Глава 7

Без четверти четыре я была готова к выходу.

– Сертарио! Можешь обуваться, я буду ждать в машине.

Осталось напоследок ещё раз глянуть на своё отражение.

Зазеркальная шатенка лет двадцати с приличных размеров хвостиком оценивающе уставилась на меня огромными карими глазами. Высокие каблуки помогают приблизиться к модельным ста восьмидесяти, закрытое облегающее чёрное платье спускается почти до колен, подчёркивая все те достоинства, которые должно, и не скрывая при этом стройные ножки и изящные запястья. Кончики волос слегка вьются, придавая лёгкость всей фигуре; неброский вечерний макияж делает глаза выразительными, а губы – чувственными.

«Красотка!» – мысленно похвалила я себя, подмигнув отражению. Оно в ответ ухмыльнулось, показав большой палец, дескать, всё будет отлично, не переживай.

Я накинула ветровку и вышла из дома – как раз успею прогреть машину. Виктория ещё не ушла, так что я даже выклянчила для нас запасную связку ключей от квартиры – на всякий случай. Куда мы поедем, я пока так и не решила, поэтому, когда Сертарио запрыгнул на заднее сиденье – очевидно, по привычке – просто рванула наугад.

Постепенно с широких улиц мы перекочевали в маленькие закоулки, где после двадцати минут хаотичных блужданий наткнулись на вывеску «Кофейный дом». Аккуратно припарковавшись неподалёку, я вышла из машины.

– Наверное, стоит попробовать зайти сюда, – медленно проговорила я, обращаясь больше к самой себе.

– Ты… ты какая-то другая, – нерешительно произнёс Сертарио сбоку от меня.

Точно, он же не видел меня дома, а в машине рассматривать было неудобно. Что ж, насладимся эффектом!

– В каком смысле – «другая»? – удивлённо похлопать глазами сейчас вполне уместно.

– Такая… необычная. Очень красивая и серьёзная. Я не умею ясно выражаться, прости… – он смущённо опустил голову.

– Благодарю, – я польщённо улыбнулась. – Ну, пошли?

И мы пошли. Волей случая нас занесло именно в такое место, куда мне хотелось попасть. Полумрак, свечи на столиках, кожаные диваны, почти полное отсутствие посетителей. Заняв самое дальнее от входа местечко, мы долго изучали меню и в итоге заказали по чашке кофе с десертом – для начала.

Время провели просто сказочно: наслаждались в меру крепким моккачино, жевали воздушные пирожные, болтали, как старые приятели, о самых разных вещах, по молчаливому согласию не затрагивая темы магии. Потом мы переместились на второй этаж, где я учила Сертарио курить кальян, а он, в свою очередь, показывал мне, как пускать колечки из дыма, из чего я заключила, что до потери памяти мой друг был заядлым курильщиком. Ровно в назначенный час набрала Викторию.

– Звоню, как и обещала. Есть новости?

– Вы сейчас у меня? – вопросом на вопрос ответила она.

– Нет, в кальянной. И уходить отсюда, по правде сказать, не сильно хочется. Может, подскочишь к нам? Я сейчас уточню адрес.

– Не стоит. Возвращайтесь ко мне, встретимся там. И не удивляйтесь, я буду не одна. Феликс знает про Сертарио, я рассказала ему часть истории, исключая всё то, что касается камня. Почему-то он очень встревожился и изъявил желание немедленно с вами познакомиться. Я пыталась его уговорить отложить это до завтра, но старик остался непреклонен. Так разволновался, пока выспрашивал подробности, что даже не приставал ко мне, а это дорогого стоит. В общем, что-то здесь нечисто, попытаюсь разобраться по пути. До встречи.

– Пока, – но на том конце провода уже положили трубку.

Я укоризненно посмотрела на телефон, словно это он был повинен в прерывании нашего так славно начавшегося вечера. Потом с грустью взглянула на Сертарио, который понял всё без слов.

– Нужно ехать, да?

– Ага. По дороге объясню. Классное место, надо будет заглянуть сюда ещё как-нибудь.

Расплатившись, мы вышли из «Кофейного дома» и покатили обратно.

