— Ждите меня здесь, — сказал он, — своим ходом вы долго будете добираться до Цитадели.

Город-храм Культа Горящего поршня поднимался из пустыни как видение из кошмаров техно-мага. Здания были сложены из обломков древних машин — корпусов роботов, частей двигателей, металлических пластин, покрытых ржавчиной и маслом. В центре города возвышалась гигантская труба высотой в сотню ярдов, из жерла которой вырывалось подземное пламя.

Культисты встретили Алекса у ворот с благоговением. Они носили балахоны из металлической ткани, их лица были скрыты масками в форме поршней и цилиндров.

— Воплощение Божественного огня! — пал на колени старейший из них. — Мы ждали твоего прихода!

Алекса провели по улицам, вымощенным металлическими пластинами. Повсюду стояли алтари, украшенные изображениями шестеренок, поршней и пламени. Воздух был пропитан запахом машинного масла и серы.

В главном храме его встретил Верховный жрец — высокий человек с выжженными добела глазами и руками, покрытыми ритуальными шрамами.

— Я — Пайрос Кранкшафт, — представился он гортанным голосом. — Хранитель Священного пламени. Мы знали, что ты придешь.

— Откуда? — удивился Алекс.

— Из пророчества. — Жрец развернул древний свиток, покрытый символами огня и металла. — «И придет тот, кто носит золото в крови, и пламя не причинит ему вреда, и станет он властелином машин и людей». Ты должен пройти испытание огнем.

Алекса привели к подножию гигантской трубы. Вблизи она поражала еще больше — древняя конструкция из неизвестного металла, покрытая рунами, которые пульсировали в такт с подземными ударами.

— Ты должен прыгнуть в пламя, — объяснил Пайрос. — Спуститься в сердце мира и вернуться с доказательством своей божественности. Многие пытались — все сгорели дотла.

— А если я откажусь?

— Тогда ты не тот, за кого себя выдаешь.

Алекс посмотрел вверх на ревущее жерло. Жар был невыносимым даже на таком расстоянии. Но что-то внутри него откликалось на это пламя — его золотая магия резонировала с древней силой.

— Хорошо, — сказал он.

Подъем по спиральной лестнице внутри трубы занял полчаса. Жар нарастал с каждой ступенькой, металлические перила обжигали даже через перчатки. На вершине Алекс оказался над бушующим морем огня.

— Божественное пламя, — прошептал сопровождавший его жрец. — Прими этого смертного или уничтожь его!

Алекс сделал шаг вперед. Еще один. Балансируя на краю платформы, он посмотрел в огненную бездну.

Затем прыгнул.

Пламя поглотило его, но не сожгло. Золотая магия в его крови отталкивала жар, превращая его в теплое прикосновение. Он падал сквозь огненный туннель, мелькали стены древней кладки, рунические символы.

Приземление было мягким. Алекс оказался в огромном подземном зале — древней кузнице, где, возможно, когда-то работали Золотые кузнецы. Молоты и наковальни стояли нетронутыми тысячи лет, инструменты ждали возвращения хозяев.

— Не смей прикасаться к чему-то прикоснуться, самозванец.

Алекс обернулся. Из стен материализовался призрак — высокий человек в кузнечном фартуке, его глаза горели синим огнем.

— Я — Файер Айрон, первый из Золотых кузнецов, — произнес призрак. — Эти вещи не для тебя.

— Почему? — спросил Алекс.

— Ты несешь в себе разрушение. Я вижу твою судьбу — войны, смерть, пепел. Золотая магия создана для созидания, не для битв.

— Я не хочу войны, — честно ответил Алекс. — Но иногда нужно разрушить зло, чтобы защитить добро.

— Красивые слова. Но я видел много таких, как ты. Все начинали с благих намерений.

— Тогда посмотри в мою душу, — предложил Алекс. — Увидь правду, а не предрассудки.

