Глава 4

После школы Эва сразу отправилась в свою комнату, отчаянно нуждаясь в прохладном душе. День выдался невыносимо жарким – солнце, казалось, буквально впивалось в её кожу, оставляя раскалённые следы.

Вечеринка у бассейна должна была начаться через несколько часов, и ей предстояло решить, что надеть. Ещё утром она решила, что стоит приложить чуть больше усилий к своему внешнему виду. Слишком давно она перестала заботиться о себе, слишком долго пряталась за привычной небрежностью.

Сегодня ей хотелось хотя бы на одну ночь забыть обо всём. Почувствовать себя лёгкой, свободной… красивой.

Зайдя в гардеробную, она снова поразилась её размерам. Просторная, идеально организованная – Габриэла действительно постаралась, заполнив её новой одеждой. К концу года она, вероятно, так и не успеет надеть даже половину этих вещей.

Эва выбрала пять разных бикини – да, целых пять – и аккуратно разложила их на кровати. Все они казались ей чересчур откровенными. Хотя, возможно, это говорила её внутренняя скромница.

Боже, теперь она уже сама называла себя занудой. Прямо как Лукас.

Когда она перебирала наряды, её дверь вдруг резко распахнулась, и на пороге появился запыхавшийся Лукас. Его тёмные волосы были влажными от пота, а майка прилипла к груди, подчеркивая рельеф мышц. Вместо своих привычных узких джинсов он был в свободных спортивных штанах, и Эва сразу поняла – он только что вернулся с пробежки.

– Какого чёрта ты здесь делаешь?! – воскликнула она, быстро делая шаг вперёд, чтобы заслонить собой кровать.

Лукас ухмыльнулся дьявольской ухмылкой, лениво скользнул взглядом по комнате и приблизился, заглядывая ей через плечо.

– Выглядит горячо, принцесса, – подмигнул он, прежде чем схватить с кровати маленький чёрный верх от бикини. Ониксовая ткань казалась крошечной в его больших ладонях.

– Определённо выбираю вот этот, – заявил он, облизывая губы и с явным одобрением разглядывая вещицу.

– Отдай обратно, извращенец! – вспыхнула Эва, делая шаг вперёд, чтобы вырвать у него бикини.

Лукас поднял руку выше, дразня её, а другой небрежно засунул в карман.

– Забери, если сможешь, – усмехнулся он, нарочно размахивая лифчиком в воздухе.

Эва, стиснув зубы, подпрыгнула, ухватившись руками за его плечи. Их тела столкнулись, и, потеряв равновесие, Лукас рухнул на кровать. Эва оказалась сверху, её волосы упали на его лицо, а ладони рефлекторно вжались в его грудь.

Она замерла. В комнате вдруг стало слишком тихо, слишком жарко. Грудь девушки тяжело поднималась и опускалась, будто меха кузнечных горнов, а её сердце гулко стучало где-то в горле.

Её глаза резко расширились, когда она попыталась соскользнуть с его тела, но не успела – сильная рука Лукаса обвилась вокруг её талии, удерживая её на месте.

– Отпусти меня, – прошипела она сквозь стиснутые зубы.

Лукас, словно настоящий засранец, лишь многозначительно повёл бровями, а вместо ответа ещё крепче сжал её талию.

– Знаешь, мне, если честно, так вполне удобно, – ухмыльнулся он, чуть приподняв бёдра, чтобы дать ей почувствовать свою реакцию.

– Фу! – взвизгнула Эва, дёрнувшись в сторону, но это только сделало ситуацию ещё хуже. Она начала извиваться, пытаясь вырваться, но Лукас был сильнее.

Глубокий, раскатистый смешок сорвался с его губ, и от этого звука у неё мурашки побежали по коже.

– Ты ведь понимаешь, что своими попытками только усугубляешь ситуацию? – лениво протянул он, демонстративно обнажая свои идеально белые зубы.

Эва тут же застыла, будто её окатили ледяной водой. Она закрыла глаза, чувствуя, как щёки вспыхнули от смущения. Сердце бешено колотилось в груди, дыхание сбилось. Всё её тело ощущало его – его силу, его жар, его насмешливую властность.

Она медленно открыла глаза, осторожно взглянув на Лукаса.

– Отпусти меня, – повторила она, на этот раз серьёзно, но голос её предательски дрогнул.

Лукас склонил голову набок, разглядывая её с ленивым, но откровенным интересом. Его взгляд потемнел, словно предвещая нечто опасное, а на губах заиграла кривая ухмылка.

Она не могла не очароваться этим зрелищем. Как бы её ни раздражал Лукас, каким бы нахальным и самодовольным он ни был – её тело предавало её. Оно отзывалось на его близость.

Эва едва слышно сглотнула, но её дрожь выдала её. И судя по тому, как в глазах Лукаса вспыхнул торжествующий огонёк, он это заметил.

