Глава 6. СБэшное благословение

Во вторник рано утром, чтобы успеть до работы, бегу в соседнее здание сдавать анализы: сегодня я вновь в своём любимом бежевом обличии. Никаких фривольностей: собрана, сосредоточена и максимально взвинчена. Подозрения разъедают душу.

Медицинский центр совсем небольшой, но расположен уж больно удачно, да и режим работы отличный. Всегда прохожу чек-ап у них. Неудивительно, что встречают меня как хорошую знакомую. Улыбчивая администратор приглашает в процедурный.

— Ой, Ксения Владимировна, утречка доброго. А вы чего это так рано? У вас же по плану анализы только через месяц? — улыбается лаборантка. Сегодня работает знакомая — Таечка. Милое, наивное провинциальное создание. Простовата, местами беспардонна, но просто золотые руки. Кровь берёт без единого синяка, вены найдёт у любого, а уколы ставит так, что даже не чувствуешь.

— Здравствуй, Таечка, — улыбаюсь искренне. Я, правда, рада, что её смена. Меньше останется следов на руке — а значит, и вопросов, если что, будет меньше. — Вот решила проверить организм на… посторонние препараты.

Решаю ничего не скрывать — тем более что в документах у неё всё есть.

— Ого. Думаете, чего подсыпали? — окрушённо качает головой, и лицо вмиг становится озабоченным.

— Скорее перестраховываюсь, но мысль такая есть, — соглашаюсь и тут же уточняю: — А часто с таким приходят?

— Ой, вы даже не представляете насколько. Ведь даже сегодня вы не первая. — Таечка искренне огорчена и переживает за пациентов. — Недавно была на курсах повышения квалификации, там тоже обсуждали этот вопрос. Сейчас столько всего. Ксения Владимировна, вы просто не представляете! Большинство препаратов растительного происхождения и растворяются за пару часов. Шансы поймать есть только вот если сразу-сразу сдавать кровь или и вовсе подозрительную жидкость анализировать. Тут уже связи нужны. Мы такое не делаем. Знаю, есть частное детективное агентство с лабораторией, вот они берутся. Не уверена, что это по закону, но…

Заговаривая мне зубы, девочка незаметно берёт кровь, а потом всовывает визитку детективов. Подрабатывает у них, что ли? Впрочем, картонный прямоугольник я не выбрасываю, а, прощаясь с персоналом, аккуратно прячу во внутренний кармашек сумочки. Не знаю, зачем это делаю. Жизнь научила меня осторожности Связи сегодня решают если не всё, то очень многое. А жизнь — переменчивая штука и такие контакты лишними не будут.

Разгребаю рабочие завалы, но голова не на месте. Понимаю, что включиться на сто процентов не получается. Гнусный червячок сомнения сидит во мне и снова и снова заставляет прокручивать наши встречи, анализировать его реакции, выискивать несостыковки и подвохи.

Если бы я, как многие современные женщины, активно вела соцсети, могла бы подумать, что Яша просто заморочился — изучил их или прочитал мой личный дневник. Слишком много попаданий в мои вкусы: еда, музыка, фильмы. Вот только дневника у меня никогда не было, а соцсети я не веду. Единственная страничка сохранилась ещё со времён студенчества — и может рассказать разве что о моих однокурсниках, конспектах почти пятнадцатилетней давности и расписании занятий того же срока годности. Учитывая, что отношения с бывшими сокурсниками у меня прохладные, опрос их вряд ли даст результат.

Я не делюсь фотографиями своей еды, не кидаю геолокации с отдыха и даже сопливые цитатки не репощу.

О моих вкусах, предпочтениях и личном знают только Нина и Алла, возможно, что-то Аллин муж, и то сомнительно. Он вкус жены на цветы за годы брака запомнить не смог. Что уж говорить о левой женщине, которую видит раз в пятилетку.

Верить в то, что Нина или Алла рассказали моему «свеженькому» ухажёру подробности обо мне, не хочется. Одна мысль об этом вызывает боль и панику. Их предательство я не переживу. Как бы я ни гнала эту мысль, она, как надоедливый комар, возвращалась снова и снова. Жалила, пила кровь, но не исчезала.

