Цитаты из книг автора «Кэти Макгэрри»

Я в своей комнате, сижу на полу с ноутбуком на коленях и пытаюсь с головой уйти в работу. Занимаюсь программированием; не все идет, как нужно, но это не страшно. На меня такие ситуации всегда действуют успокаивающе: разобрать то, что не работает, отбраковать сломанное, найти работающее и сложить все вместе, чтобы получилось нечто функциональное, сделать что-то новое.

– Знаю, возвратиться домой дело нелегкое. Ты не понимаешь, где твое место, куда тебе встроиться. Все в порядке. Вовсе не обязательно возвращаться к прежнему. Поворачиваю голову: – Так и есть. И в этом все дело. Я не знаю, кто я такой и кем хочу быть. – Но знаешь, кем не хочешь быть. Это большой шаг.

– Не хочу беспокоить Холидей. Она устала, и ей надо поспать. – Холидей будет только рада. Без тебя здесь ни одна струна не дрогнула. И к барабанам никто не прикоснется. – Потому что они прокляты? – Шутка не удалась – вопрос прозвучал серьезно. – Потому что они твои. – Эксл держит паузу, как будто ждет, что эти слова дойдут до меня, будут усвоены, и все разом поправится, но они отскакивают от меня и повисают в воздухе. Он отталкивается от косяка и входит в гараж. – Остальные знают, как играть, но никто из нас не умеет держать ритм, как ты. Когда ты играл, то играл душой и сердцем. Ты играл так, что я чувствовал твой ритм в крови. Да, я и сам чувствовал этот ритм в крови. Музыка поглощала меня, и это был мой грех. – Я становился таким, как наш отец.

Та, последняя наша ссора случилась из-за того, что Эксл попытался сказать, что я зазвездился, а я ответил, что он просто завидует. Вспоминаю, и мне становится тошно. Как будто я был кем-то, кому стоило завидовать. Сколько сказано и сделано такого, что хотелось бы взять назад.

– Я – Эксл. – Маркус. Дома стало немного жарко, вот и понадобилось местечко, где можно поостыть. Дрикс сказал, если что – можно вломиться. Эксл пожимает плечами, как будто наткнуться ночью на незнакомца у себя на крыльце самое обычное дело. – Кондиционер у нас часто ломается, а если и работает, тишины не обещаю, но наш дом – твой дом. Маркус кивает в сторону двери: – Ванной можно воспользоваться? Автобус на этом маршруте сломался. Я бы, наверное, пешком быстрее дошел.

У Маркуса, к сожалению, нет старшего брата, который мог бы о нем позаботиться, поэтому я сказал, что одолжу ему на время своего.

– Я возьму ее на руки? – Ей уже не шесть. – Эксл сворачивает на дорожку. – Сама ходить умеет. Но на шестнадцать она не выглядит. Гляжу на нее и вспоминаю большие глаза, обнимашки, книжки-раскраски и слезные мольбы разрешить ей накрасить мне ногти розовым лаком.

Еще несколько вопросов, и я поднимаю руку. Чувство такое, будто здесь судят меня. – Разве дело не в этом? Хендрикс прошел через папину программу, а когда ему представился первый шанс принять верное решение, он его принял. Мы были не знакомы, и он помог мне, не прибегая к насилию. Это, на мой взгляд, и есть успех. Кто-то понимающе кивает, но я еще не закончила. – Мистер О’Брайен, взрослые мужчины не преследуют семнадцатилетних девушек. Хотелось бы знать, почему вы не вмешались, когда те двое приставали ко мне. Если вы видели нас с Хендриксом вместе, то знаете, что случилось, и тогда вы поступили недостойно, потому что не помогли мне. Хендрикс помог, вы – нет. Шон кладет руку мне на плечо и мягко, но решительно подталкивает в сторону. Судя по бушующему в глазах пламени, он уже определяет место в подвале, куда упрячет меня на следующие десять лет.

Мама закрывает глаза с таким видом, словно я только что призналась в похищении. Шон трет переносицу. – Хендрикс Пирс демонстрировал склонность к насилию в отношении тех ребят? – Нет. Только предложил побыть рядом, пока парни поймут намек, что им лучше уйти. Дрикс им слова не сказал. – То есть он спас тебя. – Точнее, помог, – поправляю я Шона. Он смотрит мне в глаза и, похоже, дает молчаливое обещание наорать на меня потом. – Нет, Элль, он спас тебя.

Все правильно, все так и есть, и она говорит то, что и я хотела бы сказать, но на лицах слушателей другое. Они хотят знать, что натворил Дрикс, чтобы судить его самим. Прошлое не отпускает Дрикса, и это несправедливо, особенно сейчас, когда мой отец пытается создать для него будущее. Особенно сейчас, когда я знаю, что программа работает.