Цитаты из книг автора «Кен Моги»

За 300 лет в истории сумо было 72 ёкодзуны, причем четверо из них продолжают участвовать в турнирах на момент написания этой книги. В 1993 году первым иностранным ёкодзуной стал Акэбоно, уроженец Гавайев, США. Он был 64-м ёкодзуной в истории. После первопроходца Акэбоно появилось еще пять ёкодзун из-за рубежа, в том числе великий Хакухо из Монголии, за которым на момент написания книги числится 38 выигранных турниров. В иерархии борцов сумо есть шесть ранговых дивизий. Борец, принадлежащий к двум верхним дивизиям, носит титул сэкитори. Достигнуть уровня сэкитори удается примерно одному из десяти борцов. Как правило, в любой момент времени общее число профессиональных борцов сумо в стране составляет примерно 700 человек, а борцов ранга сэкитори – примерно 70 человек. Между сэкитори и борцами более низких рангов существует огромная разница. Младшие борцы не только конкурируют на ринге, но и выполняют обязанности помощников при высокопоставленных борцах-сэкитори. Помощники несут одежду и вещи сэкитори, в то время как он сам идет с пустыми руками. За пределами ринга сэкитори поддерживают имидж стильной небрежности. Они должны производить впечатление расслабленности и непринужденности. Сэкитори просто не могут позволить себе потеть, перетаскивая тяжелый багаж. Младшие борцы носят за ними вещи и выполняют разнообразные поручения. Сэкитори разрешается ходить в традиционных кимоно, в то время как борцам, не достигшим ранга сэкитори, разрешено носить лишь юката, простые халаты, которые обычно надевают после ванны. В принципе неудивительно, что каждый борец сумо мечтает стать сэкитори. По результатам турнира каждый борец получает повышение или понижение в ранге. Если у вас больше побед, вы получаете повышение. В противном случае вас понижают. Арифметика борьбы сумо проста. Это классическая игра с нулевой суммой, в которой может быть только один победитель. Чем больше побед у вас, тем меньше побед у других участников. В сущности, сумо – это спорт, где успех и продвижение одного напрямую зависят от поражения и понижения в ранге другого. Мир сумо перенаселен: борцам приходится в буквальном смысле выпихивать друг друга с ринга, чтобы подняться в таблице. Оставаясь в низших рангах, вы получаете минимальное финансовое вознаграждение. До тех пор пока вы остаетесь в

Нечего и говорить, система ценностей, во главе которой стоят сумевшие достигнуть вершины единицы, не может быть устойчивой, ведь для того, чтобы кто-то стал первым, нужно, чтобы кто-то другой был вторым. В сегодняшнем мире, где набирает обороты глобальная конкуренция между людьми, важно помнить о подоплеке и последствиях стремления к победе любой ценой. Заложенная в человека тяга к победе может привести его к потрясающим новым открытиям. Но она же может привести человека, а за ним и все общество к потрясениям и нестабильности. Проблема в том, что человеку от природы свойственно выстраивать иерархии и делить людей на победителей и проигравших, ведущих и ведомых, начальников и подчиненных. Именно поэтому наш вид вырвался так далеко вперед – и именно это, возможно, рано или поздно нас погубит. Знакомство с основами икигай в контексте умеренного, сдержанного самовыражения с учетом особенностей органической системы, в которой находится человек, вполне может способствовать устойчивому образу жизни. Это рассуждение снова отсылает нас к традиционной концепции ва. Забота о гармонии и соотнесение своих желаний и потребностей с окружающей средой сокращает ненужные конфликты. Другими словами, икигай – это мир! Устойчивость – жизненное искусство, требующее изобретательности и мастерства. Человеческое общество похоже на лес: каждый из нас существует отдельно и вместе с тем мы все связаны с другими людьми и во многом зависим от них. Если кто-то прожил долгую жизнь, это уже немалое достижение среди взлетов и падений нашего зачастую непредсказуемого мира. На протяжении жизни вы так или иначе спотыкаетесь и падаете. Но вы можете обрести и сохранить икигай даже в самые неблагоприятные времена, когда в вашей жизни наступает черная полоса. Суть икигай, от рождения до смерти, такова: не важно, что происходит в вашей жизни. Представьте, что вы в тихом, спокойном лесу. Сделайте глубокий вдох. А затем подумайте, что нужно, чтобы этот лес продолжал существовать и дальше. Всякий раз, приходя в лес Мэйдзи, я прислушиваюсь к его шепоту и думаю об устойчивости. Икигай – это скромность, терпение, приземленность и предусмотрительность.

