Глава 2

Придя к восьми часам утра на работу с головной болью и недосыпом, я удивилась бодрому Владу, который в клубе прилично пил вместе со своих другом. Сам офис был небольшим, в штате фирмы, которая называлась «Юридическое агентство Данилова» числилось всего восемь человек. Самым приятным мне показался программист Боря, который выглядел так, будто только что покинул психиатрическую больницу с невылеченной социофобией. Да-да, и это был самый приятный персонаж. Кроме него, Влада и меня в компании работали еще пять девушек: бухгалтер, двое адвокатов и двое обычных юристов. По какому принципу он выбирал своих работниц, было не понятно, потому что внешне они выглядели моделями до сорока лет.

Как только я зашла в кабинет Влада, где каждое утро тот собирал своих работников на планерку, увидела кучу недовольных взглядов, смеривших меня с ног до головы. Уже после того, как совещание закончилось самая смелая из них подошла ко мне и спросила прямо в лоб:

– Ты с ним уже спишь, еще спишь или только планируешь?

– Что?! – немного покраснев, спросила я, буквально захлебнувшись собственным негодованием.

– Понятно, – махнув рукой, сказала юристка, как я узнала позже, по имени Светлана, и с гордым видом сообщила на весь офис: – Нет, эта еще не спала.

– Что значит «еще»? – недовольно возразила я, непроизвольно вспомнив вчерашний вечер, от которого откровенно ждала чего-то большего, чем «потусить и разойтись».

– Потому что он спал со всеми своими помощницами, это правило, – спокойно пояснила Светлана. – Как аксиома. А ты тоже юрист? Начинающий адвокат или еще кто? Ты учти: я просто хочу подружиться…

– Не назвала бы этот допрос дружеской беседой, – усмехнувшись, ответила я, после чего добавила: – Но в обеденный перерыв мы можем посидеть за чашечкой чая и мило поболтать. А вас вообще начальник не ругает за бездействие в рабочее время?

– Нет, он умный человек. Ему нужен результат, а не то время, которое мы затратим на его получение. Мы можем и на работу не прийти, если захотим, – уверенно ответила Светлана. – Главное – это предупредить начальника, а затем пахать за двоих за пропуск, потому что работы много: полстраны – зэки, вторая половина – потенциальные зэки, а система правосудия не совершенна. В час у нас обед, с тебя чай, торт и автобиография. А с нас радушный прием.

– Хорошо, спасибо, – улыбнувшись, ответила я и принялась разбирать документы, оставленные предыдущей помощницей. Судя по манере общения, Света была еще той стервой, но, как ни странно, информация о том, что Влад спал со всеми своими помощницами, вселила в меня надежду на совместную с ним личную жизнь. И что со мной стало?! Раньше я пришла бы в ужас только от одного намека на секс без обязательств, а сейчас чувствую себя загнанной в угол. Ведь буквально после нескольких встреч с Владом я влюбилась в него по уши и согласилась бы на все, лишь бы тот был рядом, пусть даже только физически. Это ужасное чувство, когда буквально в пот бросает от одного воспоминания о нем, но признаюсь, что пока я была ему благодарна за то, что он ко мне не приставал и не пытался соблазнить. Это давало мне хотя бы иллюзию наличия у меня гордости, ведь сама же к нему не приставала, верно?! Поэтому сохранила достоинство, верно?! Верно же?! Верно?..

Во время обеденного перерыва мы, пятеро девушек, направились в комнату отдыха, где начали пить чай с тортом и активно знакомиться. Больше всего от моего рассказа о себе напряглась бухгалтерша Алина, которая сразу же почувствовала во мне конкурентку. На втором месте по степени «напряга» оказалась Светлана, которая явно была влюблена во Влада и не собиралась его с кем-то делить. Катя и Лена, которые работали адвокатами практически со дня основания фирмы, были умны, вели себя слегка надменно, но не молчали, активно вливаясь в беседу. Я поняла о том, что они профессионалы своего дела только позже, когда заметила, что за время часовой беседы, по сути, не узнала о своих новых коллегах ровным счетом ничего. В штате еще числилась юрист Карина, однако она и вовсе не захотела со мной знакомиться, считая, что я все равно надолго в их фирме не задержусь.

