Крупное предательство похоже на преданность.
Японская пословица
– Фрэнк, помоги мне…
Этот голос явился ко мне во сне, голос юноши. Странно было то, что я не была способна его увидеть, потому что сама я странствовала в темноте. Место походило на больничный бокс, только не с белыми стенами, а с черными. И этот голос, он проносился по всему помещению и отдавался эхом от стен, словно теннисный мячик. У этой комнаты была атмосфера темницы, что меня настораживало и даже немного пугало. Но парень, который просил о помощи, казался мне куда более встревоженным. Возможно, его пугало что-то страшнее неизвестности, что-то жестокое и невообразимое. И что же тогда скрывается в этой темноте?
7:05. Звук бьющейся посуды, крики родителей и воспоминания о вчерашнем дне свалились тяжелым грузом мне на голову. Доброе утро, мир. Я уже не помню, когда последний раз заводила будильник, с большим успехом его заменили мои «любимые» родители.
Какой позор. По крупицам я вспомнила вчерашний проигрыш, Стива и этот чертов поцелуй с Джеймсом, а потом лужу грязи и то, как я шла по улице в этом тряпье. Взгляд упал на брошенную грязную одежду в углу, я скорчилась и, зайдя в гардеробную, подобрала себе новый образ, под стать моему настроению – черная блузка с кружевом и черная кожаная юбка. На скорую руку я закинула тетради в портфель и спустилась, чтобы как можно быстрее проглотить завтрак и покинуть дом.
– ДА ТЕБЯ НИЧЕГО НЕ ЗАБОТИТ, КРОМЕ ТВОИХ ПОРТЯНОК!!! – Мать судорожно трясла в руках ценные бумаги отца, он выглядел немного напугано, очевидно, боясь, что она их разорвет в клочья. К слову сказать, такой спектакль уже разворачивался в нашем доме. – Я ВЕЧНО СИЖУ ДОМА ОДНА, ТЕРПЛЮ ВСЕ ТВОИ ВЫХОДКИ, А ТЫ, ВИДИТЕ ЛИ, ЗАРАБОТАЛСЯ! ДАВАЙ, ШУРУЙ К СВОЕЙ ШАЛАВЕ, МНЕ ЭТО НАДОЕЛО!
– КАК ЖЕ! ДОМА ОНА СИДИТ, СКУЧАЕТ! – Он активно жестикулировал и махал руками, словно птенец, который вот-вот выпрыгнет из гнезда. И лучше бы выпрыгнул. – Я ОДИН ПРИНОШУ ДЕНЬГИ В ДОМ, А ТЫ ЖИВЕШЬ ЗА МОЙ СЧЕТ, ТАК ЧТО ДОВОЛЬСТВУЙСЯ ТЕМ, ЧТО ИМЕЕШЬ!
– Доброе утро, мам, пап. – Я спокойно прошла между ними, не обращая внимания на очередную ссору. Меня в этом доме все равно никто не слышал, не понимаю, зачем стараться привлекать к себе внимание. Я и не вспомню уже тот день, когда мы бы проводили тихие вечера за ужином, делились секретами или рассказывали, как прошел день. Все эти простые семейные ритуалы заменили вечные злостные оскорбления в адрес друг друга. Мои родители воевали друг с другом хлеще любой собаки с кошкой, а что касается их единственной дочери – меня никогда не замечали; как только я хотела получить хоть немного внимания, от меня откупались. Что у матери, что у отца никогда на первом месте не стоял ребенок, не говоря уже про любимого человека, на пьедестале их ценностей возвышалось хрупкое эго, то самое заветное «Я».
– ДА ТЕБЯ НИКОГДА НЕ ВОЛНОВАЛО, КАК Я И ЧТО СО МНОЙ! ТЫ ВЕЧНО ПЫТАЕШЬСЯ ИЗБЕЖАТЬ КАКОГО-ЛИБО РАЗГОВОРА! ТВОИ ВЕЧНЫЕ ВЫХОДКИ ВОТ УЖЕ ГДЕ МНЕ… – Она запрокинула голову и резким движением ладони демонстративно указала себе на горло. Я усмехнулась, типичный аргумент моей матери.
Подойдя к плите и взбив яйца в миске, я вылила их на раскаленную сковороду. Крики не прекращались. Закончив готовить омлет, я проглотила его в один присест. Возле раковины послышалась новая череда скандалов, причиной тому стала разбившаяся мамина любимая ваза из итальянского фарфора. У них как будто открылось второе дыхание. Прошмыгнув под активно жестикулирующей рукой отца, я выскочила на волю и помчалась в школу.
– О-о, Фрэнк, зацени мою новую юбку. – Мишель выловила меня почти у самого входа. Она воодушевленно принялась кружиться вокруг своей оси, раскрывая потенциал красной клетчатой юбки солнце, которая, как и ожидалось, разлетелась от порыва ветра.
