Мне стало смешно и страшно одновременно. Смешно, потому что шутки Михаила вкупе с его обаянием заставляли меня улыбаться по всякому поводу и без. Страшно, потому что только теперь до меня начало доходить, в какую авантюру я вляпалась, и что даже если сумею благополучно выпутаться, жизнь моя отныне круто изменилась и пути назад отрезаны.

Пока мы ехали, Сергей излагал, как познакомился со мной, как на нас напали, как на парковке мы встретились с Викторией, но снова умолчал о своём амулете. К слову сказать, в данный момент даже я не знала, где он находится.

Обратная дорога была свободна, так что добрались мы минут за тридцать. Михаил снова занялся транспортировкой тел, а Виктория укрыла нас от любопытных взглядов.

Пленных чародеев бросили в той самой комнатке, где я не далее как сегодня утром практиковалась в магии.

– Снимай с них свои путы, – скомандовала Виктория. – У меня тут есть кое-что понадёжнее.

Быстренько отпустив затраченную Силу на волю, я с интересом уставилась на волшебницу, дескать, что теперь. Та неторопливо извлекла из какой-то потайной ниши пару наручников, только сделаны они были не из металла, а из искусно обработанного камня густого чёрного цвета. Цепь и застёжки отливали серебром. Надев «браслеты» на запястья «гостей», Виктория объяснила, обращаясь преимущественно ко мне:

– Это обсидиан. Если его энергию правильно замкнуть, этот камень абсолютно обезопасит тебя: чародеи не смогут дотянуться до Силы. Серебро поддерживает заклинание, вместе они как бы образуют замкнутый цикл, находящийся в непрерывном движении, обмениваясь энергиями и не давая чарам ослабеть. Сила, запущенная в них заклятием, бьётся в этом кругу, словно бабочка о стенки банки, что не позволит этим милым господам черпать энергию с Нижнего уровня.

– Как ни странно, но я понимаю, что ты имеешь в виду, – я действительно уловила суть, как именно наручники блокируют доступ к Силе, хотя объяснить вряд ли смогла бы.

– Разбудим их или сначала пообедаем? Я жутко голоден, – в устах Михаила слова эти прозвучали двусмысленно, так что я невольно хихикнула. Он обернулся ко мне и хитро прищурился. – Не обольщайся, ведьмочка, обычный голод я ощущаю, как и люди, так что сегодня твоей нежной шейке ничего не грозит. Кроме того, тут лежат два вполне себе никому не нужных контейнера со свежей кровью, – плотоядно улыбнувшись, он кивнул в сторону всё ещё не приходивших в себя чародеев.

– Хватит дурачиться, – прервала нас Виктория. – Миша, мы оба знаем, какой голод ты имел в виду. Сейчас я разбужу их, а ты покажешь на том, что помоложе, что случится, если они откажутся с нами разговаривать. И все будут довольны.

– Подожди, я протру ему шею!

Он извлёк из кармана брюк платок и небольшой флакончик, после чего, пшикнув на горло несчастного спиртом, действительно аккуратно протёр кожу. Я не могла понять, кривляется он перед нами или проводит стандартную процедуру, пока господин вампир сам не развеял мои сомнения:

– Ну что ты так на меня уставилась! Ты же не ешь немытые овощи, почему же считаешь, что я чем-то хуже? Я тоже привык соблюдать нормы гигиены. По возможности.

С этими словами он засунул платок и флакон со спиртом обратно в карман, и Виктория начала колдовать. Как и всегда, я почувствовала лёгкий толчок, а потом наши пленники очнулись.

Более опытный окинул взглядом комнату, тут же трезво оценил обстановку и почему-то уставился на меня. Второй явно нервничал и плохо понимал, что происходит, попытался снять наручники, потом потянулся к Силе, но, очевидно, получил довольно чувствительный удар и тоже замер, переводя затравленный взгляд с одного лица на другое, ни на ком не задерживаясь.

– Итак, первый вопрос, – тоном опытного КГБ-шника начала Виктория. – Кто вы и зачем охотились на этого юношу, чуть не убив между делом двух невинных девушек?

Ответом нам послужила тишина: презрительная с одной стороны и испуганная – с другой.

– Ответ неверный. Дорогой, покажи этим милым господам, что их ждёт, если они не заговорят, – ласковым голоском пропела чародейка, хищно блеснув зелёными глазищами.