По пути я изложила те малые крохи информации, которые успела передать Виктория. Повисла напряжённая пауза, после которой Сертарио не то спросил, не то подумал вслух:

– А стоит ли нам туда возвращаться?.. Разговор пойдёт не о погоде… Я не говорил тебе, но с момента нашего выхода из дома камень ведёт себя странно. Если бы речь шла о живом существе, я бы сказал, что он проснулся. Взгляни сама.

Он извлёк из-под сиденья медальон (и когда только успел его туда сунуть?!) и показал мне. Стараясь не упускать из виду дорогу, краем глаза взглянула на камень. В глубине его переливалась ярко-синим сиянием крохотная искорка, и я явственно ощутила исходящую от амулета грозную мощь. Теперь понятно, почему так встрепенулся их Верховный канцлер…

– Думаю, тебе уже ясно, почему господин Феликс так заинтересовался мной.

– Ты считаешь, что с двойником происходит то же самое?

– Это же очевидно! – разгорячился собеседник. – Рядовая сотрудница вдруг ни с того ни с сего начинает выспрашивать про древний артефакт, причём так настойчиво, что даже соглашается пойти на свидание со своим шефом, которого, судя по её рассказам, отшивала уже раз сто. Через несколько часов после этого камень, спавший, по словам Виктории, пять веков, волшебным образом преображается и оживает. А та же самая сотрудница, давеча интересовавшаяся Аквамарином, рассказывает о странном пришельце из другого мира, на которого ведут охоту – понятно, не ради дружеской беседы. Верховный канцлер может быть большим любителем женских прелестей, но дураком он быть не может – уж точно в состоянии сложить два и два.

– Хорошо, допустим, мы сейчас круто разворачиваемся и едем… куда? И что потом? Будем колесить по миру до старости или пока нас не изловят? Ты не помнишь своего прошлого, как вернуться в свой мир – тоже. У нас нет шанса выпутаться из этой переделки вдвоём. А если вернёмся, шансы будут пятьдесят на пятьдесят: либо убьют, либо помогут.

– Не могу сказать, что такая перспектива меня устраивает, но в одном ты права точно: вдвоём нам не выкарабкаться. Не могу взять в толк, почему бы тебе не вернуться домой и не начать жить прежней жизнью? Без меня и моих проблем на шее. Это было бы вполне объяснимо.

– Я ведь уже говорила. Ты вытащил меня из болота обыденности и швырнул в самое сердце океана чудес. Да я лучше утону в нём, но в затягивающую трясину повседневности не вернусь ни за что!

– Спасибо, – просто сказал он. – Что ж, кажется, мы уже приехали. Выходим?

Окна Виктории на шестом этаже светились тёплым манящим светом, но поднимались мы так медленно, насколько это было возможно. Даже решили прогуляться пешком по лестнице. Что ж, дополнительная разминка перед возможной бурей не помешает.

Дверь оказалась открытой, нас уже ждали.

– Господин Верховный канцлер, хочу представить вам моих гостей. Лея, Сертарио, входите, – Виктория говорила с непринуждённой улыбкой, но глаза смотрели холодно и настороженно, словно пытаясь предупредить нас о чём-то.

– Зовите меня просто Феликс, – улыбнулся высокий худой мужчина.

На вид ему было слегка за пятьдесят: морщины вокруг глаз, в аккуратно зачёсанных тёмных волосах пробивается проседь. По крепкому рукопожатию с Сертарио было заметно, что его ладони ещё не утратили силу и твёрдость. Когда же Феликс галантно поднёс к губам мои пальчики и слегка коснулся, наши взоры пересеклись. Я словно окаменела под взглядом почти прозрачных светло-серых глаз, которые (я готова была в этом поклясться, хоть мы никогда раньше не встречались) с годами не тускнели, а становились всё ярче. Я осторожно высвободила свою верхнюю конечность из руки канцлера, но он этого не заметил и продолжал буравить меня взглядом, от которого было жутко не по себе.

– Лея, – не утруждая себя приветствиями, наконец обратился ко мне один из самых могущественных чародеев нашего мира; голос у него оказался чуть тягучий, неожиданно высокий, но сильный и завораживающий. – Так это твоя знаменитая бабка чуть не угробила меня в тот злополучный день? Что ж, искренне рад знакомству. Если бы знал, что у старой ведьмы выросла такая очаровательная внучка, да ещё и со столь незаурядными способностями, лично бы взялся обучать тебя ещё лет десять назад. Но ведь лучше поздно, чем никогда, не так ли?