– Ага, круто, – больше из вежливости, чем с энтузиазмом сказала я и приступила к долгожданному допросу с пристрастием: – Где ты была вчера ночью?
– Ты чего? Тебя же не волнуют мои «ночные похождения». – Лицо ее было как всегда беззаботным, на фразе «ночные похождения» она изобразила кавычки пальцами, якобы цитируя мои слова.
– Ладно, задам вопрос по-другому. – Я прищурилась, вглядываясь в ее кукольное личико. – Прошлой ночью ты была в кровати у Эрика Смита?
– Бо-о-оже, ты серьезно? – Мишель закатила глаза. – Сейчас ты напоминаешь мамашу-следователя. Ой, я не ночевала дома. Ах, отбери у меня телефон и запрети смотреть телевизор, – паясничала она, изображая из себя посредственную актрису.
– Так у него или нет?
– С чего ты вообще взяла, что я стала бы спать с нашим врагом? – Она тревожно принялась наматывать прядь волос на указательный палец и озираться по сторонам, как если бы искала сенсацию, которая могла бы ей помочь сменить вектор нашего разговора.
– Так значит, спала… – безнадежно, на выдохе произнесла я.
– И что теперь? – Она скрестила руки на груди и с вызовом кивнула мне. – Можно подумать, ты святая.
Я опустила голову, снова этот поцелуй встал у меня перед глазами.
– Тоже мне подруга, – фыркнула я
– Ты все равно любишь меня, – вызывающе произнесла она, и это было правдой. Я мало кого люблю, но любви в ответ никогда не получаю, Мишель хотя бы остается рядом.
«– Ау-у, – наивно крикнула Элизабет, и ее оклик заполнил всю пещеру нежным голосом, эхо повторяло ее клич постепенно умолкая.
Вдалеке что-то ярко засверкало таким неестественным огнем, что привлекло их внимание. Это был розовый отблеск, будто солнечный зайчик. Джефферсон сразу же ринулся туда.
– Мартин, подойди ближе. Смотри, это же амулет, тот самый, понимаешь? – Глаза Джефферсона горели как у безумного; десять лет поисков, и вот он – долгожданный приз. Парень медленно, неуверенно тянул руки к находке, но, когда ладони были готовы схватить амулет, из воздуха появилась пожилая женщина. На голове у нее покоился седой пучок, одета она была в бордовое платье до пола, на плечах лежала шаль, а в руках – палка.
– Не так быстро, сынок, – ударив его палкой по запястьям, сказала она. Джефф насупился и выпрямился.
– Прошу прощения, но я искал этот амулет довольно долго, разрешите мне его забрать, хотя бы на время, – он узнал легендарную стражницу и старался быть предельно учтивым с ней.
– Мне нужна гарантия, что он достается в хорошие руки, – задумчиво произнесла она.
– Он очень добрый и хороший юноша, его помыслы чисты, – склонив голову, Мартин вклинился в диалог друга со старухой.
– Ты, должно быть, Мартин Вуд? – старушка загадочно улыбнулась.
– Верно, – Мартин был спокоен и вежлив.
– Хорошо, тогда сделка. – Она повернулась к Джеффу. – Я заберу вашего друга Мартина в обмен на этот волшебный артефакт. Как говорится, услуга за услугу.
– Мной нельзя обмениваться, я же не артефакт. С уважением, госпожа Вудворд, но я против, – почти сразу отреагировал парень, съедая последние слова от неуверенности. Вуд посмел дерзко возразить стражнице и теперь ждал последствий.
Джефферсон же молча взглянул сначала на старушку и амулет, потом на Мартина и Элизабет, позже его глаза бегали от амулета к Мартину и назад.
– Я согласен, – наконец твердо произнес он и подмигнул Мартину, тем самым обозначая, что у него все схвачено.
Но оба друга, проигнорировав его мимику, в один голос переспросили: «ЧТО??!»
– Идет. – С этим словом Шейрон в одно мгновение испарилась вместе с Мартином. Джеффу и Элиз оставалось лишь смотреть на призрачную дымку и красиво переливающийся амулет».
Некоторые люди, как канделябры, все время хотят держать свечку при чужих отношениях.
Нелли Русинко
Школьные будни бежали со скоростью черепахи. Все время рядом с Мишель я то и делала, что слушала одно и то же: у кого появился новый парень, какие вещи носить лучше в этом сезоне и кто ей нравится сейчас, а на последнюю тему она готова говорить хоть вечность, потому что каждый раз это новый человек. С нами многие хотят общаться, поэтому мы постоянно работаем слаженно: я ручаюсь за личные контакты с людьми, а она – за информацию о них и сплетни. Хотя с личными контактами у Мишель тоже не бывало проблем, только налаживала она их обычно в своем стиле, более интимном, в отличие от меня.
