ГЛАВА 3

Оливия

Стоя на пороге огромного офисного здания в районе Сенчери-Сити, я чувствую себя неуютно. Высокие стеклянные стены, сверкающие на солнце, кажутся мне холодными и чуждыми, будто специально построены, чтобы отгородить тех, кто внутри, от всего человеческого. В этом здании нет души, только идеальный блеск, который подавляет. Оно словно зеркало современного мира, где главенствуют скорость, эффективность и искусственная улыбка. С каждым шагом, который я делаю по этому сверкающему холлу, я ощущаю, как меня накрывают смешанные чувства. Люди здесь похожи на роботов, запрограммированных на безупречность. Их лица сосредоточены, а движения точны, словно они уже давно привыкли к этому ритму, где нет места для эмоций или даже банальной усталости. Здесь нет жизни. Но, может это и не нужно, когда твоя задача- эффективная работа, нацеленная на результат.

Донна идет рядом, и я слышу, как каблуки ее туфель отдаются эхом в холодном, идеально отполированном пространстве. Я замечаю, как она, кажется, восхищается этим местом, но мне это не близко. Для нее это, возможно, символ успеха, а для меня – очередная коробка из стекла и стали, где каждое слово и действие строго подчинены невидимым правилам. Даже воздух здесь кажется мне тяжелым, словно его искусственно фильтруют, чтобы лишить естественности. Но я готова это принять – я здесь, чтобы строить свою карьеру и воплощать мечты в реальность.

Девушка за стойкой ресепшена встречает нас дежурной, безупречно отточенной улыбкой. Её голос звучит ровно, в нём нет ни капли лишней эмоции, но взгляд – цепкий, почти оценивающий. В её глазах читается что-то большее, чем просто профессионализм, – скрытая строгость, как будто она свято убеждена, что всё здесь должно идти строго по заранее установленному плану. Я замечаю каждую деталь её внешнего вида: идеально уложенные волосы, которые обрамляют лицо, словно тщательно вырисованная рамка, и безупречно сидящую форму, подчёркивающую её принадлежность к этому выверенному до мелочей, холодному миру.

– Доброе утро. Добро пожаловать в ПраймШифт Маркетинг. Чем могу вам помочь?

– Доброе утро, я мисс Оливия Эванс, – говорю я, стараясь звучать уверенно, как она, чтобы не выдать своего волнения.

Донна, стоящая рядом, как всегда, добавляет с легкой насмешкой в голосе:

– А я мисс Донна Стоун. Нам срочно нужны инструкции – мы здесь новенькие. Мы с вами теперь, можно сказать, коллеги.

Девушка за стойкой коротко кивает, никак не реагируя на комментарий Донны, и начинает проверять нас в базе. Я слышу, как стучат ее длинные ногти по клавиатуре, и замечаю аккуратно разложенные папки на ее столе – все идеально симметрично, будто любая мелочь здесь имеет значение. Через несколько секунд она поднимает на нас взгляд, улыбаясь чуть теплее:

– Мисс Стоун, вам нужно пройти к лифту справа. Поднимитесь на восьмой этаж, я сейчас предупрежу, чтобы вас там встретили, показали ваше рабочее место и проинструктировали о ваших рабочих обязанностях.

А затем переключается на меня, её интонация чуть меняется, становясь более серьезной:

– Мисс Эванс, вам нужно пройти к лифту с левой стороны холла. Поднимитесь на одиннадцатый этаж. Вас встретит секретарь мистера Рокфорда и проводит вас дальше. Вот ваш пропуск.

– Спасибо, – отвечаю я, и хотя мои губы растягиваются в улыбке, внутри я всё еще немного переживаю.

– Удачи нам в первый день! – вставляет Донна с дразнящей интонацией. Она знает, что я немного переживаю, но ее веселый настрой помогает мне чуть расслабиться.

– Удачи! – отвечаю я, чуть улыбнувшись в ответ.

Я направляюсь к лифту, чувствуя лёгкое волнение, смешанное с предвкушением. В конце коридора неподвижно стоит охранник в строгой форме, как будто он часть этого безупречного интерьера.

