Глава 5

– Ваше Величество, пробудитесь немедленно! Дело не терпит отлагательств! – первый министр, словно одержимый, тормошил Даниэля, чья царственная особа крепко спала под пуховым одеялом.

– Что стряслось? – Даниэль, сонно приоткрыв один глаз, выглянул из-под уютного тепла.

– Очередной мятеж… В Амигдаликии, Ваше Величество.

– Да что ж им не живётся спокойно? Когда, наконец, князь угомонится?

– На этот раз они собрали войско из двухсот эльфов и движутся на нас.

– Созвать драконов. Отправляемся незамедлительно.

Нехотя расставшись с ласковым теплом постели, Даниэль вскочил и накинул шёлковый халат на обнажённое тело. Мгновенно перенёсся порталом на крышу дворца. Там скинул халат и, обнажённый, начал трансформацию. Его тело, словно податливая глина в руках скульптора, стало меняться, превращаясь в пульсирующую, бесформенную массу, которая затем обрела форму кокона. Кокон рос на глазах. Наконец, достигнув колоссальных размеров, он с оглушительным треском лопнул, являя миру величественного белого дракона. Взмах могучих крыльев – и он взмыл в воздух, направляясь к условленному месту сбора. Там его уже ждали собратья, драконы всех цветов и мастей, чьи чешуи мерцали в предрассветном свете. Вместе они, словно живая грозовая туча, поднялись в небо и устремились на подавление восстания в мятежное княжество Амигдаликию.

Меньше часа понадобилось, чтобы крылья драконов заслонили солнце над землёй княжества. Внизу, по зелёному полю, к Дахлиатерруму неслась эльфийская рать, облачённая в броню, отполированную до зеркального блеска. Заметив драконов, эльфы застыли, заняв боевую позицию. Тугие тетивы луков натянулись, смертоносные стрелы устремились в зенит, целясь в глотки гигантов. Но властный взмах крыла императора стал сигналом к расправе. Драконы, раскрыв пасти, обрушили на врага огненный шквал. Вопль агонии разорвал тишину, когда пламя охватило эльфийское воинство, превращая доспехи в расплавленный металл, а плоть – в пепел. В считанные мгновения покончив с жалким сопротивлением, драконы стремительно понеслись дальше, приземлившись у каменных стен дворца, некогда служившего резиденцией королей Амигдаликии. Белый дракон, сотрясая воздух гневным рыком, потребовал:

– Немедленно привести ко мне князя!

Эльфы, прислуживавшие во дворце, бросились на поиски своего господина. Даниэль терпеливо ждал, однако через полчаса тягостного ожидания не выдержал, с силой топнул огромной лапой, заставив землю дрожать. Перепуганные до смерти эльфы высыпали из дворца, словно горох из прохудившегося мешка.

– Я – великий и могущественный император Даниэль Второй, чьё имя внушает трепет! И если я требую князя, значит, он должен предстать передо мной немедленно! Даю вам пять минут на размышление. Иначе этот проклятый край станет лишь воспоминанием, прахом, развеянным по ветру! Никто не уцелеет!

В подтверждение своих слов Даниэль взметнул в небо огненный столб. Угроза возымела действие. Через пару минут князь Амигдаликии стоял перед грозным императором.

– Ваше Величество! Для нас огромная честь принимать вас в нашей скромной обители, – пролебезил князь, стараясь скрыть дрожь в голосе.

– Заткнись! Кто вновь поднял знамя мятежа против Дахлиатеррума? – прорычал Даниэль, прожигая эльфа взглядом, полным ярости.

– Клянусь, Ваше Величество, я ничего не знаю об этих безумцах! – заюлил седовласый эльф.

– С меня хватит твоей лжи! Этот бунт – последний в твоей жалкой жизни. Собирайся! Свой приговор ты услышишь в Дахлиатерруме.

– Нет! – раздался полный отчаяния женский крик. Из дворца выбежала молодая эльфийка и бросилась в ноги императору. – Ваше Величество, умоляю вас! Пощадите моего отца!

Даниэль надменно окинул взглядом смелую девушку. Эльфийка, покорно склонив голову, стояла на коленях и беззвучно плакала.

– Кто ты? – поинтересовался он, стараясь скрыть нарастающий интерес.

– Асфея, дочь князя. Простите его, Ваше Величество! Накажите лучше меня!

Даниэль не мог отвести глаз от лица и стройной фигуры прекрасной эльфийки. Длинные, словно лунный свет, волосы, обрамлявшие её лицо, густые ресницы, изогнутые брови, оттенявшие бездонные, полные слёз глаза, чувственные алые губы и кожа, белая, как первый снег, делали её похожей на драгоценную статуэтку. Эльфийка была прекрасна, словно ожившая мечта, явившаяся из снов. Императора внезапно охватило безумное желание обладать ею.

– Собирайся! Поедешь вместо него! Будешь моей наложницей!

– Пощадите! Она – моя единственная дочь! – взмолился князь, падая ниц. – В жилах Асфеи, как и в ваших, течёт королевская кровь. Она не может стать вашей наложницей!

– Что? Как ты смеешь перечить мне! Жизнь твоей дочери принадлежит императору по праву рождения, как и всё в Дахлиатерруме. Хотя… – Даниэль на мгновение задумался, оценивая открывающиеся перспективы. – Твоя дочь и впрямь прекрасна. Пожалуй, я возьму её в жёны! И тогда ты, жалкий червь, больше не осмелишься поднимать эльфов против меня! Помни: первое же восстание – и Асфея отправится в могилу. Жду мою невесту во дворце!

