Цитаты из книг автора «Колин Гувер»

– Через час, когда вернешься, а я как следует проснусь, можем попробовать еще раз. Он стискивает зубы. – Что попробовать? – Познакомиться, как полагается.

– Мой дед говаривал, родинки способны поведать, чем кончился последний бой у человека в прошлой жизни. Вас, видать, ударили в шею. Зато смерть, наверное, была быстрой.

капают, капают, капают… Впервые с тех пор, как я держал на руках Клейтона, я плачу от радости. Рейчел оказалась права. Боль останется со мной навсегда. Как и страх. Но они больше не составляют всю мою жизнь. Это лишь отдельные мгновения. Мгновения, которые блекнут в сравнении с каждой минутой, что я провожу с Тейт. А теперь и с каждой минутой, что я провожу с Сэм. Я, Тейт и Сэм. Моя семья. Я целую дочку в лоб, затем подаюсь вперед и целую Тейт в благодарность за то, что она вновь подарила мне нечто столь прекрасное. Тейт опускает голову мне на плечо, и мы вместе смотрим на нее. На нашу дочь. Как же я люблю тебя, Сэм… Я смотрю на совершенство, которое мы создали вместе с Тейт, и вдруг меня озаряет. Оно того стоит. Такие моменты стоят того, чтобы испытать уродливую любовь.

– Тейт, согласна ли ты нарушить правило номер два? Потому что я очень хочу, чтобы ты вышла за меня замуж. Тейт даже не нужно отвечать «да». Ее слезы, смех и поцелуй выразительнее всяких слов. Она отстраняется и смотрит на меня с любовью и благодарностью. Она прекрасна. Надежда, которую она подарила, прекрасна. Улыбка на ее лице прекрасна. Слезы, струящиеся по ее щекам, прекрасны. Ее любовь прекрасна. Тейт негромко выдыхает, медленно подается вперед и ласково прижимается губами к моим губам. Ее поцелуй полон любви, нежности и молчаливого обещания, что теперь она моя. Навсегда.

Она сжимает мое лицо ладонями и выдает одно предостережение за другим – как будто я и сам этого не знаю! – Послушай, Тейт. Я хочу, чтобы ты устраивала в моей квартире беспорядок. Чтобы твоя одежда валялась на полу моей спальни. Чтобы твоя щетка стояла в моей ванной, а туфли – в шкафу. Чтобы в холодильнике можно было найти остатки твоей некудышной стряпни. Она смеется. – Ах да, чуть не забыл, – говорю я, доставая из кармана вторую коробочку. Открываю ее. В ней кольцо. – Еще я хочу, чтобы ты осталась в моем будущем. Навсегда. Тейт потрясенно открывает рот, замирает и смотрит на кольцо.

– Это еще не все, – говорю я. Беру ее за руки и делаю медленный вдох, готовясь произнести те слова, которых она заслуживает. – Тот день, когда ты спросила меня про восход… – Я заглядываю ей в глаза. – Спасибо тебе за него. Я тогда почувствовал – впервые за шесть лет – что снова хочу полюбить. Тейт улыбается и быстро выдыхает. Затем закусывает нижнюю губу, чтобы скрыть улыбку.

Решила, будто Кэп передавал мне все ее излияния. Я заверил, что он никогда бы так не поступил. Точно знаю. Кэп – один из немногих, кому можно доверять. Кэп умеет подобрать правильные слова и при этом не читать нотации или давать советы. Он всегда говорил ровно столько, сколько нужно, чтобы я как следует задумался о своих отношениях с Тейт. К счастью, Кэп принадлежит к тем немногочисленным везунчикам, кто с возрастом становится мудрее. Беседуя с нами обоими, он с самого начала знал, что делает.

Официально мы начали встречаться полгода назад, и этого времени вполне хватило, чтобы я понял: Тейт не любит рано вставать. Я наклоняюсь и целую одеяло в том месте, где должно быть ее ухо. – Проснись, соня, – шепчу я.

Теперь я вижу в его глазах все. Каждое движение души. – Майлз, – с улыбкой говорю я. – Ты смотришь на меня так, словно в меня влюбился. – Не просто влюбился, а по уши, – уточняет он. Майлз притягивает меня к себе и отдает мне ту единственную часть себя, которую не мог отдать до сих пор. Свое сердце.

– Пришлось спросить у Корбина, где ты живешь. В конце концов он ответил, но потребовалось долго его убеждать. Я осторожно целую его в веко. – Не могу поверить, что он тебя ударил! – Не в первый раз. Но уверен, что в последний. По-моему, когда я принял его правила, Корбин наконец-то смирился с тем, что мы с тобой вместе. – Что еще за правила? – настораживаюсь я. – Ну, во-первых, нельзя разбивать тебе сердце. Во-вторых, нельзя, черт подери, разбивать тебе сердце. А в-третьих, нельзя, черт подери, разбивать тебе сердце, твою мать. Я не могу сдержать смех. Как же это похоже на Корбина! Майлз смеется вместе со мной, а затем мы молча глядим друг на друга.