Цитаты из книг автора «Колин Гувер»

хочу тебя поцеловать. Хм… не уверена, как это воспринимать. Однако не собираюсь анализировать его «нет», если за ним следует подобное признание. – Тогда целуй… Он сжимает ладонями мои виски. – Надеюсь, у тебя опять будет вкус апельсинового сока. Раз, два, три, четыре, пять, шесть, семь, восемь. Я пересчитываю его слова и отыскиваю у себя в голове местечко, где можно навсегда их сохранить. Хочется спрятать их в ящичек и подписать: «Доставать и перечитывать, когда его дурацкое правило номер два станет моим печальным и одиноким настоящим».

Однако он не настолько внимателен, чтобы предугадать мой рывок в сторону пакета. Я хватаю его за секунду до того, как руки Майлза обвиваются вокруг моей талии. – Тейт, поставь на место! – смеется он. Заглядываю внутрь. Презервативы. Со смехом бросаю пакет на стол и поворачиваюсь к Майлзу. Его руки все еще у меня на талии. – Хочется сказать что-нибудь неприличное или глупое, но ничего не приходит в голову. Так что просто сделай вид, будто я уже сказала, и засмейся. Майлз не смеется, продолжает меня обнимать.

«Он уже у себя?» Я: «Откуда у тебя мой номер?» Майлз: «Подсмотрел в телефоне у Корбина, пока мы ехали в машине». Придурковатый голос у меня в голове поет: «Тра-ля-ля-ля, он украл мой номер!» Боже, ну и ребенок же я…

Каждый раз, как поднимаюсь в воздух. Майлз не рассказывает, каково это. Голос у него далекий, словно он хочет сохранить это ощущение для себя одного. Я не настаиваю. – Летая, вы обходите законы вселенной. Преодолеваете силу тяготения. Смотрите на закаты и восходы оттуда, откуда человеку не положено их видеть. Это удивительно. Вы и правда супергерои, если задуматься. Корбин смеется. Не надо воспринимать это как должное, Корбин… Майлз не смеется. Продолжает глядеть в окно. – Ты спасаешь людям жизнь, – говорит он. – Это еще удивительнее. Его слова проникают мне в самое сердце. Правило номер два выглядит сейчас не лучшим образом.

– Все это как-то странно… – шепчу я. – Что именно? Выбирать конфеты? Или изображать, что мы оба не мечтаем сейчас оказаться на заднем сиденье? Ух ты… Похоже, мне таки удалось проникнуть в его мысли.

Майлз кладет пораненную руку мне на колено, здоровой придерживает меня за затылок, а наши губы впиваются друг в друга. Мои руки больше не держат Майлза за рубашку, они исследуют его плечи, спину, шею, волосы… Я издаю слабый стон. Майлз подтягивает меня к краю стола и прижимает к себе. – М-да, ты определенно не голубой, – произносит кто-то позади нас. Господи… Папа. Папа!.. Черт… Майлз отстраняется.

Майлз погружает руки в мои волосы, гладит меня большими пальцами по щекам. Прерывисто вдыхает, глядя на мои губы. – Рядом с тобой так трудно дышать… Он оканчивает фразу поцелуем. Все во мне, что еще не растаяло от его присутствия, превращается в воду. Пробую вспомнить, когда мужские губы приносили мне столько наслаждения. Язык Майлза проводит по моим губам и проскальзывает внутрь, пробуя меня на вкус, заполняя меня, овладевая мной. О боже… Люблю. Этот. Рот.

Я ставлю стакан на стол, опираюсь на ладони и подаюсь вперед. – Послушай, Майлз. Ты одинок. Я одинока. Ты слишком много работаешь, а я вся в учебе, и это почти нездорово. Даже если бы мы захотели построить друг с другом отношения, у нас ничего бы не вышло. Серьезные отношения в нашу жизнь не вписываются. Мы не приятели, значит, можно не бояться, что мы разрушим нашу дружбу. Хочешь секса? Я тебе его обеспечу. И много. Майлз глядит на мои губы так, словно все мои слова только что стали его любимыми. – Много? – переспрашивает он. – Да, много.

– Если мы на это пойдем, лучше не спешить, – игриво говорю я. – Не хочу втягивать тебя во что-то, к чему ты пока не готов. Ты же все равно что девственник! Майлз перестает усмехаться и делает три рассчитанно медленных шага в мою сторону. Я тоже перестаю улыбаться – вид у него почти угрожающий. Он упирается руками о столешницу по бокам от меня, склоняется и почти касается лицом моей шеи. – Шесть лет, Тейт. Поверь… я более чем готов. Теперь это мои любимые слова. «Шесть», «лет», «Тейт», «поверь», «я», «более», «чем» и «готов». Самые любимые. Все до единого.

– Просто что? – спрашиваю я, чтобы он заокончил фразу. Майлз медленно поднимает голову. Как бы не упасть со стола, потому что он съедает меня глазами, точно праздничный ужин. – Меня влечет к тебе, Тейт, – тихо произносит он. – Я хочу тебя, но не хочу всего остального. Мысли испарились. Мозг – вода. Сердце – масло.