Цитаты из книг автора «Ирина Чеснова»

Самый распространенный жизненный вариант выглядит так. Люди обнаруживают, что их партнер не хочет того же, что и они (видит ситуацию по-другому, отказывается от чего, стремится к чему-то своему). Принять это, отнестись к этому уважительно они не могут (не могут, потому что не воспринимают другого равным себе в самом широком смысле этого слова). Поэтому другой объявляется неправым, ошибающимся, глупым. Но чаще всего плохим. Ему об этом в разных формах сообщают. И пытаются «исправить». Любыми способами сделать так, чтобы он передумал, резко захотел того же, что и тот, кому это надо, всячески согласился и раскаялся. Работает это по-разному, может даже поначалу удачно, но до поры до времени.

В любые отношения – и в первую очередь любовные – мы чемоданами несем свои (часто неосознаваемые) надежды и фантазии. Мы рисуем себе картинки прекрасного будущего, приписываем любимому идеальные черты. Мы «встраиваем» его в свою жизнь, даже если он нам пока ничего не обещал. И когда мы показавшегося на горизонте принца в свою жизнь уже встроили, будущим детям имена придумали, все-все расписали, возникает вот это – «а что это ты не делаешь того, что я жду?» Сюда же можно отнести иллюзию о том, что мы можем контролировать другого человека, его желания и чувства, заставить сделать так, как нам надо. И иллюзию, что брак – нерушимая святыня, а тот, кто рядом – с нами навечно. Что он смотрит на жизнь так же, как и мы, и чувствует то же самое. За этими ожиданиями – опять же – пропадает реальный человек. Мы лелеем собственные мечты, а того, кто на самом деле перед нами и на что он способен – не видим. О неоправданных ожиданиях можно говорить в том случае, если есть идея, что люди вокруг должны быть такими, как «надо», «правильными», должны соответствовать представлениям о «настоящем человеке» – «настоящем» мужчине или «настоящей» женщине. Должны без слов догадываться, что нужно близкому, и давать ему это, а иначе «какая же это любовь?»

Одно из самых распространенных нереалистичных ожиданий в близких отношениях между взрослыми людьми звучит так: «стань мне родной матерью». От любимого человека неосознанно ждут, что он станет идеальным родителем – долюбит, дообнимает, доласкает, выдержит чужую эмоциональную неустойчивость, будет более зрелым, мудрым, отзывчивым, все прощающим и сделает счастье другого смыслом своей жизни. А когда всего этого не происходит (потому что любимый человек неидеален, и у него тоже есть свои ожидания, и ограничения, и детские раны, и ответные требования «дай мне то, что мне нужно, а не то, что ты можешь дать»), люди начинают тонуть в обидах, взаимных обвинениях и разочаровываются. Но не в себе, не в своих нежизнеспособных установках, а в близких. Не такие они, какими должны быть. Нереалистичные ожидания неминуемо рождают разочарование. У мужчин, у женщин, у всех. Так и живут люди в неудовлетворенности и обиде на противоположный пол: ты должен быть таким, как мне надо, соответствовать моим представлениям и нуждам, а иначе какой ты мужчина? какая ты женщина?

мужчина по-прежнему рассчитывает на то, чтобы быть в семье главным (главой), принимать основные решения и все контролировать. При этом уже не хочет в одиночку содержать семью, а хочет, чтобы жена на равных с ним работала и финансово участвовала в расходах (либо активно помогала ему в бизнесе), и одновременно хочет, чтобы она также взяла на себя быт, детей, не высказывала недовольства, подчинялась его решениям, была обходительной, безропотной и надежной. Женщина больше не хочет подчиняться, быть обходительной, безропотной и нетребовательной, а хочет, чтобы муж добровольно участвовал в домашних делах, уделял внимание детям и при этом содержал семью. И оба считают, что именно они правы и вкладывают в отношения намного больше, чем другой. А другой недорабатывает, халтурит и вообще «должен»! Вот так они стучат друг другу по голове, надеясь «выбить» из другого «положенное», что, естественно, не прибавляет отношениям тепла и безопасности, а наоборот, стремительно их разрушает. Если задуматься, здесь напрашивается интуитивный вывод о том, что от гендерных стереотипов надо постепенно отходить и отказываться (если, конечно, вы хотите «счастья в личной жизни»). Внутри этих гендерных конструкций счастье бывает только в том случае, если представления обоих супругов полностью совпадают, они соглашаются добросовестно выполнять взятые на себя роли: он добытчик, содержит семью и выполняет «мужские обязанности», а она хозяюшка, занимается «женскими обязанностями», домом, детьми, довольствуется тем, что есть, и этим счастлива. Однако же в большинстве случаев, если и дальше пытаться «натянуть» прежние ролевые модели на нынешнюю действительность, будет провал. Потому что мужчине в современных экономических реалиях уже не нужно «за все отвечать», а женщине вовсе не нужно (и даже вредно) быть зависимой и отказываться от своих желаний и планов на жизнь, обслуживая чужие интересы. Оба могут и достичь социального успеха, и получить удовольствие от того, как они проживают жизнь. И уж тем более договориться о том, кто в какой мере участвует в бытовых делах.

