Глава 7

Они метались по питерским задворкам, как затравленные звери. Раненый Артём терял силы, нужно было где-то укрыться. Случай завёл их в грязный подвал на окраине, где в сигаретном дыму торговали дешёвым ширпотретом.

– Вам чего? – спросит тощий тип в спортивном костюме.

– Обезбол и… товар, – бросил Тяпа. – На всё.

Он вывалил на стол пачку смятых купюр – все их общие деньги. Барыга равнодушно отсчитал пачки с таблетками и несколько свёртков.

– С вас ещё, – он показал на рану Артёма. – Сейчас обработаем.

Пока Артёму перевязывали плечо, Тяпа звонил Гошану.

– Встречай на старом причале. Срочно.

Обратный путь был сплошным кошмаром. Они прятались по подворотням, боялись каждого шороха. Казалось, весь Питер ищет их.

Гоша ждал их у воды, лицо мрачнее тучи.

– Вам вообще жить не надоело? – только и сказал он, видя их состояние.

Везли молча. Артём, наглотавшись таблеток, провалился в забытьё. Остальные смотрели в темноту, не в силах говорить.

Когда на горизонте показались огни Приладожского, Тяпа наконец разжал зубы:

– Теперь мы либо поднимемся, либо сдохнем. Третьего не дано.

Ладога встретила их ледяным ветром. Они вернулись домой – без денег, без плана, но с товаром, который стал их последней ставкой. И с пониманием, что теперь у них два врага – и Патоцкий, и закон.

После приезда в Ладогу (приладожский)

Парни направились в свою точку спорт зал. «Витязь» встретил их мёртвой тишиной. Дверь была распахнута настежь, и из темноты тянуло холодом и запахом крови.

Первым, что они увидели, было тело Кочегара. Он лежал на спине, уставившись остекленевшими глазами в закопчённый потолок. Его светлые волосы были слипшись от запекшейся крови.

– Бля… – выдохнул Матвей.

Зал был усеян трупами. Все, кто оставались в Приладожском – все парни из зала, все, кто не поехал в Питер, – были жестоко убиты. На стене алым баллончиком было выведено: «АЛКОМЕНЫ. ЗА СЕРАФИМА».

Тяпа молча подошёл к телу Кочегара и накрыл его лицо курткой. Его руки дрожали.

– Это… это мы их убили, – прошептал Артём, прислонившись к косяку. – Мы его забрали… мы начали…

Шишка осматривал помещение с холодной аналитичностью.

– Работали на отход. Значит, здесь оставались не все «Алкомены». Была вторая группа.

Внезапно из-под груды спортивного инвентаря донёсся стон. Матвей бросился туда и оттащил манекен. Под ним, истекая кровью, лежал один из молодых пацанов – Якуш.

– Тяпа… – прохрипел парень. – Они… всех… Говорили… теперь вы следующие… За Серафима…

Больше он ничего сказать не успел. Его тело обмякло.

Степан, до этого молча стоявший у входа, вдруг резко развернулся и вышел на улицу. Его тошнило. Эти ребята были почти как братья. А теперь они мертвы из-за их амбиций.

Тяпа медленно поднялся. В его глазах горел холодный огонь.

– Всё. Хватит. Теперь это не про бабки. – Он посмотрел на надпись на стене. – Теперь это про жизнь.

Он посмотрел на оставшихся в живых – Артём, Матвей, Шишка, Степан.

– Либо мы их, либо они нас. Никаких переговоров.

Ладога за окном казалась безразличной к их горю. Но в этот момент каждый из них поклялся себе – либо они сгинут в этой войне, либо сотрут «Алкоменов» с лица земли.

Глава 8

Они оставили Артёма в квартире Степана. Его мать, Ольга, всё ещё слабая, молча перевязывала ему рану – руки дрожали, но в глазах читалась твёрдость. Она понимала – идёт война.

– Не убейтесь там, – только и сказал Артём, бледный от потери крови.

Тяпа, Матвей, Шишка и Степан шли по ночному посёлку. В их движениях не было ярости – только холодная, безжалостная решимость. Они знали, где искать – в рядах гаражей за старым заводом, где «Алкомены» устроили свою временную базу.