Цитаты из книг автора «Крис Колфер»

С тех пор как ребята ушли с Южного берега, с лица Бри не сходила улыбка. – Я дружу со статуей льва, я дружу со статуей льва, – снова и снова напевала она.

Лев огорчился, что они уходят, и его морда приняла прежнее обеспокоенное выражение. – Удачи, – напутствовал лев ребят. – Ой, и когда в следующий раз встретитесь с Матушкой Гусыней, скажите ей, пожалуйста, что я понимаю, какая она занятая женщина, и не обижусь, если она меня больше не навестит… никогда в жизни. Коннер пошёл по Вестминстерскому мосту, стремительно ускоряя шаг. Бри попрощалась со львом и побежала догонять друга. – И куда мы поедем дальше? – спросила она, глядя на него горящими глазами. – Мы отправляемся в казино «Люмьер дез Этуаль», – ответил Коннер. – А оно где? – Думаю, где-то в Монте-Карло, – сказал Коннер.

Коннер открыл чемодан и, покопавшись в вещах, выудил счастливую покерную фишку, подаренную ему Матушкой Гусыней. Он пригляделся к ней повнимательнее. Фишка была тёмно-синей, а по краю тянулась цепочка карточных символов – червы, крести, бубны и пики. Но в самой серединке вместо номера был изображён маленький золотой ключик. – Кажется, я знаю, где искать ячейку, – сказал Коннер Бри. – Который час?

– А где нам найти эту флейту? – спросил Коннер. – Думаю, она хранится вместе с остальными вещами Матушки Гусыни из этого мира в ячейке банка Монако, – сказал лев. – И я знаю об этом только потому, что однажды она снимала с меня мерки, чтобы проверить, не влезу ли и я туда. Благо я слишком крупный. – И где этот банк? – недоумевал Коннер. – Монако означает, что он в Монте-Карло, – сказала Бри. – Ага. Где именно в Монте-Карло этот банк? Лев задумался, но, не сумев вспомнить месторасположение банка, расстроился. – Не помню, – сокрушённо покачал он головой. – Если б только моя память была такой же твёрдой, как и тело. К счастью, лев не знал ответ всего на один-единственный вопрос, а на остальные ответил очень подробно. Коннер принялся расхаживать по тротуару, сосредоточенно размышляя, – слова льва напомнили ему о том,

Я веду довольно неподвижный образ жизни. – А ты знаешь, как проверить, открыт портал или нет? – спросил Коннер. – Дай-ка подумать… – пробормотал лев и закрыл глаза, чтобы сосредоточиться. – Да! Портал откроется, когда тот, в чьих жилах течёт волшебная кровь, сыграет восемь нот на древней флейте. Коннер мысленно отложил в памяти эти важнейшие сведения. – Так если сыграть на флейте должен тот, в чьих жилах течёт волшебная кровь, как тогда братья Гримм открыли портал французской армии? – спохватился он. Лев почесал лапой нос. Эту часть истории ему было неприятно рассказывать. – Матушка Гусыня взяла нож и порезала руку сначала себе, а потом Вильгельму Гримму. Затем они крепко сцепили руки, чтобы её волшебная кровь смешалась с его. Лучше бы она мне об этом не рассказывала: меня мутит при мысли о крови – у меня ведь её нет.

– Красная Шапочка точно нашла бы с ним общий язык, – заметил Коннер, но сразу вспомнил, что ни Бри, ни лев ничего о ней не знают, поэтому умолк. – Последний из построенных Людвигом замков – замок Нойшванштайн, – вспомнила Бри. – Он выглядит как на картинке в книге сказок, потому что король вдохновлялся любимыми детскими сказками. Его считают одним из чудес света в современном мире. – Погоди, считают? То есть замок до сих пор существует? – переспросил Коннер. – Да, конечно, – кивнула Бри. – Это одна из главных туристических достопримечательностей в южной Германии. Всегда было загадкой, почему Людвиг построил этот замок, но теперь всё понятно. – А с порталом что случилось? Он где-то внутри замка? – Думаю, да, но точно не знаю