«Он все поймет без слов». По-настоящему любящий человек якобы способен без слов угадывать, что ты чувствуешь, о чем мечтаешь и что от него ждешь. А если не догадывается, если не делает того, что вы (молча!) хотите, значит – что? Правильно, значит, не любит. Так проявляется тоска по идеальной маме, которая чувствует потребности родного ребенка как свои и с которой очень комфортно, безопасно и не надо прилагать никаких усилий, чтобы быть понятым. Однако любимый человек – не мама. Он не телепат, не экстрасенс и не волшебник, и прочувствовать другого человека как себя ему вряд ли под силу. У него нет встроенного радара, который безошибочно просканирует ваши потребности и желания, которые вы и сами часто лишь смутно ощущаете. Любовь не отменяет необходимости договариваться и обсуждать мелочи совместной жизни. И если вы хотите, чтобы что-то было сделано для вас, скажите об этом просто, ясно и прямо. Иначе вы обречены на обиды и неудовлетворенность.

Они выросли с ощущением, что они плохи, неправильны, дефектны и уж точно недостойны уважения, искреннего, бескорыстного внимания и любви. Они не знают, что могут быть любыми, разными, что никто не может осуждать их за то, что они – такие, какие есть, если они живут и действуют в рамках уголовного кодекса и негласного общественного договора о правилах поведения в социуме. Поскольку такие люди буквально пропитаны токсичным ощущением собственной «дефектности» (хотя часто умело это скрывают, вырабатывая различные стратегии совладания), с ними очень трудно общаться. Им сложно увидеть другого человека во всей его отдельности, поэтому любое ваше слово, любое стремление поделиться своими чувствами, переживаниями, они воспринимают исключительно на свой счет и реагируют очень болезненно – расстраиваются, обижаются, негодуют, вплоть до самых агрессивных проявлений. Ведь ваши слова «падают» прямиком в их ощущение собственной «никчемности» и «плохости», в которых они в глубине души более чем убеждены. Так что даже в самом правильно выстроенном я-сообщении («мне неприятно слышать такое», «мне обидно, когда ты что-то обещаешь, а потом резко меняешь планы и не предупреждаешь меня»), они часто видят неуважение, нападение, обвинение, критику, требование, обесценивание, манипуляцию или попытку контроля. И это рождает у окружающих их людей много растерянности и бессилия, потому что ну вообще тогда непонятно, как с ними взаимодействовать, если любая обратная связь воспринимается настолько остро. Уязвимая самооценка всегда требует поддержки извне (ведь человеку не на что внутри себя опереться). В самых «мирных» и безобидных жизненных вариантах это поиск одобрения и восхищения окружающих. В более драматичных – стремление самоутвердиться за счет других, всячески их принижая и обесценивая.

Но здесь надо помнить: родители воспитывали нас так, как умели. И транслировали что-то исходя из собственных личностных особенностей, своего опыта и своей картины мира. И важным этапом нашего взросления является понимание: родители дали нам все, что хотели и могли. Отныне ответственность за свою жизнь и поступки мы берем в свои руки. Отныне мы сами решаем, как действовать, что говорить и что думать – в том числе о мире, об окружающих людях и о самих себе. Мы можем переосмыслить, переоценить те установки, которые получили в родительской семье. И взять только те из них, которые помогают, а не мешают нам жить.

Люди с отвергающей привязанностью вообще одной ногой в отношениях, а другой – готовы бежать из них. Потому что душно и вот-вот поглотят. Они боятся чрезмерно близких отношений – вроде вступают в них, а потом сбегают (а иногда сбегают не физически, а внутренне, эмоционально, увеличивая дистанцию и возводя вокруг себя неприступную стену). Чтобы по-настоящему быть с кем-то, быть кому-то близким и строить глубокие отношения, нужно открываться, обнажаться, быть откровенным, а значит, становиться уязвимым. Не бояться, что тот, кому ты доверился и к кому привязался, подчинит тебя, бросит или сделает больно. Но разве может это позволить себе человек, травмированный и израненный, ушедший в себя, как черепаха в панцирь? Ему проще не привязываться, не открывать своих чувств. Если рядом с вами такой партнер – подчеркнуто независимый и самодостаточный, – не обвиняйте его в злом умысле. Он просто не умеет быть близким. Для него близость тесно связана с болью и страхом, и не всегда таких людей может «вылечить» даже самая искренняя и бескорыстная любовь. Если этот человек вам дорог и вы хотите быть рядом, честно ответьте себе на вопрос: чего вы хотите от отношений с ним? Может ли он дать вам то, что вы ждете? Если не может, вы вряд ли будете счастливы. Это неприятное открытие, но только честный разговор с собой приведет вас к по-настоящему счастливым отношениям.

И этот огромный груз неудовлетворенности и разочарования сильно уменьшится только тогда, когда каждый поймет: никто никому не должен быть в отношениях папой-мамой. Другой – такой же, как и вы. Он может быть обесточен именно тогда, когда вы нуждаетесь в поддержке, и не оказать ее вам. Если вы ждете, что он будет «более мудрым», «более понимающим», «более ресурсным», «более внимательным», чем вы, это нереалистично. Попробуйте сами стать мудрее, ресурснее и внимательнее – без тайных надежд, что другой тут же изменится. Как говорится, в любой непонятной ситуации, начинайте с себя.

Очень часто они возлагают (неосознанно, конечно) на партнера роль родителя, который должен быть более зрелым и разумным, психологически устойчивым и понимающим, угадывать потребности, уступать и решать проблемы. Но партнер – не родитель, попытки добиться от него того, что когда-то должны были дать своему ребенку мама и папа, перегружают отношения и приводят к глубокой неудовлетворенности и разочарованию. Когда же встречаются два человека во взрослой «оболочке», а по сути – два ребенка, нуждающихся в сильной, щедрой, опекающей и все прощающей фигуре рядом, их взаимодействие начинает походить на перебрасывание горячей картошки: «ты должен(должна) меня понять – нет, ты!»