труд обычных людей. В японской философии то, что кажется обычным и посредственным, совсем необязательно является таковым на самом деле. Японская культура процветает благодаря множеству простых и скромных дел, часто доведенных до совершенства. Без этой жизненной философии многое – восстановление храма Исэ и существование леса вокруг храма Мэйдзи, движение поездов «Синкансэн» и замечательные блюда в ресторанах суши – не имело бы устойчивости.

Наше икигай не обретет устойчивость, если мы не будем ценить

Оздоровительные прогулки по лесам и горам – популярное хобби в Японии, подтверждающее любовь и уважение японцев к природе. Дизайн японского сада разработан таким образом, чтобы картины в нем менялись в зависимости от сезона, удовлетворяя эстетическое чувство зрителей. Япония – страна устойчивости. Устойчивость проявляется не только в бережном отношении человека к природе, но и в его поведении в обществе. Человеку следует в разумных пределах принимать во внимание удобство других людей и не забывать о том, как его действия могут повлиять на общество в целом. В идеале это касается любой деятельности в социуме. У японцев не принято изобретать способы максимально быстрого удовлетворения своих сиюминутных потребностей – они предпочитают со спокойным упорством двигаться вперед по намеченному пути. Поэтому, когда в Японии что-то появляется, вполне вероятно, что это будет существовать и работать еще очень долго.

традиционной старинной придворной музыки и танца называется гагаку. История гагаку при дворе насчитывает более тысячи лет. Однажды я беседовал с Хидэки Тоги, знаменитым придворным музыкантом традиции гагаку. Тоги происходит из семьи Тоги, связанной с гагаку еще с эпохи Нара (710–794), то есть более 1300 лет. Тоги рассказал мне, что придворным музыкантам приходится играть довольно часто, например в те дни, когда отмечается 1200-летний юбилей того или иного императора. Когда я спросил, кто же слушает эту музыку, он ответил просто: «Никто». Затем он продолжал: «Мы играем на своих инструментах, поем и танцуем без всяких слушателей и зрителей в просторных и тихих покоях императорского дворца. Мы музицируем до поздней ночи. Иногда мы чувствуем, что духи покойных императоров спускаются с небес, какое-то время пребывают с нами, наслаждаются музыкой, а затем возвращаются обратно». Тоги говорил об этом так, будто в его словах не было ничего необыкновенного. По всей видимости, музыканты гагаку давно привыкли воспринимать отсутствие аудитории как должное. Рассказ Тоги – весьма поэтическое и волнующее описание состояния потока, пребывания здесь и сейчас. Когда вы достигаете безмятежной сосредоточенности, аудитория вам уже не нужна. Вы радуетесь тому, что происходит в данный момент, и просто делаете свое дело.

Секрет Ватанабэ – неустанное стремление к качеству, ответственность, внимание к мелочам и отсутствие тщеславия. Многие годы Ватанабэ работал без выходных и отпусков, за исключением недельных каникул под Новый год и в середине августа. Все остальное время Ватанабэ стоял за стойкой Est! – круглый год, семь дней в неделю. Он собственноручно готовит напитки, которые подает в своем баре, и относится к каждому из них крайне серьезно. Несмотря на то что Est! высоко ценят клиенты, среди которых есть актеры, издатели, писатели и профессора университетов, Ватанабэ никогда не искал общественного признания. Он старается насколько возможно избегать внимания прессы и других СМИ. Однажды из случайного разговора с посетителем, сидевшим рядом со мной в Est!, я узнал, что в молодости Ватанабэ подавал коктейли легендарному романисту Юкио Мисиме. За тридцать лет, что я бывал в его заведении, Ватанабэ никогда не рассказывал мне об этой замечательной встрече. Такой уж он человек. И последний замечательный пример: история о людях, которые занимаются своим делом, не рассчитывая на признание и похвалу. В японской императорской семье исторически сильны культурные традиции. Среди обязанностей императора важное место занимает покровительство науке и искусствам, особенно музыке. Музыканты, прислуживающие императорской семье, имеют при дворе особые роли, согласно которым исполняют музыку для многочисленных церемоний и ритуалов, проходящих в течение года в императорском дворце. Искусство