– Доброе утро, – приветствует он меня с каменным лицом.
      – Доброе утро, – отвечаю я, протягивая ему пропуск. – Мне нужно подняться на одиннадцатый этаж.

Он прикладывает ключ-карту к панели, и двери лифта раздвигаются с мягким звуком. Жестом он приглашает меня войти, и я захожу в кабину, уже чувствуя себя частью этого упорядоченного, чётко работающего мира. Охранник нажимает кнопку нужного этажа, и лифт начинает плавно подниматься.

Когда двери открываются на одиннадцатом этаже, он снова смотрит на меня и кивает:
      – Удачного дня.
      – Спасибо, – отвечаю с улыбкой, и мои слова звучат непринуждённо, как будто я бываю здесь каждый день.

Я выхожу в коридор, и меня сразу удивляет абсолютная тишина. Этот этаж кажется замороженным во времени – здесь нет шума, нет офисной суеты, нет даже людей. Взгляд скользит по стенам, окрашенным в приглушённый серо-бежевый оттенок, который успокаивает и располагает к сосредоточенности. Чёрные декоративные панели вдоль потолка создают контраст, подчёркивая строгую геометрию пространства. На одной из стен висит крупная картина – абстракция в золотых и белых тонах. Она привлекает внимание своим хаотичным, но в то же время гармоничным узором. Кажется, даже в этой деталью прослеживается идея порядка среди хаоса. Центральное место в холле занимает стойка ресепшена. Она выполнена из чёрного глянцевого материала с тонкими металлическими вставками. Девушка за стойкой что-то печатает на клавиатуре, и кажется, что она идеально вписывается в эту картину строгого профессионализма. Мягкий ковёр у входа в главный коридор заглушает звуки шагов, а в воздухе витает едва уловимый аромат свежести – смесь цитрусовых нот с намёком на древесные аккорды. Я ловлю своё отражение в одной из стеклянных перегородок и поправляю волосы. Здесь всё говорит о том, что я на правильном пути.

– Мисс Эванс? – замечает меня девушка на ресепшене, встает и выходит из-за стойки.

Я подхожу ближе и вижу перед собой женщину в строгом черном платье, идеально подходящем к её высоко собранным волосам и лаконичным черным туфлям на каблуках. Ее осанка безупречна, а взгляд холодный, но не лишенный профессионального любопытства.

– Меня зовут Кэтрин, я секретарь мистера Рокфорда,– говорит она, её голос звучит формально и отстраненно. – Прошу следовать за мной.

Я машинально киваю, следуя за ней. Кабинеты, мимо которых мы проходим, пусты. Ни документов на столах, ни шума техники – ничего, что напоминало бы о живой рабочей обстановке.

– Здесь так тихо. Почему?

– Этот этаж предназначен только для высшего руководства, – отвечает Кэтрин, слегка ускоряя шаг. В её голосе нет ни намёка на эмоции, только чёткая деловая интонация. – Вас ожидает мистер Рокфорд, генеральный директор компании.

– Мистер Рокфорд? – удивляюсь я, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее. – Я думала, что меня просто проведут на моё рабочее место.

– Меня не проинформировали о причинах встречи. Моя задача – проводить вас к его кабинету.

Я не знаю, что думать. Почему генеральный директор хочет видеть меня в первый же день? Я стараюсь взять себя в руки, но сомнения всё же закрадываются в мою голову. Мы подходим к просторной приёмной. Здесь интерьер тоже продуман идеально: стены со вставками из светлого камня, огромные панорамные окна, сквозь которые льётся дневной свет, минималистичная мебель, вся в чёрно-белой гамме. Даже воздух здесь пахнет стерильной дороговизной.

– Подождите здесь, пожалуйста, – произносит Кэтрин, указывая на одно из кресел. Затем она подходит к массивной деревянной двери кабинета, аккуратно стучит и открывает ее.

Я сажусь, чувствуя, как меня всё больше охватывает нервозность. Из-за приоткрытой двери я слышну обрывки разговора из кабинета:

– Как камеры могли быть отключены весь вечер? Ладно, понял, тогда пришли мне полный список гостей, пожалуйста, – голос мистера Рокфорда звучит резко, почти холодно.