– Рита, подожди, еще до окончания обеда пять минут. Так ты, может, все-таки с ним спала? – остановив меня в дверном проеме, спросила Света, которой, по-видимому, ревность буквально застилала глаза.

– Сказала же, что не спала, – ответила я и широко улыбнулась. – А вы встречались, я так поняла…

– Месяц назад расстались, – неожиданно призналась Света, которой явно хотелось высказаться. – Я хочу уволиться из-за этого, не знаю, что и делать: каждый день его видеть тяжеловато…

– Может, из-за этого он предупредил меня, что на работе нельзя заводить романов строго-настрого, – почувствовав жалость к собеседнице, ответила я.

– То есть ты хотела, а он тебя отшил? – резко сменив тон на негативный, спросила Света.

– Нет, что ты, он так, в общем, сказал, может имел ввиду и не себя вовсе, а, например, Борю, – пожав плечами, предположила я, после чего мы обе непроизвольно посмотрели на программиста, который в этот момент старательно выковыривал кусок упавшей булки из своей бороды.

– Ладно, не важно, – с некой брезгливостью еще разок посмотрев на Борю, сказала Света, подошла ко мне и взяла за руку. – Я здесь все и всех знаю, если что, то буду тебе помогать. Думаю, мы сможем подружиться. Ты не хочешь в субботу со мной и моими подругами сходить в клуб, у нас вип-столик будет, конечно…

– Хорошо, люблю общаться, – улыбнувшись, согласилась я, после чего мы разошлись по своим рабочим местам. Конечно, мне и в голову не пришло вот так вот поверить в желание Светы искренней дружбы, однако не принять приглашение в женском коллективе с родни объявления войны. Честно говоря, мне всегда было проще работать с мужчинами, потому что они конкретные и по ним сразу видно нормальные они или придурки. А вот женский коллектив – это другое дело, женские предпочтения меняются ежедневно: сегодня они все вместе дружат против одного человека, а завтра – против другого.

Следующие несколько недель я занималась какой-то секретарской работой, отправляя письма, печатая ответы, отвечая на телефонные звонки и принося кофе всем, кто попросит. Но единственное, что мне не нравилось – это моя реакция на просьбы Влада, от голоса которого у меня начинало чаще биться сердце, а мысли переставали следовать друг за другом строем. Почему так? Да потому что я втюрилась как собака сутулая! Но тот факт, что я признала это, как и любую болезнь, уже был первым шагом к выздоровлению. Дальше осталось найти лекарство от влюбленности, которого еще никто не изобрел.

– Рита, поедешь сегодня со мной в СИЗО, будешь все записывать, там все меня знают, пусть и тебя узнают. Молодец, хорошо сегодня одета: юбочка, каблучки. Сегодня – это как раз то, что нужно, – сказал Влад, надев пиджак. – Вообще у нас работа не всегда сидячая, поэтому привыкай куда-то ездить.

– Я совсем не против, – улыбнувшись, сказала я и пошла за курткой. – Только почему мой вид сегодня вам понравился больше, чем, например, вчерашний?

– Вырез на блузке больше, юбка короче, шпилька, красные серьги, – будто перечисляя список покупок, ответил Влад. – Немного вульгарно, но как раз для сегодняшнего клиента. Обвиняется в изнасиловании, зовут Владимир Демин.

– А я подопытным кроликом буду? – немного испугавшись, спросила я. – А к убийцам мне придется надевать еще что-то согласно их предпочтениям? Чтоб я следующей стала? Нет, я так не играю!