Призрак колебался, затем шагнул вперед. Его призрачные руки коснулись груди Алекса, проникли внутрь.

Видение длилось мгновение, но в нем уместилась вся жизнь Алекса — одинокое детство, потеря близких, годы работы в мастерской, встреча с Рэйвен, предательство, боль, желание спасти невинных людей от безумия принцессы.

Призрак отступил, удивление читалось в его мертвых глазах.

— Твое сердце… оно все еще способно любить. Все еще болит за других. — Он медленно кивнул. — Ты достоин, Алекс Стил. Но помни — сила, которая живет в тебе, должна служить защите, а не мести.

Алекс кивнул.

— Как мне вернуться?

— Так же, как пришел, — улыбнулся призрак, растворяясь в воздухе.

Алекс посмотрел вверх на огненный туннель. Такой путь был возможен только в одном случае — если он поверит в свою силу.

Золотая магия взорвалась вокруг него, поднимая его вверх по столпу пламени, стоило ему обратиться к молоту. Он взмывал сквозь огонь как живая комета, молот в руках пел от радости воссоединения со своим истинным владельцем.

Он вынырнул из жерла в клубах золотого пламени, зависая в воздухе над изумленными культистами. Молот сиял в его руках как маленькое солнце.

— Воплощение! — завопили культисты, падая ниц. — Истинный бог железа и огня!

Алекс медленно опустился на платформу. Толпа верующих простиралась внизу, их голоса сливались в единый гимн восхваления.

— Восстаньте, — приказал он, и голос его прогремел над площадью. — Я не бог, а лишь человек с даром. Но этот дар я использую для защиты Пустошей от истинного зла.

— Что прикажешь, Воплощение? — спросил Пайрос, его глаза горели фанатичным блеском.

— Собирайте армию. Все способные держать оружие. Завтра на рассвете вы должны прибыть сюда. — Алекс поднял над головой карту Пустоши. — Пришло время священной войны.

Владения Королевы располагались на востоке Пустошей, где выжженная земля переходила в соленые болота. Ее замок был построен из костей древних чудовищ — ребра исполинских змей служили арками, черепа драконов украшали башни. Это была твердыня смерти и красоты, величественная в своей жестокости.

Алекс ехал по дамбе, проложенной через болота. По обеим сторонам простирались мутные воды, в которых плавали полуразложившиеся тела неудачников, осмелившихся бросить вызов Королеве. Кости торчали из воды вместо надгробий.

У ворот его встретил отряд женщин-воительниц. Они были одеты в минимум брони, выставляя напоказ мускулистые тела, покрытые боевыми татуировками. Каждая была смертоносна в своей красоте.

— Железный маг, — процедила их командир, рослая амазонка с выбритой половиной головы. — Королева ждет тебя.

Тронный зал поражал роскошью. Стены были украшены шкурами экзотических зверей, полы покрыты мехами, с потолка свисали хрустальные люстры. Трон был вырезан из цельной кости, а на нем восседала сама Королева хищниц.

Алекс на мгновение забыл дышать. Она была воплощением дикой красоты — высокая, с фигурой античной богини войны, мускулы играли под бронзовой кожей. Длинные черные волосы струились по плечам, а зеленые глаза горели хищным огнем. На ней была лишь кожаная броня, подчеркивающая каждый изгиб ее тела.

— Алекс Стил, — произнесла она низким, хриплым голосом. — Мужчина, который заставил все Пустоши говорить о себе. Подойди ближе.

Он приблизился к трону, чувствуя на себе тяжелый монарший взгляд.

— Ты пришел просить помощи, — прозвучал не вопрос, а утверждение.

— Да, — честно ответил Алекс.

— И что ты можешь предложить взамен? Золото? Оружие? Территории?

— Что вы хотите?

Королева встала с трона и медленно спустилась по ступенькам. Каждый ее шаг был грацией кошки, готовящейся к прыжку.