Через несколько секунд Кэтрин выходит, безупречно сохраняя свою невозмутимость.

– Мистер Рокфорд готов вас принять, – говорит она, слегка наклонив голову. – могу я предложить вам чай или кофе?

– Нет, спасибо.

Я встаю, чувствуя, как напряжение сжимает меня изнутри. Собравшись, я открываю дверь и захожу в кабинет. Мистер Рокфорд выглядит совсем не так, как я представляла, глядя на его фотографии на обложках бизнес-журналов. На снимках он казался человеком строгим, даже несколько холодным, но вживую его облик завораживает. Он высок, со спортивным телосложением, каждая деталь которого говорит о дисциплине и заботе о себе. На предплечьях заметны выступающие вены, добавляющие ещё больше харизмы его образу. Его короткие тёмные волосы аккуратно уложены, как будто он только что вышел от стилиста. Небольшая щетина подчёркивает его брутальность, добавляя лёгкую небрежность к его ухоженному образу. Но больше всего меня впечатляют его глаза. Карие, почти черные, притягивают взгляд и кажутся настолько проницательными, будто он видит тебя насквозь. Все эти детали заставляют меня невольно восхищаться его образом, хотя я стараюсь не подавать виду. Его одежда, на первый взгляд, кажется слишком неформальной для такого места. Тёмные джинсы и простая белая футболка поло идеально сидит на нём, подчёркивая ширину плеч и рельеф груди. В каждой детали его внешности сквозит сила и уверенность, которые, кажется, создают вокруг него невидимое поле. Сложно не заметить, что перед тобой стоит человек, привыкший держать всё под контролем.

– Доброе утро, мисс Эванс, – произносит он, вставая и протягивая руку. Его голос оказался глубоким, бархатистым. Баритон, слегка приглушённый, кажется спокойным, но в нём ощущается скрытая сила, как будто за этой мягкостью скрывается железная воля.

– Доброе утро, мистер Рокфорд, – отвечаю я, стараясь выглядеть уверенно.

– Извините за мой внешний вид, – говорит он, усаживаясь обратно за массивный деревянный стол. – Сегодня у меня не было заранее запланированных встреч.

Я сажусь напротив, чувствуя, как его взгляд оценивает меня.

– Давайте перейдём к сути, – начинает он без предисловий. – Я знаю, что вас приняли на должность менеджера по работе с клиентами. Однако произошла ошибка: вакансия уже занята.

Моя уверенность моментально даёт трещину. Я ощущаю, как разочарование накрывает меня волной, но изо всех сил стараюсь сохранять спокойствие. Всё, к чему я так долго готовилась, кажется, рушится за считанные секунды.

– Тем не менее, ваше резюме впечатлило меня, – продолжает он, словно не замечая моих эмоций. – Я изучил ваши успехи на прошлой работе, в рекомендательном письме говорится, что вы – ответственны, пунктуальны и нацеленны на результат. Я ценю таких сотрудников и поэтому хочу предложить вам стать моим личным ассистентом. Должен сразу предупредить, что работа включает нестабильный график, поездки по делам компании, возможно, даже командировки. Не регулярно, но вы должны быть к этому готовы. Однако зарплата будет значительно выше той, что вы могли бы получать на должности менеджера.

Его слова звучат спокойно, но во мне начинает подниматься раздражение. Личный ассистент? Это совсем не то, ради чего я сюда пришла. Мои планы, мои мечты, моя стратегия карьерного роста – всё это рушится в одночасье.

– Мистер Рокфорд, – начинаю я, с трудом подавляя эмоции и стараясь говорить ровно. – Мне важны карьерные возможности и перспективы. Должность менеджера позволила бы мне развиваться и двигаться вверх по карьерной лестнице.

Он выслушивает меня с той же невозмутимостью, как будто заранее знал, что я скажу.