– Успокойся, просто веди себя немного вульгарно, губы ярче накрась только, – пояснил Влад, осмотрев меня еще раз с ног до головы. – Чаще привлекай к себе внимание, отвлекай его. В СИЗО с девушками плохо, поэтому должен повестись.

– А-а, то есть в нормальных условиях он бы на меня не взглянул?! – немного обидевшись, поинтересовалась я. – А раз баб нет, то и я сойду.

– Ну как-то так, – непринужденно ответил Влад, сел в машину и демонстративно поставил свой портфель на переднее сиденье. Мне ничего не оставалось делать, как сесть на заднее.

– Если я «так себе», почему ты с собой не взял кого-нибудь из своих? У тебя там целый штат моделей.

– Их уже тут тоже все знают, а ты просто «новое мясо», – ответил Влад так цинично, что мне просто-напросто не захотелось продолжать разговор.

Прибыв на место только к четырем часам вечера, я поняла, что буду частенько задерживаться на работе. Однако, несмотря на мое огорчение, теперь передо мной не стоял вопрос касательно причин моей подозрительно высокой зарплаты.

Густая энергетика надзора, заключения, жестокости, преступлений и бюрократии в одном помещении произвела на меня неизгладимое впечатление. Зато Влад был расслаблен, постоянно улыбался и пытался меня со всеми познакомить. Войдя в допросную комнату, я увидела симпатичного невысокого полноватого мужчину на вид лет тридцати, который постоянно дергался и не мог ни секунды провести без движения.

– Привет, ну что там по моему делу? – спросил он, уставившись на Влада.

– Для начала познакомься с моей помощницей Ритой, которая очень хотела с тобой пообщаться. Её заинтересовал твой случай, – ответил тот, после чего сел за стол и начал доставать бумаги.

– Да? Интересно, с чего бы? – с недоверием осмотрев меня с ног до головы, сказал Владимир, после чего вновь обратился к Владу: – Ты же знаешь, что я не виноват!

– С чего бы мне это знать? – удивлённо спросил тот, после чего вытянул из папки фотографии и аккуратно положил их перед обвиняемым. – Мне не интересно, виноват ты или нет, мне интересно только то, сколько денег ты мне заплатишь за мои услуги. К тому же у обвинения веские доказательства: судмедэкспертиза, показания девушки, свидетели. В общем, полный набор.

– Но ты же меня вытащишь?

– Лучше расскажи моей помощнице все от начала до конца, а я послушаю ещё раз твою версию.

– Я тебе плачу за мои рассказы? – разгневался Демин. – Сам все рассказать не мог?

– Просто моя помощница считает тебя невиновным, а я напротив, – усмехнулся Влад.

– Конечно, я не виновен, она права! Может, мне её нанять вместо тебя?! – все также гневно и напыщенно продолжал Демин: – Короче, рассказываю. Вот эта девка под меня легла на хате, все добровольно, а потом мне начала снимки эти присылать и шантажировать. Мол, если я триста тысяч не заплачу, то она меня посадит.

– А с чего она взяла, что у тебя были такие деньги? – спросила я, посмотрев на мужчину, который не производил впечатление "мажора".

– Да я же постоянно тёлкам рассказываю, что у меня куча бабок и баб. Понимаешь, они тогда думают, что я самец такой, и дают мне чаще, чем моим правдивым корешам.

– А сколько тебе лет? – спросила я, непроизвольно увидев в мужчине интеллект подростка.

– Двадцать два, – разозлившись, ответил Демин. – К чему вопрос?

– Просто у тебя мышление подростка, а внешность взрослого мужика, – не выдержав, сказала я, услышав после этого смех Влада. – И откуда у тебя в таком случае деньги, чтобы оплачивать наши недешевые услуги?

– Батя тачку продал, чтоб меня вытянуть, – резко отклонившись на стуле назад, с обиженный лицом ответил тот.