Сейчас мы направлялись в столовую. В фильмах для подростков дети часто сидят там, где им угодно, и с теми, с кем им хочется. В нашей старшей школе было нечто подобное – популярные и богатые сидели с себе подобными, а бедные и изгои часто забивались в углы, таким образом у каждой «касты» были свои столы.
Мы взяли сок, яблоко и карбонару и заняли свои места на подиуме. Наш стол находился в самом центре столовой, мы называли его подиумом, потому что к нему нужно было подняться и он один возвышался над всеми остальными. Это было что-то вроде места, где сидят лучшие из лучших, но каждый с людьми своего круга. Например, спортсмены; богачи; «организаторы», кто ручался за все вечеринки, и несколько блогеров, которые были известны в социальных сетях. Мы все были как-то взаимосвязаны, и мы все сидели здесь, в кругу самых популярных.
– А еще ты знала, что Оливия Биллтс рассталась со своим парнем? Он переспал с ее ма…
– Привет, малыш. – Рядом подсел Джеймс, обнимая меня за талию, и вместе с ним Эрик и еще один их друг Артур.
– Щупальца убрал, я брезгую тобой. – Я оттолкнула парня, смерив его сердитым взглядом. В этот момент все, кто сидел за столом, обратили внимание на нас, прежде такой наглости с его стороны не было в мой адрес. Послышались перешептывания.
– А вчера в парке мне так не показалось, – он самоуверенно усмехнулся и наклонился меня поцеловать. Я со стаканом в руке стала отодвигаться от него, но он, точно кабель на случке, не прекращал попыток овладеть мной и продолжал распускать руки. Схватив меня за плечи, он бездушно проигнорировал мою мирную капитуляцию. С еще большей настойчивостью и веселой ухмылкой на губах Джеймс принялся наклоняться к моему лицу. Брыкаясь и совершенно потеряв самообладание, я тотчас же выплеснула содержимое стакана ему в лицо. Вместе с каплями сока, ухмылка стекла с его самодовольной морды. Так как почти все на подиуме смотрели только на нас, этим поступком у меня получилось выставить выскочку Джеймса на посмешище. Бонус два в одном. Но он резко выскочил изо стола, схватил меня за запястье и дернул на себя так, что я не смогла удержать равновесие и упала ему на грудь.
– Ну что ж ты так неаккуратно, детка? Неужели твоя мама совсем не учила тебя манерам? – сквозь зубы процедил парень, стараясь сохранить в себе последнюю унцию самообладания, но в его глазах я успела увидеть яркую вспышку гнева.
Упоминание о матери застало меня врасплох, и я истерически рассмеялась прямо ему в лицо.
– А что ты сразу о матери? Неужто маменькин сынок? – Мне казалось, сейчас я начну плеваться ядом, если эта тема продолжиться.
– Моя мать любящая и заботливая, а твоя, кажется, нет. – Весь его вид был пропитан надменностью. Он хотел меня уничтожить и бил по самым глубоким ранам. Вспышка. Воспоминания, как водопад, обрушились на меня. Я вспомнила очередную ссору родителей, которая была года три назад, но картина, вставшая перед глазами, казалась совершенно настоящей, словно это происходит наяву:
«Мне это надоело, я ухожу! Живи один, подонок!!! И приводи сколько угодно сюда своих шалав, мне плевать!» – Лицо мамы было мрачнее тучи, а ее голос был подобен грому. От нескончаемых истерик во всем доме содрогались стены и, казалось, вот-вот осыпятся, как шелуха.
«Ма-а-ам, пожалуйста, хватит ссориться», – я слезно умоляла, чтобы это закончилось. Просила родителей, молила богов уберечь нас от этого краха, но все мои попытки были тщетны.
«Ты еще пожалеешь! И будешь гореть в аду!» – срываясь на крик, она продолжала свою тираду, полную ненависти, а я знала, что мы уже в аду.
Я неуверенно подошла к маме и крепко-крепко обняла ее, я вложила всю свою любовь в эти объятия, как бы говоря: «Ты не одна, я рядом». Я так мечтала, чтобы поток этой ругани наконец закончился. И я не могла понять, почему они просто не помирятся, мы ведь семья.
«Что присосалась ко мне, малолетка??! Не суйся не в свое дело! – Она брезгливо оттолкнула меня и, смотря куда-то в сторону, продолжала проклинать всех: – И так обеспечиваем, как олигархи, хватит вторгаться в личное пространство!!!» – Хоть слёзы и застилали мне взор, я смогла отчетливо увидеть ее перекошенное от отвращения ко мне лицо и взгляд, полный ненависти и обиды.
Воспоминания прекратились, но чувство отрешенности осталось, я судорожно принялась парировать его выступление.
О проекте
О подписке
Другие проекты