даже смешно, но это точка зрения человека, который вырос в Токио, а затем имел возможность путешествовать по всему миру. Поверьте, я повидал в своей жизни пару-тройку баров. Мне посчастливилось попасть в Est!, когда я учился в колледже, мне как раз исполнилось двадцать: в этом возрасте закон уже не запрещает употребление алкоголя. В тот момент, когда я, немного волнуясь, вошел в бар, передо мной открылся совершенно новый мир. Внутри Est! выдержан в общей стилистике японского бара, с отсылками к ирландской и шотландской культуре. На полках рядами теснятся бутылки виски, рома, джина и других соблазнительных напитков. В Японии такие заведения, как Est!, называют «шот-бар». Трудно объяснить неповторимую атмосферу шот-бара тому, кто никогда не бывал в подобных местах. Элегантные клиенты и спокойная обстановка роднят японский бар с винным баром. С точки зрения престижа у него много общего с американской концепцией фэн-бара, хотя здесь клиентами могут быть не только холостяки или яппи и акцент на растительном декоре интерьера необязателен. Японский шот-бар – по сути, совершенно самобытное явление. В мире не существует ничего абсолютно на него похожего. Спокойная атмосфера бара и сам Ватанабэ, который элегантно смешивал коктейли и беседовал с клиентами, произвели на меня необыкновенное впечатление. Звучит банально, но я получил много ценных жизненных уроков, пока сидел в тот вечер у стойки, потягивая виски.

Все это перекликается с тем, что мы узнали в главе 2 о древней японской концепции ва. Ва – это ключ к пониманию того, каким образом люди могут поддерживать в себе чувство икигай и жить в согласии с другими людьми. Конституция семнадцати статей, изданная в 604 году принцем Сётоку, объявляла: «Ва надлежит ценить». С тех пор ва является определяющей особенностью японской культуры и ключевым ингредиентом икигай. В каком-то смысле принца Сётоку можно считать одним из первооткрывателей икигай. Важнейший элемент икигай – жизнь в гармонии с другими людьми и с окружающей средой. Исследователи из Массачусетского технологического института опубликовали эксперимент, который показывает, что определяющим фактором производительности команды является социальная чувствительность. Икигай каждого человека, осуществленное в гармонии с другими людьми, создает благоприятную атмосферу для творчества и свободного обмена идеями. Познавая и уважая индивидуальные характеристики окружающих людей, вы воплощаете в жизнь «золотой треугольник»: икигай, поток и творчество. Когда вы находитесь в состоянии потока, в гармонии с разнообразными внешними и внутренними элементами, ваша способность подмечать нюансы обостряется. Когда вы эмоционально нестабильны или мыслите предвзято, вы теряете осознанность, позволяющую оценить важные детали, способные изменить баланс работы и жизни. Вы можете улучшить качество работы, только когда находитесь в состоянии потока, – и этот факт прекрасно известен Акуто и Косимидзу. Неустанное стремление к качеству можно обнаружить и на другом (потребительском) конце культуры виски – в японских барах. Est! – легендарный бар в Юсиме, Токио. Его владелец Акио Ватанабэ обслуживает клиентов в своем заведении почти сорок лет. По моему скромному мнению, лучшие бары в мире находятся в Японии. Я понимаю, это может звучать предвзято и

чистом виде. Но если смешать его с другими виски, крепость смягчится и он сможет придать бленду удивительно приятные ноты. Интересно, что элемент, который, возможно, не представляет ценности в чистом виде, повышает общее качество напитка при соединении с другими, обладающими собственными свойствами элементами. В сущности, то же самое происходит и в жизни. Комплексное взаимодействие между различными элементами органической системы делает жизнь целостной и уравновешенной. Интерес японцев к вину возник не так давно, но сегодня в этой области мы наблюдаем те же процессы: производители стремятся создать вино мирового уровня. У производства виски и виноделия есть общее свойство – необходимость много лет усердно трудиться, не ожидая немедленного вознаграждения или признания. Может быть, японцам это особенно хорошо удается как раз благодаря ясному чувству икигай. Испытывать ощущение потока важно, чтобы получать удовольствие от своей работы, но не менее важно и необходимо также внимание к деталям, позволяющее улучшить качество работы. В умении самозабвенно наслаждаться происходящим здесь и сейчас, вместе с тем не упуская ни одной детали, заключается суть искусства чайной церемонии. Удивительно, что Сэн-но Рикю, основоположник чайной церемонии, живший в XVI веке, изобрел ее в очень непростое время – в эпоху Сэнгоку, когда знатные самураи вели друг с другом бесконечные войны. Тай-ан, единственный сохранившийся чайный павильон, в создании которого лично участвовал Сэн-но Рикю, очень мал: в нем едва хватает места для мастера чайной церемонии и нескольких гостей. Однако это не случайность: обстановка небольшого помещения больше располагает к задушевной беседе. Так же не случайно внутри нет места для оружия: воины-самураи, главные гости чайной церемонии, должны были оставлять свои мечи за дверью. Чтобы войти внутрь, им приходилось поворачиваться боком и низко нагибаться.