Михаил не заставил просить себя дважды и отыграл роль на отлично. Картинно раскрыл рот, показав резко удлинившиеся, невероятно острые клыки, медленно подошёл к начавшему судорожно дёргаться парню, склонился над ним и быстро вонзился в шею. Я заворожённо наблюдала, как бессильно извивается тело, как капельки крови летят на пол; видела расширенные от ужаса глаза второго мага. Прошло не больше минуты, как Михаил уже оторвался от горла несчастного, но всё ещё продолжал играть роль кровожадной твари из малобюджетного фильма ужасов: пол-лица запачкано кровью, покрасневшие зрачки хищно блестят. Решив, что этого мало, он начал клянчить у Виктории:

– Может, заодно и второго попробую? Хоть немного, а то я даже запаха крови толком не почувствовал… Или отдай мне этого, у молодых всё равно кровь вкуснее, а второй пусть на голодный день остаётся. Договорились?

– Нет! – грозно рявкнула она в ответ, пытаясь не расхохотаться, ибо это могло испортить весь спектакль. – Сходи умойся и возвращайся; если к тому моменту не заговорят, бери обоих.

Едва за Михаилом захлопнулась дверь, старший излил на нас целый поток информации. Хорошо, что он не услышал сдавленный смех, донёсшийся из-за двери…

– Мы маги из другого мира, но это вы и так знаете. Пришли за этим юношей по приказу Старейшин. Он украл у нас одну вещь, очень сильный магический амулет, а потом сбежал. Не знаю, что он вам наплёл, но это очень хитрый и опасный человек, вы зря ему помогаете. Сертарио не раздумывая убьёт вас, как только получит, что хотел.

– Сертарио! Моё имя… – воскликнул «Сергей».

– Он даже своего имени вам не назвал? – удивился разговорившийся пленник. – Но не обольщайтесь, это всего лишь одно из многих, коими он пользовался. Истинное его имя вряд ли известно кому-то, кроме него самого.

– Ваш рассказ чрезвычайно интересен, но где гарантия, что он правдив? – вмешалась я. – И, если уж на то пошло, вы тоже не назвали своих имён.

– Называйте меня Вильдан. Мой спутник – Ямбре. Но он сейчас вряд ли в состоянии пообщаться с вами и подтвердить правдивость моих слов: это ужасное существо чуть не убило его и напугало до полусмерти. В нашем мире тоже немало опасностей, хватает и кровопийц, но все они выглядят как чудовища, а этот поначалу показался мне человеком. Ужасно. Но я говорю правду, хоть и не могу подтвердить это.

– Зато я могу, – Михаил приоткрыл дверь и вошёл внутрь. У него снова было вполне человеческое выражение лица, от крови на губах не осталось и следа, но оба мага заметно побледнели при его появлении. – Продолжай, мой дорогой друг. Вильдан, кажется? И учти, как только я почувствую обман, я незамедлительно вцеплюсь в твою шею и буду пить до тех пор, пока в твоём теле не останется ни капли крови. Усёк?

– Я ведь уже всё рассказал! – взвизгнул маг. – Лучше сразу убейте, я мало что знаю, мы всего лишь исполняли приказ! Хотите подробностей – спросите Сертарио!.. Он главное действующее лицо во всей этой заварушке, а я ничего не знаю!

– Допустим, но расскажи хотя бы то, что знаешь, с самого начала, – вежливо попросил вампир. – Что это за амулет, зачем его украли. И помни: на кону твоя жизнь.

– Вся эта история началась около года назад, – сглотнув, начал Вильдан. – Совет Старейшин заинтересовался одним очень могущественным артефактом. Не знаю точно, каким образом вообще удалось пронюхать о его существовании; этим занимались сами Старейшины, а они в свои тайны никого не посвящают. Кажется, всплыли обрывки какой-то очень старой переписки, но больше я ничего не знаю, клянусь!.. Слухи ходили разные: дескать, камень даёт неограниченную власть над простыми людьми, возвращает молодость, позволяет с лёгкостью путешествовать между мирами и много ещё чего в этом же духе. Достоверно было известно только одно: вещица несколько веков переходила по наследству из поколения в поколение как семейная реликвия, но давно утратила свои свойства, поскольку нужна оправа. Каким-то образом Старейшинам удалось достать амулет. Они создали новую оправу, многократно увеличив мощь камня, но так и не успели им воспользоваться. Этот ловкий юнец – не в одиночку, конечно – выкрал амулет и бежал. Мы долго за ними охотились, но, когда взяли наконец его дружка Лао, тот уже остался в одиночестве. Его допросили, после чего нас отправили по следу, который и привёл сюда. Мы должны найти Сертарио, забрать камень и вернуться вместе с ним и парнем в свой мир. Теперь вы понимаете, что вас это совершенно не касается? Отпустите нас, отдайте талисман и мальчишку – это действительно очень опасный человек! Вы не понимаете…

– Ты сказал не всё, – грозно глянул на пленника Михаил.