Работа в EHTech сделала меня крайне подозрительной, потому я предпочитаю всё перепроверять. Поглощённая сомнениями и пугающими мыслями, в обед нахожу время и набираю девочкам по видео. К моему огромному облегчению, и Нина, и Алла смогли ответить на звонок. Глядя им в глаза через диалоговое окно группового чата, вываливаю все сомнения без прикрас и спрашиваю прямо, общались ли они с Яшей.

— Ксю, серьёзно? — хмурит свои роскошные брови Нина.

— Да! — со стоном выдаю я и растираю лицо руками. — Мне страшно, Нин. Всё кажется каким-то нереальным.

— Ты просто боишься быть счастливой? — непривычно спокойно, даже как-то робко уточняет Алла.

— Нет… да… боюсь, что всё это искусственное. Ненастоящее. — Горько улыбаюсь. — Не могло мне так повезти.

— Мне, конечно, не нравится этот твой ухажёр, — по-стариковски ворчит Нина, — он какой-то слишком стремительный в твоей жизни, и опасения я твои понимаю, но! Я бы никогда не стала за твоей спиной помогать мужику. Даже из лучших побуждений.

— А я тем более! — подхватывает Алла. — Во‑первых, мне некогда. Во‑вторых, вместо совета он бы слушал ор моих детей. В‑третьих, это подло. Я бы слила такой интерес в наш чат в ту же минуту.

— Спасибо! — с дрожью в голосе отвечаю девочкам. Быстро‑быстро моргаю, чтобы не разреветься. Не представляю, что бы я делала без подруг. Они — моя бесконечная поддержка.

Разговор приходится свернуть, потому что ко мне в кабинет ломятся Ванечка с Алексеем, менеджером одного из самых проблемных наших проектов.

Разговор с подругами слегка снимает накал. Бесконечный комок сомнений и подозрений становится будто меньше и прячется на окраине сознания. Я беру себя в руки и включаюсь в проблемы ребят.

Рабочий водоворот захватывает меня до самого вечера, но повышенную тревожность не снимает. Из здания выхожу взвинченная. Куда‑то исчезла лёгкость встреч и ожидание праздника от свиданий. Даже мелькнула предательская идея отказаться от сегодняшней встречи, но шанс, что всё это просто моя паранойя, остановил.

Сама чувствую, что встречаю Яшу сегодня нерадостно. Груз горьких мыслей не даёт радоваться и наслаждаться прогулкой в роскошном парке.

— Что-то случилось? Ты какая-то задумчивая? — с волнением спрашивает Яша, замечая, что я третий раз отвечаю невпопад.

— Нет, — качаю головой и вяло улыбаюсь. — Просто устала очень. Сегодня был долгий день, и я, честно говоря, просто без сил.

— Может, по домам тогда? — заботливо предлагает он, а я соглашаюсь. Не могу и не хочу лукавить перед ним.

Отпускает меня только в среду утром. Я встала и уже выпила свой коллаген, когда на личную почту падает письмо из лаборатории. На секунду сердце замирает, а потом разгоняется до сверхскоростей. Как же не хочется ошибиться ещё раз! Отдаться чувствам так легко, а обжигаться потом будет слишком больно. Если там хоть тень сомнения — я оборву все контакты!

Внимательно вчитываюсь в результат и почти визжу. Какая деловая сдержанность? Я у себя дома и вовсе не начальница! Здесь я — влюблённая девушка, которой пришло подтверждение, что ей просто ПОКАЗАЛОСЬ! Показалось! Ни следа посторонних веществ в крови! Ю-ху-ху.

Мне просто в кои-то веки ПОНРАВИЛСЯ мужик. Со всеми этими вертолётами и голодными бабочками. Танцую победный танец какого‑нибудь африканского племени. У меня есть этот чёртов шанс на счастье!

Дальше наш с Яшей конфетно‑букетный период развивается будто на страницах женского романа. Яков внимателен, чуток, страстен и оригинален. Во вторник мы гуляем в парке, в среду идём в грузинский ресторан, в четверг — в кино, в пятницу едим равиоли с крабом в камерном, но безумно уютном ресторане, в субботу катаемся на велосипедах и перекусываем уличными хот‑догами, пачкая друг другу носы в смеси горчицы и кетчупа, в воскресенье разгадываем детективный квест…

Каждый день мы страстно целовались, но так и не переходили черту. Я надеюсь — он ждёт третьего, пятого свидания или выходных, чтобы не бежать с утра на работу, но… нет.

