Решил, что самый простой способ попасть на железнодорожный вокзал Владикавказа без досмотра. Как там себя в аппарате покажут налитые энергией Палантиры? Целых четыре больших шара. Явно лучше не проверять на себе подобные варианты.

Покуковал часок в кафе на вокзале, читая новости в ноутбуке, зато вскоре уже оказался в своем купе поезда.

Хотел вообще купить его целиком, однако мест уже не было, все же пора отпусков, поэтому купил себе два последних места, верхнее и нижнее.

Соседями по купе оказалась молодая пара, парень лет двадцати пяти, Толик, как он себя назвал, и Света, его подруга помоложе. Они едут до Москвы, и сразу мне как-то не очень понравились по внешнему виду. Потом еще почувствовал от них негативное отношение ко мне, как к соседу. Чем-то я им сильно мешаю и напрягаю, похоже.

Почему тогда полное купе не оплатили — не понимаю. Раз уж настолько хотят ехать одни.

Толик крепкий, подкачанный парень дерзко-доставалистого типа, постоянно как-то провоцирует собеседника на выяснение отношений. Типа, кто кого круче морально и физически. Психология явного хищника, главного альфа-самца в стае, лезет из него весьма заметно.

Симпатичная достаточно Света надела коротенькие шортики и футболку с сильно выпирающими сосками, в таком сексуальном виде постоянно гуляет по вагону или сидит в купе в смартфоне. Ее приятель все время контролирует, не подсматриваю ли я за прелестями его подруги. Он готов сразу же защищать ее честь.

Настолько его защита видна невооруженным взглядом именно про честь девичью, которой уже явно давно не осталось у обильно растатуированной во всяких интересных местах подруги.

Которая прямо просит о защите другой одеждой, когда девушка лезет на верхнюю полку, а из-под коротких шортиков видно почти все. Или наткнешься взглядом на ее сильно выделяющуюся грудь, которую она выставляет постоянно вперед, а напряженный взгляд приятеля уже караулит твои глаза. В общем, постоянная неприкрытая провокация постороннего мужчины в купе очень откровенным видом самой Светы.

«Совсем неприятные у меня попутчики оказались. Как я не стараюсь прятать глаза от прелестей девицы, почему-то постоянно натыкаюсь на нее и ее хорошо заметные, даже не только вторичные, половые признаки», — признаю я.

Впрочем, первые пару часов мы вполне нормально общались. Пока я хорошо и сразу уяснял, какой крутой мне попался сосед. И непобедимый супербоец он всех боевых искусств, и финансовый гений, и самый умный, и все такое прочее. И знает всех и здесь, и еще во всей Москве, со всеми нужными людьми на короткой ноге. И с знаменитыми актерами, и с бойцами всех видов единоборств, и с главными милиционерами, судьями и прокурорами.

Умение мое постоянно сигналит про откровенное вранье собеседника, поэтому я его отключил, уже все правильно поняв про него.

Я как-то сильно реагировать на такую, ненужную мне вообще откровенность не стал, как еще очень восхищаться собеседником, поэтому быстро попал в список не очень хороших людей для него. Толик, похоже, собирается мне еще что-то объяснить про себя и меня дополнительно.

Добавить, так сказать, конкретики. Особенно, когда я сам немного подставился перед соседями, не ожидая особых проблем.

Я с собой прихватил пару бутылок местного лучшего коньяка, чтобы не сильно скучать в пути, рассчитывая еще поговорить по душам с попутчиками. Поэтому и предложил ребятам выпить со мной по рюмке-другой:

— Мы не пьем. И пьющих презираем.

Услышал я в ответ от девушки сверху, еще одна откровенная провокация, честно говоря.

— Ну, ваше дело, — ответил я и налил себе немного в железнодорожный стакан, знаменитый своим подстаканником. — А я выпью. Два года в арабской стране пробыл, спиртное только во сне видел.

Пива и вина я перепробовал в Черноземье, конечно, немало, однако с выпивкой и особенно крепкой ресой как-то больше не встречался в последние пару месяцев проживания на Севере. После убийства Мага Штольца употребил с Охотниками и Вилсером нашу последнюю, когда уже решил с ними разойтись. Потом даже пожалел, что не прихватил с собой побольше. Даже в Башнях около Роковой горы искал безуспешно.

Тут уже выступил спутник Светы, почему-то он сначала дождался, когда я глотнул янтарного цвета напиток, и только потом заявил:

— Я вам запрещаю употреблять алкоголь при нас со Светой, — так довольно требовательно сказал Толик, покачав накачанным бицепсом в этот момент. — Нам неприятны пьяницы, запах алкоголя мы тоже не переносим.