— Я хочу наследницу, — сказала она, останавливаясь в шаге от него. — Дочь, которая унаследует мою силу и красоту. А от тебя — твою магию и решимость.

Алекс отступил на шаг.

— Я не могу…

— Не можешь или не хочешь? — В ее голосе зазвучала сталь. — Без моей армии ты не победишь Рэйвен. Пятьсот лучших воительниц Пустошей против твоей горстки повстанцев. Выбор за тобой.

Он думал о Лире, о их несостоявшейся любви, о верности, которую обещал хранить. Но потом представил Рэйвен, пробуждающую древние машины смерти, невинных, которые погибнут, если он откажется.

— Хорошо, — прошептал он. — Но у меня есть условие.

— Говори.

— Только одна ночь. И никаких обязательств после нее.

Ее смех походил на перелив серебряных колокольчиков.

— Договорились. Но сначала ты должен доказать, что достоин меня. — Она хлопнула в ладоши, и служанки внесли два меча. — Сразимся. Победитель получает все.

Она сбросила броню, оставшись обнаженной. Ее тело было совершенством — каждая мышца, каждая линия говорили о годах тренировок и сражений. Даже шрамы на коже выглядели как украшения.

Алекс попытался сконцентрироваться на мече в руках, но не мог оторвать взгляд от представшей пред ним картины. Королева была как живая статуя богини.

— Отвлекся? — насмешливо спросила она и атаковала.

Клинки столкнулись в искрящемся танце. Королева сражалась как дикая кошка — быстро, яростно, беспощадно. Ее обнаженное тело двигалось с невероятной грацией, а каждый удар был произведением боевого искусства.

Алекс защищался, но мысли путались. Близость этой невероятной женщины, аромат ее кожи, вид ее груди, вздымающейся от тяжелого дыхания — все это сбивало с толку сильнее любого удара.

Она сбила его с ног подсечкой и оказалась сверху, прижав его к полу всем телом. Ее меч лежал у его горла, но в зеленых глазах читался не триумф, а что-то совсем другое.

— Ты проиграл, — прошептала она.

— Знаю, — ответил он, глядя в ее глаза.

Королева отбросила меч и набросилась на него. Ее губы были горячими и требовательными, поцелуй — голодным и жестоким. Алекс почувствовал, как в нем вспыхивает огонь, который он пытался подавить.

Его руки скользнули по ее спине, чувствуя игру мышц под шелковистой кожей. Она застонала ему в губы и прижалась еще теснее. В этом поцелуе было больше страсти, чем во всех битвах, которые он провел.

— Моя спальня, — хрипло произнесла она, поднимаясь. — Сейчас.

Покои Королевы были роскошными — огромная кровать с балдахином, меха на полу, свечи в золотых подсвечниках. Лунный свет лился через высокие окна, окрашивая все в серебро.

Она толкнула его на кровать и забралась сверху. Ее движения были властными, требовательными — она брала то, что хотела, не спрашивая разрешения. Алекс отвечал с равной страстью, его руки исследовали каждый изгиб ее тела.

Их тела сплелись в древнем танце, старом как мир. Она была огнем, он — золотом, и вместе они создавали нечто прекрасное и разрушительное. Ее ногти царапали его спину, его губы находили чувствительные места на ее шее.

Когда страсть достигла пика, золотая магия Алекса вспыхнула непроизвольно, окутывая их обоих мягким светом. Королева выгнулась в его объятиях, ее крик эхом разнесся по замку.

Они лежали в объятиях друг друга, тяжело дыша. Лунный свет играл на их переплетенных телах, пот высыхал на коже.

— Это было… невероятно, — прошептала Королева, прижимаясь к его груди.

— Да, — согласился он, поглаживая ее волосы.

— Ребенок, зачатый в такую ночь, будет особенным, — сказала она сонно. — Я чувствую это.

Алекс ничего не ответил, просто держал ее, слушая ее дыхание. За окном кричали ночные птицы, предвещая рассвет.