поэтому она попросила своего друга Людвига оказать ей очень большую услугу, – объяснил лев. – Что за услугу? – Она попросила Людвига построить над порталом один из его затейливых замков, чтобы солдаты, если вдруг они выберутся из портала, подумали, что очутились в сказочном мире. – Он построил ради неё замок? – опешил Коннер. – Нехилая такая услуга. Бри ахнула, всплеснув руками. – Подожди, ты говоришь о короле Баварии Людвиге II? – спросила она. – Полагаю, так его звали, – кивнул лев. – Но Матушка Гусыня называла его Людвиг или Вигги. Коннер никогда не слышал об этом Людвиге. – Кем он был? – Ты что, не знаешь о сумасшедшем сказочном короле? – удивилась Бри. Коннер помотал головой. – Он был помешан на строительстве роскошных дворцов

– Ну, годы шли, и постепенно собутыльники Матушки Гусыни начали уходить в мир иной, – объяснил лев. – А ей нужен был друг, который всегда будет рядом и ради которого она сможет возвращаться в пивоварню. Увы, её выбор пал на меня. Впрочем, я до сих пор не понимаю, зачем она сделала меня говорящим, – я всегда только слушал. – Кстати об этом, – сказал Коннер. – Ты, случайно, не помнишь, упоминала ли она что-нибудь насчёт братьев Гримм и заколдованного портала? Лев почесал лапой голову и призадумался. – Припоминаю. А не тогда ли она завела французскую армию в какую-то ловушку? – Да, тогда! – От радости Коннер подпрыгнул. Лев вытаращил глаза и кивнул. – Ох, помню ли я об этом… Да я мечтаю забыть! Мне полвека кошмары снились! Коннер понял, что расспрашивать льва нужно как можно подробнее и осторожнее, чтобы в дальнейшем избежать ошибок. – Ты помнишь, где находится портал, в который Гусыня заманила солдат? – Помню, – уверенно ответил лев. – Портал был спрятан в глуши баварских лесов, между двумя деревьями-близнецами, которые росли между двумя замками-близнецами. Я это запомнил, потому что и сам близнец. – Бавария – это где? – спросил Коннер. – Это старая страна, которая теперь принадлежит Германии, – сказала Бри. – Два дерева между двумя замками найти не так уж сложно. – О, вы не найдёте там эти деревья и замки, – с сожалением сообщил лев. – Их там больше нет. – Что? – хором воскликнули Коннер и Бри. – В смысле нет? – После того как братья Гримм обманом заманили солдат в заколдованный портал, Матушка Гусыня стала бояться, что они каким-то образом смогут вернуться

– В середине девятнадцатого века Матушка Гусыня каждое воскресенье наведывалась к своим друзьям в пивоварню «Красный лев». И примерно тогда же она начала обучать своего ужасного гусака возить её на спине. Получалось у него хуже некуда, и они постоянно сваливались на меня сверху. Однажды они сильно промахнулись при посадке и так в меня врезались, что я свалился с крыши на землю и разбился вдребезги. С помощью волшебства она собрала меня по кускам и наложила заклятие неуязвимости, чтобы в следующий раз, когда они опять сшибут меня с крыши, я не развалился. – А, так вот почему ты уцелел во время войны и сноса пивоварни, – сообразила Бри. – Но это не объясняет, почему ты умеешь говорить, – напомнил Коннер.

– Какое облегчение, – выдохнул он. – Братишка всегда любил спорт. – А он тоже умеет говорить и двигаться, как ты? – спросил Коннер. – Нет, он обычная статуя, но мы сделаны из одинакового камня, – объяснил лев. – Но Матушка Гусыня заколдовала только меня. – А почему она тебя заколдовала?