Цитаты из книг автора «Кася Кустова»

Он разглядел абсолютно то же самое творчество, но над «ждите чуда» кто-то нацарапал крупное категоричное «НЕ». Так-то лучше, подумал он. Какое уж тут чудо, когда ты урод.

Сделали же везде эти дурацкие кнопки светофора. Если забыть нажать, можно полдня простоять. На обледеневшей коробочке с кнопкой – надпись «ждите» и под ней черным маркером выведено: «Чуда». Илья не раз уже обращал внимание на проделки шутников-вандалов. Обосраться как мило. «Ждите чуда». «Ждите любви». «Ждите Иисуса». Один раз попалось даже «ждите снижения цен». Ага, как же. Почему никто не пишет: «Ждите подвоха»? Ждите поноса. Ждите рака. Фантазия в оптимистичном русле у Ильи была строго ограничена, зато всего плохого, что можно ожидать от жизни, он мог бы насочинять на целый авторский календарь «Проклятый год: 365 несчастий».

На остановке ютились людишки в промокших черных пуховиках. Илья тоже был в черном пуховике. Он, как назло, не взял шапку Levis: когда вспомнил про нее, уже стоял за порогом, а ключ торчал в замке. Решил: да хрен с ней, с шапкой. Сейчас же Илья жалел о шапке как о просранной любви всей жизни. Ледяные капли падали на залысины. На тротуаре тут же возникала наледь, и Илья двигался, как в танце, стараясь не упасть в скользящих мартинсах.

Девушка подползла к их столику с терминалом и демонстративно протянула его Никите – намекая на то, что он выглядит платежеспособнее Ильи. Илья сделал максимально сварливое и надменное лицо. Никита весь мерзко расплылся и сказал, что кофе был очень хорошим, но девица никак не отреагировала, даже не кивнула.

А СЧЕТ НАМ МОЖНО?! – заорал Илья противным голосом, вложив в него всю свою неприязнь к официантке и женскому роду.

Илье действительно все это интересно, он, как в старой песенке группы «Комбинация», «простая русская девчонка, за границей сроду не была». Илья боялся, что ему не дадут визу: скажут, что рожей не вышел, или обзовут карликом. Хотя он неплохо знал английский, ему было стыдно за ужасный акцент. Он боялся, наконец, заблудиться в чужом городе. Он и в Москве-то мог заблудиться и всюду таскался за Никитой. Илья тайно радовался, что из-за ковида люди стали меньше путешествовать, и весь карантин чувствовал себя счастливым, даже несмотря на «рабский намордник»: он как бы стал не таким ущербным.

я просто сахару насыплю побольше. – Белая смерть. – Никита предостерегающе сдвинул брови. – Смерть везде, – скривился Илья.

Илья себя жалел и никогда не перерабатывал. Зачем жопу рвать, думал он, меня и так мир не щадит, хотя бы сам себя пощажу. Заботу о себе он мыслил как сидение на мужских форумах; просматривание телеграм-каналов с интеллектуальными и не очень мемами; прогулки под постпанк в наушниках. А еще – шопинг в секондах и на маркетплейсах.

Какой-то ты сегодня напряженный. – Это ты какой-то угашенный об дерево. Сейчас зима. Все обледенело. В парке делать нечего. – Но настанет лето. – Откуда ты знаешь? Может, будет ядерная катастрофа? Или на нас сейчас с крыши обрушится кусок льда – и все, мы трупы? – Действительно, нет оснований считать, что лето настанет. Даже тот факт, что лето настает каждый год, не дает гарантии, что оно наступит и в этом году. Но у меня есть вера. Этого достаточно.

Когда он позвонил матери и сообщил о запланированной сделке, она, как всегда, обрушила на него ледяной душ критики. Почему так далеко, почему в такой жопе, почему не в пределах МКАДа, почему всего лишь студия, почему ипотека всего на десять лет, надо было взять получше и подороже, но на двадцать (хотя раньше говорила про ярмо). А вот у Никиты квартира в Кузьминках, там рядом огромный парк и усадьба. У вас есть рядом парк? И ничего, что Никите квартиру купили родители, это во-первых, а во-вторых, тогда были совсем другие цены. Но и на это у матери был ответ: если бы он, гаденыш Илья, поехал в Москву сразу после школы, как Никита, он бы устроился лучше и заработал на нормальную квартиру, а не на это зажопье у трассы.