– А вот рассказывал бы девушкам правду, как твои кореша, которым не дают, не сидел бы тут. Всё-таки правда дешевле обходится во всех смыслах, – постановил Влад, после чего посмотрел внимательно на меня.

– Это значит, что решение этой девушки Марии, кажется, было спонтанным или, как минимум, недолго обдумываемым, – постановила я. – Она сама тебя выбрала на тусовке или ты сам подошёл?

– Нет, она обнималась с каким-то мужиком, я подошёл познакомиться и подвинул его немного. Я обычно так не делаю, потому что тёлок мне хватает, все равно, с кем кувыркаться. Но эта была фотомодель прям, я даже удивился, что такая как она делала там: ноги от ушей, фигура, лицо, все при ней. Ну я подхожу и говорю: "детка, пошли со мной, завтра на тачке крутой покатаю с ветерком, в ресторанчике крабов там, креветок поедим, хоть с мужиком нормальным проведёшь время, а не с этим чмом". Тот начал бузить, нож достал и приставил мне к животу, а я обхватил ладонью лезвие ножа и сжал, кровища закапала. В общем, на телку это произвело впечатление, она завизжала такая вся и через пятнадцать минут я уже имел её во всех позах на этой хате. И, скажу я вам, мораль, правила, приличия, рамки, последствия – все это чушь, потому что на тот момент мне было «офигенно»!

– И сейчас тебе «офигенно»? – усмехнувшись, спросила я, непроизвольно испытав раздражение.

– А пофиг на все, – с ещё более наглым лицом произнёс Демин.

– Мы-то тебя отсюда вытащим, только отца твоего жалко, я бы за тебя не платила ни гроша, видно же, что ты все равно не ценишь того, что он для тебя сделал, – не сдерживаясь, высказалась я. – Не сожалеешь ни капли и, когда выйдешь, напорешься на те же грабли.

– Мозг мне не выноси только, – повысив голос, ответил тот, после чего ткнул пальцем в фото девушки: – Она виновата во всем, ей выноси!

– Меня просто раздражает то, что «офигенно» было тебе, а платит сейчас твой отец!

– Так и что мне сделать? Ну платит! Я его, кстати, не просил, потому что не виновен! А раз не виновен, то нафиг такие бабки сливать на крутого адвоката, когда я и так вышел бы?! Так что это его решение – нанять вас, не моё, его бабки, а не мои, я тут причём? За что благодарить? – разозлившись, сказал Демин, после чего у меня аж лицо побагровело.

– Какой же ты…

– Рита, оставь нас вдвоём, – резко прервав меня, строго произнёс Влад.

Выйдя в коридор и оставшись в одиночестве, я буквально вскипела от негодования не только из-за скотского поведения Демина, но и из-за того, что подобный человек уже был в моей жизни. И это был мой первый парень, моя первая школьная любовь, его звали Максимом, и он был "крутым" парнем, за которым увивались девчонки. Я считала себя особенной, принимая ухаживания такого человека, хулигана на мотоцикле. Но, как оказалось позже, катал на своём транспорте он не только меня, но и добрую половину района. Я бегала ради него из дома, тратила свои карманные деньги на него, чтобы лишний раз порадовать. Если ему нужна была помощь, я старалась максимально оказать её, даже тогда, когда он не просил этого. Однажды мне даже пришлось умолять своего отца, чтобы тот помог Максиму устроиться на подработку. Да много всего было, чего уж тут вспоминать?! Мне хотелось тогда подарить своему возлюбленному весь мир и всю себя. Но весь мир ему был не нужен, а вот от моего тела он бы не отказался, конечно. Но вот однажды он понял, что не получит его без серьёзных отношений, которых мне так хотелось. И что же он сделал? Перестал меня катать, приглашать на свидания и вовсе общаться со мной. Я перестала для него что-то значить, он обесценил все, что я для него делала, обесценил все вечера и ночи, что мы проводили в разговорах. А когда я задала Максиму прямой вопрос, то получила прямой ответ: "А тебя никто не заставлял, тебя никто не просил. А общение, доброта, чувства – это недостаточная плата для меня". Плата. Именно тогда я поняла, что люди продаются и покупаются. Вопрос только в цене. И такие как Максим, такие, как Демин, никогда не будут благодарны за помощь, дружбу и поддержку, потому что за это не получишь выгоды, материального или физического удовольствия. Только душевное. Но увы, для многих потребности души, её стремления и красота мало значат. И я до сих пор с этим не смирилась, да и не смирюсь, потому что другая, наивная, не от мира сего, не важно, просто не продаюсь и не покупаюсь.

