Цитаты из книг автора «Кристофер Сэнсом»

Единственная вина Бернарда состоит в том, что он знаком с двумя джентльменами из Йорка, которые принимали участие в заговоре. Все трое дружили с детства. – Возможно, его друзья сообщили на допросе, что ваш жених тоже был среди заговорщиков?– Нет, – покачала она головой. – Даже под пытками они не стали возводить на Бернарда напраслину. Обоих казнили, а останки их выставили на Фулфордских воротах. К счастью, перед приездом короля головы заговорщиков сочли нужным убрать.– Значит, никаких свидетельств против вашего жениха не существует? – В конце прошлого года Бернард получил письмо от одного из своих старых друзей

Нет, о других арестах я ничего не знаю. – Что ж, значит, есть надежда, что Мартин Дейкин на свободе. Скажите, а в какой палате практиковал ваш жених? – Почему вы говорите о нем в прошедшем времени? Он непременно выйдет на свободу и будет практиковать. Как и прежде, в Гарден-Корт.

Выходцы с севера действительно стараются держаться вместе, – кивнула Дженнет. – Зачастую их объединяют общие взгляды. Ведь почти все они – приверженцы традиционных религиозных устоев. – Полагаю, племянник моего друга тоже таков. Кстати, его зовут Мартин Дейкин. – Это имя я слышу впервые.

Все его друзья практикуют в Грейс-Инн? – осведомился я. – Почему вы об этом спрашиваете? – настороженно вскинула ресницы мистрис Марлин. – Племянник одного из моих друзей принадлежит к этой корпорации, – пояснил я. – Вот я и подумал, что они с вашим женихом могут быть знакомы. Тем более он тоже с севера.

Один из друзей Бернарда убедил меня не отказываться от поездки, – продолжала Дженнет. – Он тоже стряпчий и практикует в Линкольнс-Инн. В апреле, когда Бернарда бросили в Тауэр, я навещала его каждый день. Но его друзья сказали, что я могу навлечь на себя подозрения, и посоветовали на время оставить Лондон. Леди Рочфорд тоже очень настаивала на моем участии. Она ко мне привыкла и более никому не доверяет свои наряды.

Да, похоже, должность, которая вам досталась, приносит несчастья. Бернарда арестовали, а человек, которого первым назначили на его место, скоропостижно скончался.

Предполагалось, что Бернард, мой жених, тоже поедет вместе с нами. Ему предстояло заняться работой, которую выполнили вы, – сообщила она, немного поколебавшись. – Разбором прошений. – Вот как. Я этого не знал.

То, что сказал вам король, просто возмутительно. И я далеко не единственный, кто так думает. – Благодарю вас, – выдавил я, в изумлении подняв глаза на рекордера. – Так, значит, в ратуше королевскую шутку не сочли забавной?– Ее сочли жестокой и низкой. Поступив с вами подобным образом, король отнюдь не способствовал своей доброй славе. – Спасибо, брат Танкерд. Мне приятно это слышать.

Известна ли королю темная история, связанная с рождением его деда? Знает ли он, что не имеет законных прав на престол? Я уверен, что знает. Ведь стоило Малевереру упомянуть имя Блейбурна в разговоре с герцогом Суффолком, поднялся настоящий переполох. А уж если герцог осведомлен о том, что этот самый Блейбурн является истинным предком короля, королю это известно наверняка. – Вы полагаете, он знает, что взошел на трон, не имея на то законных оснований, но тем не менее делает все для сохранения своей власти?

Пока нет. Но я хотя бы понял, почему заговорщики вознамерились убрать меня во что бы то ни стало. Они думают, что я успел прочесть все документы, они знают, что я связан с Кранмером. Возможно, они предполагают, что, вернувшись в Лондон, я незамедлительно сообщу архиепископу о содержимом шкатулки, а до поры храню молчание, ибо не доверяю Малевереру.