Мы встречаемся каждый день после работы: гуляем, общаемся, отдыхаем, но не занимаемся сексом. Будто подростки в пубертатном периоде, боимся даже к петтингу перейти. Только горячие губы и страстные объятия.

Как я нахожу время на этот роман — загадка даже для меня. Чего стоят только ежедневные попытки укладываться в восьмичасовой рабочий день, чтобы успевать на все эти встречи! Цену этого знают только боги дедлайнов.

Сложнее только сдерживать себя от попыток первой предложить перейти в горизонтальную плоскость отношений. Ночуя в субботу в одинокой постели, я решаю для себя, что буду ждать инициативы от мужчины. Слишком унизительно для меня будет самой её проявить. Стойко держусь, чтобы не взять быка за, кхм, рога. Хотя хочется. Очень хочется.

Меня с каждым разом всё больше тянет к Яше. Его глаза гипнотизируют, жадный рот покоряет, а горячее тело пленяет. Больше, правда, я не ловлю у себя каких‑то странных реакций, хотя осознаю вполне чётко, что с каждым днём просто тону в этом мужчине.

Понимая, что пропадаю в ухажёре, сама забегаю в понедельник к начбезу. Всё‑таки запрос на проверку личности Якова я оставила ещё неделю назад. Обычно на такую проверку уходит пара‑тройка дней всего.

Такая практика в нашей фирме обязательна для всего высшего руководящего звена, а в наших подразделениях — даже для уборщиц. Личные дела не только сотрудников, но и их жён, мужей, бойфрендов и даже любовниц обязательно проходили через наших безопасников. Конечно, корпоративный шпионаж через постель — не самый распространённый способ сейчас, но и не вымирающий вид. Про инновационные отделы даже говорить не приходится. Уже много лет назад, при переводе в самую младшую группу, у меня перепроверили всю родню — вплоть до прабабки. На минуточку, уже давно почившую родню.

— Добрый день, Сергей Иванович, — приветствую начальника службы безопасности компании, в очередной раз поражаясь его суровой внешности. Он мне чем‑то напоминал Дэниела Крейга в роли Джеймса Бонда. Такого… изрядно потасканного жизнью секретного агента.

— Добрый день, Ксения Владимировна. Чем обязан? — сухо отвечает мне мужчина.

— Я там запрос оставляла на прошлой неделе, ребята говорят, под вашим личным контролем дело. Что-то не так? У меня есть причины беспокоиться? — я стараюсь сохранить деловой и собранный вид, но опытный безопасник, конечно, заметил моё волнение.

— А что, Ксения Владимировна, роман предвещает быть долгим? — Начбез позволяет себе весьма непрофессиональное замечание, учитывая наше с ним общение — на грани хамства. Я возмущённо вспыхиваю.

Я не люблю Сергея Рогова. Он сухой, безжалостный женоненавистник. Проверяя личные дела, он никогда не скажет женщинам подноготную кавалера — только то, что касается бизнеса. Он не расскажет ни о привлечении к ответственности за жестокое обращение, ни об официальном браке или шлейфе любовниц, ни о долгах по алиментам или заложенном имуществе. Зато мужикам выдаёт полные досье на потенциальных спутниц. Меня жутко раздражает это в безопаснике.

— Это вопрос личной жизни, Сергей Иванович. Как вы говорите, личное службу безопасности не волнует, — возвращаю ему его же слова, но тут же смягчаюсь. — Да и, как говорится, хочешь насмешить бога — расскажи о своих планах.

Рогов на секунду хмыкает, оценив шутку.

— Тут вы верно подметили. Ваш запрос пока не готов. Готовились к презентации на той неделе, не хватало рук всё проверить. — Я киваю, вспоминая огромную презентацию нашего проекта. Набегались там ребята, было такое. — Заходите к вечеру, постараемся сделать.

Искренне благодарю Рогова и ухожу работать. А уже перед завершением рабочего дня нахожу время добежать за данными и получаю заключение по результатам проверки. В документе завуалированное одобрение на роман. Это значит, что Якова проверили и он точно не шпион, заинтересованный во мне только как в источнике полезной информации для бизнеса.

Выдыхаю. Это прекрасная новость. Я, конечно, доверяю своему чутью на людей, которое громко заявляло мне, что Яков искренен со мной, но подтверждение окрыляет. С моей души падает огромный груз. Я даже почти решилась сама ускорить наши отношения, но в последний момент торможу. Пусть мужчина всё же проявит инициативу.