– Д-да. Не думаю, что это важно, но… Я заглянул тайком в протокол дознания его клеврета, Лао, пока нёс бумаги из подвала Старейшинам. Излишнее любопытство у нас не приветствуется, поэтому я мало что успел прочесть. Но речь шла, кажется, о каком-то двойнике. Дескать, если камни встретятся, то для одного из миров это будет великое падение, а для другого – великое возвышение. Только, во-первых, пленник ведь мог и наврать, а, во-вторых, я всё равно ничего не смогу вам объяснить, потому что мало что понял, а Старейшины об этом ничего не говорили.

– То есть вам ничего не сказали о камне-двойнике, когда отправляли в погоню? – Михаил неожиданно наклонился к Ямбре, так что тот тихо всхлипнул от страха и яростно замотал головой. – Отлично, я тебе верю. Вы пока отдохните, потом я принесу ужин и постели. Похоже, вам придётся погостить у нас несколько дней.

С этими словами он кивнул нам и вышел из комнаты, мы потянулись следом. На душе у меня было муторно и противно. Не то чтобы я и впрямь поверила, что Сергей… тьфу, Сертарио!.. действительно такая уж непроходимая сволочь и вор, как про него рассказывал этот Вильдан, но всё равно было неприятно.

– Лея, – окликнул меня шедший рядом Сертарио, – ты думаешь, они сказали правду? Мне почему-то кажется, что я не крал медальон… Наверняка они говорили про тот камень, который я нашёл в потайном кармане. Но он мне кажется такой же родной и неотъемлемой частью меня, как, скажем, ухо или мизинец левой ноги. Неужели это всё-таки правда?..

– Да, всё, что сказал нам этот перепуганный человек – чистейшая правда, – резко развернулся Михаил, загораживая нам проход в кухню.

Виктория уже успела проскочить туда и сейчас вовсю гремела посудой.

– Беда в том, – продолжил вампир, – что та правда, которую знают они, может отличаться от истины. Разве вы не поняли? Это пешки, которым игрок не докладывает о своих планах, а только отдаёт приказы. Так что, если мы хотим докопаться до истины, придётся познакомиться с игроком. Осталось решить: нанесём ему визит сами или пригласим в гости? Хотя об этом позже. Я понимаю, почему ты промолчал про амулет, Сертарио, но сейчас мы впутаны в это дело вместе с тобой, так что имеем право знать правду. Покажи его.

Мой друг на секунду замешкался, потом полез в карман джинсов и извлёк таинственный камешек, оправа которого едва заметно переливалась тусклым золотом. Михаил протянул руку, осторожно взял медальон, повертел и недоумённо пожал плечами, дескать, подвеска как подвеска, было бы из-за чего шум поднимать. Мы прошли в кухню, где таинственный амулет перекочевал к Виктории, которая, увидев его, заметно напряглась. Внимательно осмотрев камень, она вернула его Сертарио.

– Я знаю, где его двойник. Первозданный аквамарин ни с чем не спутаешь. Точно такой же камень есть в кабинете Верховного канцлера; он довольно невзрачный, не бросается в глаза, украшает большие настенные часы. Я бы вряд ли обратила на него внимание, просто однажды зашла к канцлеру подписать кое-какие бумаги, а он в этот момент в упор глядел на тот самый камень, словно пытался решить трудную головоломку.

– Выходит, старик Феликс что-то знает, – прокомментировал общую мысль Михаил. – Дорогая, тебе придётся этим заняться.

– Фу, он опять начнёт распускать руки, – поморщилась Виктория. – Но ты прав, делать нечего, я постараюсь вытянуть из него всё возможное. Завтра.

После обеда Виктория сразу же ушла наверх, сославшись на усталость, Михаил отправился обустраивать наших пленников, и мы остались на кухне вдвоём.

– Ты больше так ничего и не вспомнил? Нет, я не забыла, что говорила Виктория, но мало ли…

– Нет, – покачал головой Сертарио, – только какие-то смутные чувства. Я помню злобу своих преследователей, опасность, исходящую от них; и у меня есть чёткое осознание того, что я здесь не случайно, ведь мог уйти в любой другой мир, но попал именно сюда, кажется, даже целенаправленно… Извини, после сегодняшних событий я немного не в себе, голова болит жутко – всё-таки хорошо они меня приложили – да и разобраться надо во всём, так что я, пожалуй, прилягу, если не возражаешь.

– Да, конечно.