– Ты почему разозлилась так? – спросил Влад, как только вышел из кабинета спустя десять минут.

– Прости, воспоминания нахлынули, – призналась я, понимая, насколько это глупо звучит. – Как ты справляешься? Ведь этот Демин не самый плохой вариант человека, и то мне сложно на него смотреть спокойно. А ведь ты наверняка легко и непринуждённо общаешься с убийцами, насильниками, педофилами, маньяками…

– Конечно, это моя работа, – спокойно ответил Влад. – И мы с тобой не боги, мы не в праве судить или осуждать. Я защищаю или помогаю только на основании обычных человеческих законов.

– Законы морали тоже человеческие, – заметила я, почувствовав некоторое разочарование в том, что мою точку зрения не поддержали.

– Рита, ты должна выполнять то, что я тебе говорю. И твоя роль была наивной глуповатой девушки, которая всему верит. Ты же начала из себя строить не то следователя, не то праведника.

– Что же, видимо, я плохая актриса, – пожав плечами только и смогла что ответить, после чего выдохнула и продолжила: – но сегодня я сделаю то, что ты просишь. Только скажи одно: он виновен или нет?

– Ответ на этот вопрос я знаю, – уверенно произнёс Влад. – Но тебе его я скажу только после того, как сядем в машину и уедем отсюда.

– Хорошо, как скажешь, – настроившись на эту игру, сказала я, после чего вернулась в кабинет вместе со своим начальником.

– И так, продолжим, – сказал Влад, после чего мы с ним сели и начали рассматривать фотографии. – По версии девушки, она этим ножом защищалась, когда ты нападал. Именно так ты и получил ранение.

– Она врет! – сжав кулаки, крикнул Демин и стукнул ими об стол.

– Ну вот, такая эмоциональная реакция бывает только у невиновного человека, – с гордостью произнесла я, чтобы втереться в доверие.

– Вот, она толк знает, – довольно подтвердил обвиняемый. – Я этого не делал! Зачем мне эта девка, чтоб сидеть потом за решеткой?! Да я тысячу найду таких дающих, сейчас такое время, что даже и платить не придётся.

– Да, согласна, – подтвердила я, удивившись тому, насколько быстро Демин позабыл о моем недавнем к нему презрении. И это было лишним подтверждением тому, что мы видим только то, что хотим видеть: – Вот у меня ещё в студенческие годы была подруга, которая просто обожала мужчин. Причём она была умной девчонкой, знала хорошо английский язык и прекрасно готовила. Но ей постоянно хотелось интима, особенно в нетрезвом виде. В подпитии она сама отправлялась на поиски потенциального партнера в мужское крыло общежития. И ей было не важно, где и с кем, ей просто хотелось.

– Ну да, может, там такая же была, – задумавшись, подтвердил Демин.

– Но нужны доказательства твоей невиновности, – посмотрев на мрачные фото, констатировала я. – У тебя есть доказательства шантажа. Мы можем в суде делать акцент на то, что жертвы изнасилования себя так не ведут. На девушку с психологической травмой она не похожа.

– Ты права, – спокойно произнёс Влад, после чего встал из-за стола и попросил меня выйти. – Однако судье нужно больше, нужны доказательства.