Довольный найденным способом установления прочного мира с непокорным княжеством, Даниэль в сопровождении драконов взмыл в небо и улетел, оставив за собой лишь столб пыли.

Эльфы, застывшие в изумлении от столь неожиданного поворота событий, безмолвно смотрели вслед удаляющимся силуэтам.

– Отец, я не хочу замуж за императора, – прошептала сквозь слёзы Асфея. – Он ужасен! Породнившись с ним, мы навсегда утратим надежду на свободу.

– Дорогая, мы с твоей матерью что-нибудь обязательно придумаем. Ты не станешь заложницей этого бессердечного тирана.

***

В то же самое утро, когда Даниэль отправился усмирять бунт непокорных эльфов, Франческа, перед началом службы, решила прогуляться пешком по городу. Улицы ещё не проснулись. Редкие прохожие спешили по своим делам. Из гостеприимно распахнутых дверей кафе доносились манящие ароматы свежего кофе и аппетитной выпечки. Франческа неторопливо брела, с любопытством разглядывая витрины магазинов, пёстрые вывески кафе и причудливые фасады домов. Внезапно, словно гром среди ясного неба, из кафе на противоположной стороне улицы возник Валерий… и не один.

Его руку обвивала высокая, пышногрудая блондинка с распущенными волосами, ниспадающими волнами до талии. Они шли в обнимку, увлечённые оживлённой беседой, смеясь и не замечая никого вокруг. Время от времени они останавливались, чтобы обменяться страстным поцелуем, не скрывая своих чувств. Сердце Франчески замерло, дыхание оборвалось, мир рухнул. От потрясения она застыла на месте, прожигая взглядом Валерия и его спутницу. Как же сильно ей хотелось оказаться сейчас на месте этой незнакомки, ощутить на себе тепло его взгляда, почувствовать себя желанной! Неожиданно нахлынувшая волна ревности заставила её ноги двигаться быстрее. Поддавшись внезапному порыву, она перебежала улицу и преградила им путь.

– Доброе утро, Валерий! Какая неожиданная встреча, – произнесла она с напускным равнодушием, стараясь скрыть дрожь в голосе.

– О, мамзель Че! – насмешливо протянул Валерий, и, словно нарочно желая причинить ей боль, прижал спутницу ближе к себе.

Франческа, сжигаемая ревностью, впилась взглядом в соперницу. Девушка была безусловно хороша собой – яркая, запоминающаяся. Безупречный макияж подчеркивал её выразительные черты: стрелки на веках делали взгляд томным и манящим, септум в носу добавлял образу дерзости, а пухлые губы, явно увеличенные инъекциями гиалуроновой кислоты, были накрашены вызывающе-розовой помадой. Из глубокого выреза короткого облегающего топа кокетливо выглядывала высокая грудь, на которой виднелся фрагмент татуировки. Под правой ключицей была нанесена ещё одна тату: роза, изящно переходящая в надпись "love". Тонкая полоска обнажённого плоского живота, пронзённого пирсингом в пупке, завершала этот дерзкий образ.

– Валера, а это кто? – с недоумением поинтересовалась красотка, оглядывая Франческу с нескрываемым любопытством.

– Да так… одноклассница… – пренебрежительно пожал плечами Валерий, словно речь шла о назойливой мухе, – бегала за мной в школе.

– Вау! Да ты, оказывается, пользовался популярностью у девушек, любимый! – блондинка кокетливо поцеловала Валерия в щеку.

– Приятно было познакомиться. Хорошего дня! – задетая за живое, Франческа гордо вскинула голову и, резко развернувшись, перешла на другую сторону улицы.

– Странная какая-то, – заметила спутница Валерия, проводив Франческу взглядом. – Так ревностно на меня смотрела. Как будто я у неё жениха увела.

– Не бери в голову. Она всегда была со странностями. Патологически аккуратная. Вечно в длинной юбке и с косой до пояса. Впервые на выпускной накрасилась. Правильно говорила, таким вот тургеневским языком. Ни одного матерного слова от неё не слышал. Правда, училась неплохо. В самодеятельности романсы пела и на пианино тренькала. Как завоет что-нибудь из классики… Аж зубы от скуки сводит.

– Короче, такая правильная, вся из себя паинька, – усмехнулась блондинка, продолжая смотреть вслед почти бегущей Франческе.

– Что-то типа того.

***

– Доброе утро, лейтенант Че! Что-то вы сегодня в грусти с самого утра, – весело поприветствовал Игорёк входящую в отдел, успевшую поплакать по дороге Франческу.

– Доброе утро! Кстати, Игорёк, а кто вы по званию?

– Я? Майор полиции, собственной персоной.

– А почему тогда Олег всеми командует? Вы же старше по званию.

– Разве Олег командует? Что-то я не заметил, – усмехнулся Игорёк, устраиваясь за своим рабочим столом.

– Ну да! Вчера составил каждому план работы.

– Так он большой, ему и думать. А вот и Олег пожаловал.

– Приветствую, народ! Виктор на подходе, – бодро произнёс Олег, усаживаясь на своё рабочее место. – Как обычно, ждём Валеру и погружаемся в бумажную пучину. Сегодня было бы неплохо все дела в порядок привести и сдать.

– Я все вчера доделала, – недовольно буркнула Франческа, всё ещё подавленная утренней встречей.

– Ну надо же! Клад, а не сотрудник! – одобрительно воскликнул Игорёк. – Начинаю понимать, что женское начало в нашем мужском царстве – это благодать.

– Доброе утро! – одновременно в кабинет вошли Виктор и Валерий.

Мужчины поприветствовали вошедших.

– Доброе утро, Виктор Сергеевич, – подчеркнуто вежливо поздоровалась Франческа.