Город как текст или персонаж — не новый ход. Есть много романов, где он выступает протагонистом либо союзником.
«Белые ночи» Ф. Достоевского: Петербург предстаёт лиричным, полусонным, меланхоличным героем, определяющим тональность событий и душевный ландшафт рассказчика.
«Невидимые города» И. Кальвино. Города в романе — не фон, а действующие лица со своими характерами, историями, тайными смыслами.
«Степной волк» Г. Гессе. Особая атмосфера, влияние культуры, улиц, людей на них сильно влияют на героя и его мысли.
«Великий Гэтсби» Ф. Скотт Фицджеральда: Нью-Йорк и Лонг-Айленд одержимы пышностью, иллюзиями и разочарованием и таким образом участвуют в любовной и социальной драме.
В этом плане для меня пока городом-персонажем, который на ходу меняет всё, а затем возвращает как было, однако, изменения всегда необратимы, остаётся Санкт-Петербург. Ветра, серое от внезапного дождя небо, хмурые и неспешные люди — не каждый готов вынести такого персонажа, особенно, если он непредсказуемо меняет сюжет.
К. Рутт в своей книге «Все дороги ведут…» решила сделать часто солнечный Рим одним из ключевых героев своей истории.
О чём книга: Рома и Алёна едут в Рим в отпуск и решают провести его раздельно, чтобы понять, как и куда им двигаться дальше как семья. Разводиться либо начать сначала? Оставить мечты либо бороться за свою личность и свободу выбора пути?
Рим выступает здесь не просто союзником, но одним из главных героев наравне с главной героиней. Здесь он не просто фон либо декорация, как Форум либо фонтан де Треви, но живой, упрямый, вспыльчивый, утончённый и таинственный персонаж, который растёт, меняется и влияет на судьбы героев.
Как любой мудрый герой, Рим проверяет Алёну готова ли она заглядывать под булыжники на мостовой, трогать стены храмов, слышать шёпот времени в переулках? Он устраивает для неё внутренний квест — сумеет ли она пройти через шумные площади и уединённые уголки, остаться собой, но при этом измениться.
Рис увёл в итоге героиню в лабиринты узких улочек, угощал эспрессо, пиццей и мороженым, сбивал с истинного пути обещанием «dolce vita». Он искушал её, побуждая терять голову от избыточной красоты: бурные шумные рынки, вечерний Тибр, багровые сумерки над Форумом. Алёна встретилась благодаря Риму лицом к лицу со своими страхами и мечтами: камни Колизея прошептали ей истории гладиаторов, мосты рассказали о преданности и предательстве, мостовые поделились слезами и смехом влюблённых. Рим стал машиной времени, и героиня пережила свою трансформацию сквозь прошлое и настоящее.
У этого персонажа истории много лиц, и все они настоящие: Рим в книге строгий и роскошный, шумный и задумчивый, усталый и вечно молодой. Он щедро делился вдохновением, но требовал уважения и понимания к своим тайнам.
Рим, как и любой другой город, способен разлучать и возвращать, отнимать иллюзии и дарить прозрения. Его ожившие камни, музыканты, уличные художники — каждый становится частью бесконечной пьесы, в которой своя интрига. И автор сумела выразить это через сюжет, героев, сеттинг.
Рим вмешивался в сюжет, бросал вызовы, заманивал, лечил сердце и развеивал иллюзии. В этой книге каждый читатель станет её героем, ищущим свои смыслы в изгибах древних улиц и среди теней статуй. Описание города вовлекает и манит. Особенно если ты была в нём и также прониклась его историей, величием и задумчивой загадочностью. Но даже если вы ещё не гуляли по мостовым Рима и не плутали по улочкам его исторического центра, повествование всё равно вовлекает, будоражит и уводит в фантазии.
Читая, возникает вопрос: насколько жизнь фрагментарна и случайна? Либо всё же кто-то прописывает нам ключевые точки для развития сценария жизни, а мы либо «считываем» их, либо проходим мимо? Для героини не было никаких предпосылок, чтобы так всё закончилось, однако, случайные люди, события и, естественно, мысли после этого, влияли на неё и побуждали подниматься вверх по спирали размышлений о своей жизни.
И так ли важен контекст, который выступит одной из опорных плит твоего фундамента будущего? Что необходимо сменить, чтобы начать менять путь движения своего состава?
Проходной ли роман? Возможно, для Клары Рутт такой стиль несвойственен. Но от этого книга лишь выигрывает: текст будто писался сам собой, а сюжет складывался по ходу переосмысления героиней своей жизни и возможного будущего. Книги подобного жанра обычно заканчиваются хорошо — в этом плане про финал можно было не переживать — но здесь у героини было несколько вариантов, и тем интереснее было читать.
Да, с одной стороны, получилась Золушка, зато с туфелькой в виде Рима. С другой стороны, героиня самодостаточна, умна и знает, что хочет, в отличие от героини сказки.
«Все дороги…» ведут не в Рим, а к самой себе, своей истинной личности. После Рима (читай, после книги) невозможно остаться прежней. Рука тянется к карте города, чтобы шагнуть навстречу вечному герою, готовому рассказать свою следующую историю сквозь тебя.