Цитаты из книг автора «Кристель Дабо»

Заиграешься с огнем – непременно обожжешь крылышки.

лицо Торна. У Офелии была такая причина. Она стала целовать его шрамы, начав с того, который рассекал бровь, потом перешла к тому, который избороздил щеку, потом к тому, который пролегал через висок. При каждом поцелуе глаза Торна раскрывались все шире, а его одеревеневшее тело становилось податливее. – Пятьдесят шесть. Откашлявшись, Торн заговорил почти мягким тоном. Он прилагал усилия, чтобы скрыть смущение, но ввести Офелию в заблуждение ему не удалось – таким она видела его впервые. – Это число моих шрамов. Офелия закрыла глаза и вновь их открыла. И с новой силой почувствовала властный зов, идущий из глубин ее тела. – Покажи мне их

Она подошла к Торну, стараясь все время держаться в поле его зрения. По счастью, Торн сидел, и его лицо оказалось почти на уровне лица Офелии. Но когда она прижала ладони к его щекам, он вздрогнул. Резкий и угловатый как внешне, так и по характеру, Торн никогда не говорил комплиментов, не совершал галантных поступков, не шутил, а обществу людей предпочитал общество цифр. Только очень веская причина могла побудить кого-нибудь

И все же он предоставил нам свой лазарустат. Не стоит меня недооценивать. – Я всегда высоко ценил вас.

– Я не Другой! – запротестовала Офелия. – Она не Другой, – глухо произнес Торн. – Вы не Другой?! – удивленно воскликнул Амбруаз. – Она не Другой, indeed,

Мне понадобилось больше двух лет, чтобы создать квалифицированные группы чтения для тщательного исследования коллекционных собраний. Вы же случайно хватаете первую попавшуюся книгу, и она оказывается самой нужной. У вас потрясающая способность нарушать статистическую закономерность

Мои поздравления. Ты это заслужил. – Мне все так и твердят, – буркнул Октавио, отводя глаза. – Но если это говоришь ты, я почти готов тебе поверить.

В пристальном взгляде Октавио читался неподдельный интерес. – Любопытно, – промолвил он, – мне даже кажется, что я готов в тебя влюбиться. Офелия сняла очки, чтобы не дать им покраснеть прямо у нее на носу. Она чувствовала себя немытой и дурно пахнущей и уж никак не ожидала от юноши такого признания. – Октавио… – Не надо лишних слов, – ровным тоном произнес он. – Даже если ты мне приглянулась, между нами ничего быть не может, и не только из-за устава, – добавил он с ноткой иронии. – Для меня ты слишком труслива.

А в «Дружной Семье» их попросту запретили раз и навсегда, и даже прикоснуться к руке сокурсницы было чем-то из ряда вон выходящим. Октавио впервые смущенно прятал глаза от девушки. – Я не такой уж злой, – буркнул он наконец, – и я тебе это докажу.

Well, мы, кажется, поменялись ролями. Обычно именно я подвергаю опасности других. Так куда мы идем?