«Вот и началось обострение отношений», — подумал я.

Впрочем, употреблять в транспорте запрещено законом, тут их требования вполне справедливы. Да еще сами попутчики имеют право такое требовать от меня, раз так относятся к выпивке.

— Ну, ваше право, — ответил я, не собираясь скандалить с попутчиками. — Тогда при вас не буду.

— Вообще не будешь больше даже доставать в нашем купе! Иди в ресторан или в туалете давись, только, чтобы никакого запаха у нас здесь! — поднимает ставки Толик, резко перейдя на «ты» со мной. — С такими рожами у меня разговор короткий! Бью один раз, понял, алкаш?

Вот подобное его высказывание совсем лишнее оказалось, честно говоря. Конечно, захотелось мне ему дать леща со всей своей силой немереной, однако пришлось сдержаться. После моей плюхи он в себя очень нескоро придет, а Светочка уже всех проводников в ружье поднимет своими криками.

«Хоть и строят они из себя очень крутых по жизни ребят, однако законными способами прижать меня тоже не побрезгуют. Если явно проиграют в силовых единоборствах и столкновении характеров», — так мне кажется со своим умением чувствовать людей.

А там дальше наряд полиции, проверка документов и прочие радости жизни.

Только у меня в рюкзаке драгоценных камней на несколько миллиардов рублей, наверно. Еще есть странные большие, с виду перламутровые шары в чемодане, и очень подозрительная железная штука в чехле от удочек. Еще комплект совсем лишних документов, которые я пока не хочу выбрасывать. Еще потерянный когда-то паспорт Брата, уже недействительный в данном времени при серьезном рассмотрении.

«Почему не хочу выбросить уже не нужные мне теперь документы?»

Ведь можно будет еще все переиграть, вернуть мою настоящую жизнь в другом времени. Нужно только снова попасть в восемьдесят второй год, чтобы встретить самого себя перед посещением родителей. День и время я помню, даже тот момент припоминаю, как долго стоял в подворотне дома на Садовой, долго решаясь увидеть родителей.

Так что можно еще вернуться в советское время и остановить самого себя. Уже когда соскучусь по молодым родителям, ведь в таком случае придется снова полгода путешествовать по Советскому Союзу. Ничего, для того времени у меня тоже документы сохранились. Только попасть нужно именно под дату выдачи паспорта на новую фамилию, явно не раньше. И задерживаться тоже особенно не стоит, искать меня там начнут довольно быстро.

«Еще один повод для нежелательности досмотра и обыска сейчас. Тогда все пойдет по-старому, я останусь сыном своих родителей, тем самым обычным Слесарем по ремонту автомобилей. И будет у меня жена и дочь, вся моя жизнь ко мне вернется, а сохраненные документы полностью окажутся в тему», — размышляю я.

Да, все можно и так переиграть, правда, Брат мой ни в чем не виноват. Чтобы я лишал его семьи и вообще всей его истории жизни. Поэтому просто так пока мысли на будущее, но выбрасывать документы я пока не хочу. Довезу их до Питера и спрячу надежно.

«Черт, я хорошо вижу, что парень напротив в купе просто хочет докопаться до меня и почмарить как следует. Есть такие люди по жизни, а мне повезло оказаться в купе именно с ними. Не буду пока давать ему повода, чтобы не спалиться со своим сильно нелегальным и очень странным багажом», — напоминаю себе я.

Отличное настроение после продуманной посадки в поезд, минуя осмотр на входе в вокзал, быстро испарилось. Фузея в чехле и шары Источников в чемодане спрятаны под сидение, не должны никому попасться на глаза. Полный рюкзак драгоценностей тоже там, сумка с ноутом и лечебными камнями рядом со мной.

На меня конкретно наезжает молодой быковатый парень, пытаясь просто доказать мне, что я никто по сравнению с ним.

«Хрен его знает, что они ко мне прицепились. Да, именно они, не только он один защищает сомнительную девичью честь Светы. Потому что подруга тоже работает с ним в плотной связке, я подобное хорошо вижу и чувствую», — говорю я себе.

Говорит, когда нужно, и только то, что нужно своему парню, тоже врет постоянно, они понимают друг друга вообще с полуслова. Слаженная очень команда, вряд ли так случайно получилось, скорее всего, занимаются каким-то общим делом. Где все очень жестко и опасно, такое у меня от них впечатление образовалось.

Поэтому я пока лег на свою нижнюю полку и сделал вид, что серьезно задумался. