Глава вторая

Утро в Ладоге было хрустальным и обманчиво-чистым. Солнце слепило глаза, отражаясь от снежной целины, но мороз по-прежнему сковал землю стальной хваткой. Артём, Матвей и Тяпа шли по протоптанной тропе к зданию старого Дома Культуры, где ютился подпольный зал «Витязь». Из трубы здания валил густой дым – топили буржуйку.

Внутри пахло потом и металлом. В полумраке, под кривыми взглядами самодельных стропил, несколько парней работали со железом. Лязг блинов и тяжёлое дыхание были единственной музыкой.

У штанги, красный от натуги, стоял Никита Кочегар. Светловолосый, с обветренным лицом, он между подходами скручивал цигарку и матерился, обращаясь к своему напарнику:

– Коля, блять, не гони волну! Жми, а то щас сам тебя в жим лягу, сука, засуну!

Увидев вошедших, Никита бросил штангу с грохотом и широко ухмыльнулся:

– О, братва залетела! Ну чё, пидоры, как жизнь, не жмётся?

Его гейская шутка повисла в воздухе без смеха. Тяпа только брезгливо поморщился:

– Кочегар, твой юмор говно, выброси его на хуй.

Но внимание троицы сразу привлёк другой человек. В углу зала, возле раскалённой буржуйки, сидел коренастый парень и чинил гантель. Он был не столь мускулист, как остальные, но в его спокойных, внимательных глазах читалась особая уверенность. Это был Никита по кличке «Шишка».

– Шиша, это тебе клиенты, – крикнул Кочегар, закуривая свою самокрутку.

Шишка медленно поднял голову. Его лицо было незлобивым, даже добрым, но с какой-то странной, отстранённой глубиной. Он кивнул вошедшим, жестом приглашая подойти.

– Слышал, вы вчера у Степана совещание проводили, – тихо сказал Шишка, так, что слышно было только им. – Думаете, как бабла поднять.

Тяпа насторожился:

– Откуда знаешь?

Шишка усмехнулся одними глазами:

– Я тут всех знаю. И всех наркоманов, и всех, кому можно сбыть что угодно. От гвоздя до… – он многозначительно посмотрел на них, – …чего покрепче.

Он отложил гантель и вытер руки об тряпку.

– Вы не первые, кто хочет под крылом у Грозы бегать. Но он – шлюха ненадёжная. С ним до первой же провалки.

Артём шагнул вперёд:

– А ты что предлагаешь?

– Я предлагаю думать, – странно улыбнулся Шишка. – А то вы все такие… прямолинейные. Лбом стену прошибить хотите. Можно и по-умному.

В зале было душно и жарко. А за стенами лежала замёрзшая Ладога, и казалось, что этот подпольный зал – единственное живое место в целом мире.

Шишка пододвинулся ближе, его голос стал тихим и деловым.

– Гроза – барахольщик. Он мечется по всему посёлку, как угорелый. А кого менты первыми валят? Того, кто на виду. – Он оглядел парней. – А вы будете тихими.

План был гениален своей простотой:

Легенда. Открываем молодёжный клуб «Парус» в заброшенном здании у причала. Степан – официальный руководитель, он уважаем в посёлке.

Доставка. Товар (колеса и трава) храним не здесь. Используем старые рыбацкие схроны вдоль берега. Только по ночам, на лодке.

Продажи. Никаких встреч на улице. Все «клиенты» приходят в клуб якобы на настолки или чай. Товар получают через тайник в старом пианино.

Связь. Одноразовые телефоны. Общаемся только через зашифрованные каналы в онлайн-играх.

– Менты будут искать барыг, а не молодёжный клуб, – усмехнулся Шишка. – А Король… он слишком правильный, чтобы подозревать Степана.

В этот момент дверь зала скрипнула. На пороге, затянутый в длинное официальное пальто, стоял Иван-король. Его кудрявые волосы были присыпаны снегом, а доброе лицо внимательно изучало обстановку.

В зале замерли. Кочегар невольно выбросил самокрутку. Тяпа сжал кулаки. Но Шишка спокойно поднялся и пошёл навстречу.

– Иван Евгеньевич! Какими судьбами? – его голос звучал искренне радушно.

Прокурор улыбнулся, его взгляд скользнул по знакомым лицам.

– Никита, привет. Да вот, прогуливаюсь перед работой. Слышал, у вас тут молодёжь собирается. – Его взгляд остановился на Артёме. – Артём, как жена? Поправляется?

Артём, бледнея, кивнул.

– Да… спасибо, Иван Евгеньевич.