– Благодарю, но мой друг уже взвалил на себя этот неблагодарный труд, – с кривой ухмылкой ответила я.

– Да-да, Виктория рассказала мне про тебя, мальчик, – обратился он уже к Сертарио. – Так, значит, ты у нас гость из другого мира? Очень любопытно. Почему бы нам не пройти в комнату и не побеседовать? Виктория, душенька, нехорошо держать гостей в прихожей.

Та молча проводила нас в кухню, где Феликс пожелал выслушать весь рассказ ещё раз, но уже в нашем с Сертарио дуэтном исполнении.

– Любопытно, очень любопытно, – протянул Феликс. – Позволите посмотреть на ваших гостей? Наверняка охотники знают то, о чём забыл ты, мальчик, нужно только правильно задать им вопрос. Где они?

– Они в зачарованной комнате… – нехотя начала Виктория.

– Постойте! – воскликнула я, ещё не зная, что сказать. Но видеть наших пленников Феликс не должен, это точно, иначе они мигом расскажут ему о двойнике, а то и чего похуже, что может не лучшим образом отразиться на Сертарио. – Их там нет. Они пытались сбежать сегодня утром, и Михаил отвёз их в более надёжное место. Куда именно, он не сказал.

– Вика, ты всё ещё путаешься с этим вампиром? – притворно удивился канцлер. – Что ж, это твоё дело. Конечно, жаль, что мы не сможем допросить ваших гостей сейчас же, но в ближайшее время это обязательно нужно сделать. А пока что предлагаю попробовать вылечить твою амнезию, юноша. Если это действительно блок, у меня должно хватить умений снять его. Главное, не сопротивляйся, чтобы не прибавлять хлопот ни себе, ни мне.

Сертарио молча кивнул. Я увидела, как длинные тонкие пальцы Феликса легли на его виски; маг закрыл глаза. Так, в молчании, прошло некоторое время, потом мой друг начал вырываться, сначала слабо, потом сильнее… Верховный канцлер резко раскрыл глаза и словно приковал Сертирио взглядом. Тот сразу успокоился, а ещё через полминуты начал мягко оседать.

– Что с ним?! – закричала я, вырывая бесчувственное тело из рук канцлера.

– Всё в порядке, – он небрежно пожал плечами. – Сожалею, но блок ставил настоящий мастер. Его невозможно снять, не убив при этом человека.

– Вы… вы… – начала было я, с ужасом глядя на неподвижно распростёртого Сертарио.

– Успокойся, – поморщился Феликс. – Всё с ним в порядке, скоро очухается. Но вот память ему восстановить сможет только тот, кто ставил блок. Низкий поклон этому магу, похоже, он действительно лучший из лучших в своём деле. Сожалею, но мы ничего не сможем узнать. Остаётся только допросить пленников, когда ваш уважаемый вампир соизволит их вернуть. А пока я откланиваюсь, у меня ещё несколько неотложных дел. Проводишь?

– Да, конечно, – хозяйка дома поспешно вскочила. Они вышли в прихожую.

Прошло минут пятнадцать, прежде чем Виктория вернулась к нам. Сертарио как раз начал приходить в себя. Я была дико зла на этого престарелого донжуана, который чуть не прикончил моего друга, но так ничем и не помог.

– Ещё одной попытки покопаться в моей голове я не переживу, – слабо пробормотал Сертарио, облокачиваясь о стол. – Голова трещит, как будто ею пытались пробить каменную стену.

– Попей воды, – я заботливо подала ему стакан. – А я пока проведаю наших пленников, мы ведь одного с самого обеда не кормили, а того противного и вовсе с утра – пора бы уже…

Открыв дверь в комнатку наших пленников, я сначала ничего не увидела из-за кромешной тьмы. Интересно, почему они ночник не зажгли? Без стеснения щёлкнула выключателем, готовясь увидеть заспанные лица, и… закричала на всю квартиру:

– Они сбежали!

– Невозможно! – через две секунды Виктория стояла рядом со мной и потрясённо смотрела на смятые простыни и пустые матрацы.

Ещё через пару мгновений к нам присоединился Сертарио.

– Они не сбежали, – мрачно констатировал он.

– Сама вижу! – буркнула Виктория.

– Может быть, объясните мне, что вы видите? – обиженно уточнила я.