– Станет скучно – приходи, поболтаем, – подмигнул он и вышел из кухни.

Я осталась одна. Ложиться спать было ещё рано: маленькая стрелка едва перевалила за четыре часа. Н-да, в интересную историю я ввязалась; всеми силами мы пытаемся распутать этот таинственный клубок, а в итоге запутываемся в нём всё больше. Чтобы хоть немного отвлечься от этих мыслей и спокойно дождаться завтрашнего отчёта Виктории, я решила помучить Михаила и побольше узнать о жизни вампиров. Через десять минут жертва моего любопытства уже сидела напротив и пыталась втолковать необразованной мне, чем киношный вампир отличается от реального. Я слушала его вполуха, то и дело отвлекаясь на привлекательность лица и голоса.

– Нас, видишь ли, не так уж много, и мы не слишком жалуем друг друга. В Москве вампиров едва ли больше сотни, что на такой огромный город крайне мало, сама понимаешь. Границы, в пределах которых мы охотимся, чётко определены, на чужую территорию не лезем. Почти все одиночки; правда, есть и пары, но их всего штук пять. Семья только одна, по крайней мере, в Москве. У них двое детей, так что им выделен целый район. Как я охочусь, ты уже слышала, большинство поступают так же. Людей не убивает никто, разве что тайно, так как за это полагается суровая кара с последующим выдворением с континента без права вернуться. Не думай, что мы такие добрые по отношению к смертным – просто это единственный способ выжить. Если люди начнут находить трупы, они рано или поздно узнают о нас и найдут способ уничтожить под корень… Эй, ты меня вообще слушаешь?

– Что? Да-да, продолжай, – рассеянно ответила я. – Прости, просто…

– Просто – что? – тут же насторожился собеседник.

– Не могу сосредоточиться, ты какой-то слишком уж симпатичный, – покаянно вздохнула я, сама не понимая, что со мной такое.

Никаких притязаний на чужих мужей мне иметь не хотелось, но почему-то я никак не могла стряхнуть с себя морок некоего тупого оцепенения, вызванного привлекательностью сидящего напротив мужчины. Я надеялась, что чистосердечное признание поможет мне протрезветь, хотя бы благодаря сопряжённому с подобной откровенностью смущению.

– Стоп! – тут же отреагировал Михаил. – Давай-ка кое-что проясним, Лея. Я не «симпатичный», как ты это назвала, а притягательный. И это не твои мысли, это нормальная реакция человека на вампира. Прости, это моя вина, я совсем забыл, что ты новенькая на пути магии, и потерял бдительность. Но теперь закрываться уже поздно, поэтому тебе придётся самой справляться с этим. Помни, это всего лишь уловка природы: мы для людей естественные враги, хищники, пьющие вашу кровь, и для упрощения охоты нас создали чертовски обаятельными. Люди всегда тянутся к нам. Девушки и геи влюбляются в меня почти поголовно, так что обычно я закрываюсь от чужого внимания, но это отнимает силы. Маги на нашу притягательность не реагируют, поэтому я расслабился, совершенно забыв о твоей неопытности. Информацию ты уже обработала, теперь стало легче?

– Немного, – я удивлённо хлопала глазами, пытаясь отделить свои чувства от навеянных.

– Попробуй закрыться, поставь самый простой щит, – посоветовал Михаил.

Простейший щит мне показывал Сертарио, ещё в парке. Я с лёгкостью воспроизвела заклинание, и наваждение рассеялось, оставив на память о себе только один вопрос: что, чёрт возьми, со мной было?! Каким бы красивым ни казался мне Михаил, он уже женат, а для меня это всегда было табу. Хорошо снова быть собой!

– Получилось! – поделилась я своей радостью.

Михаил облегчённо вздохнул, и мы продолжили беседу. Успели переговорить обо всех мифах и легендах, связанных с вампирами, обсудить проблему вампирьего демографического кризиса и продумать пути его преодоления, припомнить и посмеяться над парой-тройкой фильмов ужаса, и ещё много чего интересного. А через пару часов я вдруг осознала, что если немедленно не окажусь в постели, то усну прямо за столом – неудивительно, прошлой ночью проспала едва ли часа четыре. Так что я пожелала Михаилу спокойной ночи и ушла в выделенную нам комнату, попытавшись уже лёжа в кровати поговорить о чём-то с Сертарио. Кажется, я мирно засопела на полуслове, а когда проснулась, стояла уже глубокая ночь. Мудро рассудив, что вставать ещё рано, а извиняться за непочтительно прерванную беседу уже поздно, я перевернулась на другой бок и уснула снова. На этот раз до утра.