLib

Поделиться

Helena1996

Оценил книгу

История, о которой я не слышала, пока не взяла в руки книгу. Но не столь давно читала интервью самой Горалик, с некоторыми моментами, относящимися к истории ее написания, которой не могла не впечатлиться. И не смогла пройти мимо, когда книга приплыла мне в руки. Просто даже по той причине, что живу рядом. С тем местом, до сих пор называемым "Кащенко", где издавна был и пруд, и парк, в мое время, когда мы там любили в детстве пастись, они были запущены несколько, но оттого не менее любимы. Сейчас же место, окружающее больницу, с наведенным лоском и все по правилам природного дизайна, несет гордо имя парка и пруда Бекет, что тоже носит исторические предпосылки... А для Линор Горалик написание этой книги в чем-то было и психотерапией, не всегда со знаком плюс, но так у нее сложилось...

Итак, история больницы - в народе ее до сих пор зовут Кащенко, иногда Канатчиковой дачей, хотя уже не первое десятиление она гордо носит Алексеева, того, кто стоял у истоков ее основания и много сделал для ее постройки. Примечательны его слова, приведшие в конце концов к решению о строительстве больницы, сказанные, на минуточку, в конце 19-го века

Если бы вы взглянули на этих страдальцев, лишённых ума, из которых многие сидят на цепях в ожидании нашей помощи, вы не стали бы рассуждать о каких-то проектируемых переписях, а прямо приступили бы к делу.

К слову сказать, цепи в отношении таких страдальцев применяли еще в середине 17-го века. В Англии, в печально известном "Бедламе", кое слово стала давно уже нарицательным. Но в России и через два века все так же и оставалось. Больница носила практически все советское время имя Петра Кащенко, а ведь именно он поспособствовал в самом начале 20 века тому, что людей, и так страдающих, освободили - буквально - из цепей  и дали возможность занять свой разум творческой работой - трудотерапией.

Но это все история больницы, а наша история начинается в 1941-м, когда немцы уже находятся в опасной близости к Москве.

Несколько сотен пациентов больницы, среди которых и маленькие пациенты детского отделения, и надо учитывать специфику в принципе таких пациентов, ведь у каждого свои нюансы, относящиеся к причине пребываниях в больнице - и хорошо, если это только нюансы - всех их вместе с медицинским персоналом надо эвакуировать по воде, по Москве-реке, а потом по Волге, на баржах. Организовать питание, когда с едой уже вовсю плохо, спальные места, не говоря о том, что нужен за ними за всеми и пригляд, а многие требуют еще и постоянного лечения, а с лекарствами тоже ситуация не ахти.

И вот, начинается движение в сторону - как назван этот город в книге - в сторону Рязанска. По тому, что название города звучит не как Рязань, можно уже предположить, что это не просто так, в дальнейшем будут допущения не только географического порядка - ведь их путь будет лежать дальше вплоть до Казанска - некоторые события и даже причины происходящего будут выглядеть более чем фантастически, и порой это будет какая-то фантасмагория.

При том, что развивающиеся события окажутся и трагическими, и на фоне всего это ужаса - голод, нехватка продуктов, вши, вокруг война и угроза смерти, немецкие мины, и даже пожар, каждый миг наполнен страхом попасть в лапы к немцам, и плюс причины, которые заставляют их двигаться сначала к Горьковску (Нижнему Новгороду), а потом и к Казанску. Происходящее на судне, начиная от самого капитана и его баржи, и далее относящееся к ее  временным обитателям, и даже людям из числа команды баржи, и далее по списку, заставляет порой нас усомниться сначала в собственном рассудке, потом в рассудке находящихся там - и это не относится к больным - что в принципе не удивительно. В атмосфере ужасов войны, постоянного страха, недоедания и кучи всего,что навалилось на группу из медперсонала и больных вкупе с командой баржи - недолго и сойти с ума. Или наоборот - можно остаться в своем уме, лишь облекши некоторые события в одежды из фантазии и фантасмогоричности.

РS. И есть очень примечательный момент в сюжете, который можно отнести к жанру стимпанка, а можно пойти и дальше.

спойлер

И можно обратиться к сюжетам о живых кораблях в жанре фэнтези.

свернуть
2 мая 2022
LiveLib

Поделиться

majj-s

Оценил книгу

Спи, малютка, баю-бай, поскорее засыпай,
А кто будет егоза, тому выклюю глаза!
Один глаз снесу в колхоз, а другой сожрет матрос.
Буду я отец родной над Советскою страной.

Книга не похожа ни на что, читаное прежде. Со "Всеми, способными дышать дыхание" у нее тоже мало общего.  Линор Горалик переживает этап, на котором просто очень хороший писатель становится великим, а нам, читателям, выпало счастье сопричастности. В сегодняшнем мире, оскудевшем на поводы для радости,  имеет смысл ценить вдвойне.

Я сказала: "Имени такого-то" ни на что не похоже и это действительно так. Но неистребимая читательская привычка проводить параллели и находить соответствия новому в виденном прежде, подсказывает:  это как "Эшелон на Самарканд", написанный в манере пепперштейновской "Мифогенной любви каст", в миксте сюрреалистического антуража "Последних дней Нового Парижа" Мьевиля с народными сказками.  А в самую глубь, и если принять за отправную точку, что сюжетов всего два, то "Все, способные..." были "Илиадой" Горалик, в то время, как этот роман - ее "Одиссея".

История эвакуации больницы из осажденной фашистами Москвы поздней осенью сорок первого, которая легла в основу романа, описана хронологически точно. Вот так это было: сначала ждали приказа, без которого невозможно начать подготовку. Потом приказ есть, есть и баржа, но материального обеспечения предсказуемо нет, а больных нужно кормить. обустроить койкоместа, позаботиться о возможности справить в дороге нужду.

Приходится добывать необходимое правдами и неправдами. Наконец отплытие, и тут-то окажется, что все самое трудное только начинается. Дополнительным, а может и основным осложняющим фактором выступает то, что лечебница психиатрическая. Если помните, сумасшедших расовая теория приравнивала к евреям, геям и цыганам - они подлежали уничтожению в первую очередь.

Теперь представьте: ноябрь, холод, война, бомбят, баржа, в трюмах двести человек очень специфических больных, включая раненных и детей, семьдесят человек персонала. Всех надо кормить, лечить и обихаживать. Пайков удалось добыть на четыре дня пути до пункта предписания, там принять отказываются и нужно плыть дальше. Если вам приходилось ехать на поезде четыре дня, вспомните свое состояние к концу поездки. А теперь умножьте на тысячу, на десять, сто тысяч. Подумайте о немыслимой самоотверженности персонала, о героизме и уровне самоотречения, позволившем довезти контингент до места, где наконец приняли.

А теперь представьте, что вы в страшной волшебной сказке. Где маленькие сироты-оборотни Ганька и Грунька (да, Гензель и Гретель) подкарауливают и грабят прохожих в своем пряничном домике. Где лиса, размером с добрую лошадь, спасает узника концлагеря и уносит на спине ("несет меня лиса за синие леса"). Где фаустианские соблазны материализуются волшебным томиком изданной в Европе монографии с золотым обрезом, горшочек девять дней кряду наполняется маслом, а противовоздушные пушки и баржа лишь наполовину механические - наполовину живые.

Именно в такой окажетесь, начав читать этот, совсем крохотного объема (170 страниц), но невероятно концентрированного смысла роман.  Без сомнения, принадлежащий к лучшим образцам метамодернистской прозы

9 мая 2022
LiveLib

Поделиться

Автор книги

Подборки с этой книгой