Вероятно, именно это она ненавидела в нём больше всего. Ненавидела, как её тело и эмоции подчинялись ему, независимо от её воли. Он не прилагал никаких усилий, но каждый его взгляд, каждый жест заставляли её вспыхивать без причины. Эва никогда не реагировала так на другого человека в своей жизни. Она пыталась сохранять спокойствие рядом с ним, пыталась подавлять этот хаос внутри себя. Но, как бы ни старалась, в итоге всегда терпела поражение.

– Умоляй меня, – протянул Лукас с коварной улыбкой, его голос был низким, почти ленивым, но в глазах вспыхнула искра игры.

Прежде чем она успела сообразить, он большим пальцем медленно провёл по её нижней губе. От неожиданности Эва резко вдохнула, сердце заколотилось в бешеном ритме. Она встретилась с его пронзительным голубым взглядом и почувствовала, как пересохло в горле.

– Я скорее умру, – выплюнула она, одаривая его самым смертоносным взглядом.

Лукас усмехнулся и покачал головой, словно предвкушая очередную порцию её вспыльчивости.

Он медленно наклонился ближе, и его тёплое дыхание коснулось её губ.

– Ты меня искушаешь, принцесса, – хрипло предупредил он, прежде чем зарыться носом в изгиб её шеи.

Эва вскрикнула, пытаясь ударить его коленом, но он, как обычно, предвидел это и с лёгкостью избежал. В ответ он лишь тихо рассмеялся, будто этот маленький бунт её ещё больше забавлял.

В отчаянии она попробовала оттолкнуть его, но его тело оставалось непоколебимым, будто высеченным из камня.

Эва глубоко вздохнула, её пальцы дрожали от бессилия. В конце концов, она обмякла, перестав сопротивляться. Не потому что хотела сдаться – просто у неё не оставалось ни сил, ни смысла продолжать бороться. Он был просто слишком силён. Если Лукас решит её отпустить – то только по собственной воле.

– Уже сдаёшься? – с ноткой удивления в голосе спросил Лукас, приподняв голову и заглянув ей в глаза.

Эва закатила глаза и беззвучно прошептала:

– Иди к чёрту.

Она закрыла глаза в отчаянии, но чувствовала, как он всё ещё рядом, слишком близко. Глухой рык вырвался из его груди, когда он лениво запустил пальцы в её тёмные волосы, скручивая одну из прядей между пальцев.

– Мечтай, – самодовольно протянул он, прежде чем нагло накрыть её плотно сжатые губы своим поцелуем.

Это было быстро, дерзко и чертовски нагло. Его тёплые губы требовательно скользнули по её, прежде чем он отстранился и, опираясь на руки, встал.

Эва снова застыла. На секунду её мозг отказался верить в происходящее. А затем… её накрыла волна злости. Она резко стёрла поцелуй тыльной стороной ладони, но ощущение его губ всё ещё жгло кожу.

Лукас лишь фыркнул, покачал головой и лениво направился к себе.

– Не забудь надеть тот роскошный бикини для меня, – бросил он через плечо, прежде чем с грохотом захлопнуть дверь.

Эва стиснула зубы.

Чёрт возьми. Да ни за что на свете она не наденет эту откровенную тряпку, которую он выбрал. Как будто его привычка таскать в постель бесконечный поток девушек была недостаточной проблемой… Теперь он решил развлекаться за её счёт? Если Лукас думал, что она будет покорно выполнять его прихоти, то он чертовски ошибался.

С Эвой Саммерс нельзя играть без последствий.

***

Спустя два часа Эва наконец вышла из своей комнаты. Музыка уже раскатывалась по дому мощными басами, заставляя пол вибрировать в такт ритму. Она выбрала красный слитный купальник с головокружительным V-образным вырезом, уходившим почти до пупка. Тонкая ткань едва скрывала её грудь, но вместо вульгарности образ дразнил, обещал и соблазнял, оставляя воображению ровно столько, сколько было нужно.

В обычный день Эва и не подумала бы надеть нечто подобное. Но сегодня был особенный случай. Она была готова сыграть свою игру – довести Лукасса до безумия, разжечь в нём жгучее желание, а затем, перед всеми, отвергнуть его так же легко, как он привык делать с другими. Посмотрим, каково это – попробовать на вкус собственное оружие. Это был отличный план. Если только она сумеет его осуществить.

Вместо привычного пучка её тёмные локоны мягко спускались на плечи идеальными волнами. Немного макияжа – выразительный взгляд, соблазнительный блеск на губах. Чёрное летнее платье небрежно скользило по телу, скрывая то, что предназначалось лишь для нужного момента. Завершали образ «чёртовы» высокие каблуки, которые делали её походку чуть более плавной, уверенной, роковой.