Иван обвёл зал спокойным взглядом.

– Хорошее дело – спорт. Лучше, чем по подворотням шляться. – Он похлопал Шишку по плечу. – Молодцы, парни. Так держать.

Когда дверь закрылась за прокурором, в зале выдохнули. Кочегар нервно засмеялся:

– Бля, обосраться можно… А он, гад, знает всех по именам.

Шишка же смотрел на закрытую дверь с странной улыбкой.

– Видите? Он ищет бандитов, а мы… мы просто молодёжный клуб. – Он повернулся к парням. – Значит, работаем?

План был запущен. Под бдительным взглядом Ладоги и не подозревающего прокурора начиналась их игра.

Трое вышли из душного зала на морозный воздух. План Шишки висел в головах, но главный вопрос оставался: где взнять товар? Гроза был ненадёжен, как прогнивший лёд на Ладоге.

– Надо искать Патоцкого, – хмуро бросил Тяпа, закуривая. – Андрей Патоцкий. Говорят, он в Питере всем заправляет, но его никто не видел. Тень.

– Из Питера-то он как сюда товар гонять будет? – вздохнул Матвей. – И как его найти-то? Призрак, блин.

Артём шёл молча, уставившись под ноги. Мысли о том, как выйти на невидимого питерского главаря, казались нереальными.

Они двигались к магазину «Красное Белое». У входа их ждала картина, от которой кровь стыла в жилах.

У стены, на окровавленном снегу, сидел Тимур Гроза. Лицо было превращено в кровавое месиво, одна рука неестественно вывернута. Он хрипел, пытаясь прижать к груди рваную куртку. Рядом валялась разбитая бутылка и несколько сигарет, рассыпанных по снегу.

– Бля… – выдохнул Артём.

Тяпа первым пришёл в себя, подскочил к Тимуру:

– Гроза! Кто? Фофаны ?

Тимур, с трудом фокусируя взгляд, кивнул. Из разбитой губы брызнула кровь.

– Пятеро… с арматурами… – он захрипел. – Говорили… чтоб не лез… на их территорию… Алкомены…

Матвей уже доставал телефон:

– Скорую вызываю!

– Подожди, – резко остановил его Тяпа. Он наклонился ближе к Тимуру. – Слушай, тварь… Как выйти на Патоцкого? Говори, мы тебе помочь можем.

Тимур слабо усмехнулся, показывая красные от крови зубы.

– Идите… к чёрту… все…

Но потом, увидев в глазах Тяпы нешуточную решимость, прохрипел:

– Через… питерских… «Алкоменов»… Серафим Комаров… Ищите…

Его голова откинулась на стену. Издалека уже слышался звук сирены.

Трое стояли над избитым телом Грозы. Ветер с Ладоги приносил запах крови и предательства. Теперь у них была зацепка – питерская связь через "Алкоменов". Но цена информации оказалась слишком кровавой.

Сирена скорой затихла в морозной дали, увозя избитое тело Тимура. Снег у «Красного Белого» был утоптан, испачкан кровью и следами множества ног. Трое стояли молча, глядя на пустое место.

– Ну что, пацаны? – Тяпа раздавил сапогом окровавленный снег. Его лицо было каменным. – Щас или никогда.

Они двинулись обратно к «Витязю», но уже с другим настроем. В зале царила прежняя атмосфера пота и металла, но теперь воздух казался гуще от напряжения.

– Все свободные – построились! – Тяпа не кричал, но его голос резал пространство. – Грозу наши же опустили. Фофаны. Через ихних питерских «Алкоменов».

Никита Кочегар бросил гриф на пол с оглушительным лязгом.

– Блядь! Ну эти пидоры доигрались!

Шишка медленно подошёл, вытирая руки об ветошь.

– Вы понимаете, на что лезете? Серафим Комаров – это не местные балбесы. У него связи до самого Патоцкого.

– А у нас выбора нет? – Артём впервые за день говорил так уверенно. – Если сейчас струсим – завтра нас по одиночке переловят, как щенков.

Решение созрело быстро. Из тайника за открученной стеной достали два обреза и несколько ножей. Оружие пахло ржавчиной и страхом.

– Ищем Серафима, – Тяпа проверял затвор. – Узнаём, как выйти на Патоцкого. И за Грозу отвечаем. Он говно, но наше говно.

Они вышли во двор – уже не трое, а восемь человек. Сумерки сгущались над Приладожским, окрашивая снег в синеву. Ладога дышала ледяным ветром, будто предупреждая об опасности. Но назад пути не было.

Ладога не дремлет.