– Я вас понимаю, – отвечает он, его голос остаётся ровным, но твёрдым. – Но, уверяю вас, на этой должности вы получите гораздо больше опыта, чем можете себе представить. Я признаю, что инцидент с вашей вакансией – это мое упущение. Поэтому готов предложить вам следующее: вы соглашаетесь на место моего ассистента, и, если место менеджера по работе с клиентами вдруг освободится, я готов буду передать его вам.

Его настойчивость непоколебима, и это вызывает у меня внутренний протест. Но чем дольше я молчу, тем громче звучит в голове голос здравого смысла. Я вспоминаю, как за последние месяцы отправляла десятки резюме в другие компании. Большинство из них так и остались без ответа, а те немногие, что откликнулись, даже не пригласили меня на собеседование. Оставаться без работы – это не вариант. Мне нужно зарабатывать на жизнь. Принять эту работу – значит сделать шаг назад, но в то же время это может быть шанс, пусть и не тот, о котором я мечтала. Раздражение и обида смешиваются с чувством безысходности. Я не хочу быть чьим-то ассистентом, но что мне остаётся? Этот кабинет, этот мужчина, этот голос, напоминающий мне о том, что жизнь часто диктует свои условия. Я отвожу взгляд, делая вид, что обдумываю его предложение, но внутри меня кипит борьба. Проглотить своё разочарование и согласиться или отвергнуть это и рискнуть остаться ни с чем?

– Хорошо, – наконец говорю я, чувствуя, как что-то внутри меня надломилось. Голос звучит спокойнее, чем я ожидала, но это стоило мне усилий.

– Отлично, – отвечает он, едва заметно улыбнувшись. Его лицо остаётся столь же серьёзным, но в глазах появляется тень удовлетворения. – Кэтрин объяснит вам ваши обязанности и подготовит трудовой договор.

Мистер Рокфорд встает, давая понять, что разговор окончен. Мы выходим из его кабинета обратно в приемную, где нас ожидает Кэтрин. Коротко кивнув, он направляется к выходу. Его шаги быстрые и уверенные, он словно забирает с собой всё напряжение из комнаты, оставляя меня наедине с Кэтрин. Я невольно провожаю его взглядом, пытаясь понять, как этот человек способен быть настолько сосредоточенным и хладнокровным. Моим рабочим местом оказывается огромный стеклянный стол в самом центре приемной. Кэтрин передаёт мне тонкую папку с трудовым договором и с профессиональной чёткостью начинает объяснять мои обязанности.

– Ваша основная задача – координировать встречи мистера Рокфорда, – говорит она, без малейшего намёка на эмоции. – Вы будете управлять его календарём, организовывать звонки, составлять документы и отчёты, а также обрабатывать входящую корреспонденцию. Кроме того, по мере необходимости, вам предстоит сопровождать его на важных переговорах и в командировках. Иногда придётся решать вопросы вне офиса, включая личные поручения.

В голове уже мелькают мысли о том, как это всё захватит мою жизнь. Я понимаю, что от меня ожидается не просто выполнения задач, а способность держать всё под контролем, быть незаменимой в этом строгом и организованном мире.

– Работа включает ненормированный график. От вас потребуется всегда быть на связи, реагировать оперативно и точно. Если появятся вопросы, которые не сможете решить самостоятельно, будете передавать их мне, – добавляет она.

Её голос звучит механически, словно она уже сотни раз проговаривала это другим людям. Я смотрю на папку с договором в своих руках и чувствую, как тянущее чувство тревоги постепенно нарастает. Моё внимание вдруг привлекает графа с указанием зарплаты. Когда я вижу эту цифру, мои глаза округляются от удивления. Сумма в три раза превышает ту, которую я могла бы ожидать на должности менеджера. Мой мозг на мгновение перестаёт работать, осмысливая эти цифры. Я не могу решить, радоваться мне или огорчаться. С одной стороны, эти деньги могут значительно облегчить мою жизнь. С другой, за такую зарплату, похоже, придётся работать круглосуточно и забыть о личной жизни. Я не могу изменить ситуацию, поэтому принимаю её. Но обещаю себе, что это будет временно. Всего лишь временный этап, из которого я выйду сильнее.