Эва спустилась вниз, слившись с толпой. В воздухе витал аромат алкоголя, хлорки из бассейна и разгорячённых тел. Большинство гостей собрались у воды, но внутри оставались те, кто предпочитал шоты и компанию поинтереснее.

– Чёрт, детка… – присвистнул один из парней, оценивающе проведя взглядом по её фигуре.

Эва изо всех сил старалась не поддаться желанию прикрыться, вместо этого одарив парня – или, по крайней мере, надеясь, что выглядело это именно так – ленивым, соблазнительным взглядом. Судя по тому, как его улыбка стала шире, уловка сработала. Он шагнул ближе, явно намереваясь продолжить знакомство.

Она не дала ему шанса. Легко изогнув губы в озорной улыбке, подмигнула и, не сказав ни слова, скользнула прочь, оставляя его в недоумении. Позади раздался сдавленный смешок, затем негромкое ругательство, сопровождаемое насмешливыми хохотками его друзей.

Эва шагнула на крыльцо, вдыхая тёплый воздух ночи.

– Вау, Эва, ты выглядишь… шикарно, – раздался голос Нэйтана.

Он стоял в дверном проёме, широко улыбаясь, но его взгляд говорил больше, чем слова. Глаза жадно пробежались по её фигуре, задержавшись чуть дольше на декольте, прежде чем он осознал это, поспешно отвёл взгляд и покраснел сразу на десять оттенков красного.

– Спасибо, Нэйт, – она чуть склонила голову, самодовольно улыбаясь, наблюдая, как он изо всех сил старается сосредоточиться на её лице и не дать взгляду вновь соскользнуть ниже.

Ей казалось, что в любую минуту можно было пуститься в победный танец. Впервые в жизни она намеренно искала внимания – и получала его. Обычно она предпочитала оставаться в тени, но сегодня… Сегодня был вечер исключений.

Обычно Эва предпочитала оставаться в тени – застенчивая, тихая, всегда на заднем плане. Но, как она уже сказала себе, сегодня было исключение.

Неделю назад она бы и не поверила, если бы кто-то сказал, что ей понравится быть в центре внимания на вечеринке. Тем более – флиртовать с опасным плохишом.

Сегодня она позволяла себе забыть о реальности. Позволяла себе на одну ночь вновь стать беззаботной девчонкой, а не той мрачной Эвой, что скорбит по покойной бабушке.

С лёгкой улыбкой она взяла шот текилы у уличного бара и опрокинула его залпом. Жидкая смелость ей явно не помешает, если она собирается довести свой план до конца.

– Эй, полегче, – раздался рядом голос Нэйтана. Он поймал её за запястье, когда она потянулась за следующим шотом.

Эва закатила глаза, покачала головой и, проигнорировав его заботу, быстро проглотила ещё один. Горьковатый алкоголь приятно обжёг горло, а в голове стало чуть легче, мысли – чуть более размытыми.

Она всегда была слабачкой, когда дело касалось выпивки.

– Я в порядке, – резко бросила Эва, отмахиваясь от явной заботы Нэйтана.

Она нарочно была груба и тут же пожалела об этом, увидев, как его лицо помрачнело. Точно так же она вела себя с его матерью в тот первый день. Он был хорошим парнем, не заслуживал её стервозности. Её злость должна была быть направлена на того, кто действительно её заслуживал.

– Прости. Это было чертовски грубо, – выдохнула она, протягивая руку и сжимая его ладонь.

– Всё нормально. Я понимаю, тебе нужно выпустить пар. В последнее время тебе пришлось через многое пройти. Это не может быть легко, – грустно улыбнулся он, его глаза выражали искреннее сочувствие.

Эва с трудом удержалась, чтобы не закатить глаза. Он только что испортил вполне хороший момент. Она терпеть не могла, когда её жалели, когда смотрели на неё с таким тёплым пониманием, словно она была сломанной. Именно поэтому она предпочитала держаться от всех подальше.

Она натянуто улыбнулась Нэйтану сквозь стиснутые зубы, а затем развернулась на каблуках и ушла, оставив его стоять у бара в одиночестве. Пробираясь сквозь толпу, она то и дело сталкивалась с людьми, игнорируя запах потных тел и приторный аромат дешёвого алкоголя. Ей нужна была передышка.

Забравшись в тёмный угол сада, откуда можно было наблюдать за вечеринкой, Эва выдохнула и прислонилась к холодной кирпичной стене. Её злость начала утихать, оставляя после себя лишь усталость.

Когда она снова взглянула туда, где оставила Нэйтана, то заметила, что его уже окружили чирлидерши, а во главе стояла Келси. Она отчаянно старалась привлечь его внимание – прижимала грудь к его плечу, дергала за руку, заливисто смеялась над каждой его фразой. Но Нэйтан выглядел рассеянным. Его взгляд всё ещё был прикован к тому месту, где всего несколько минут назад стояла Эва.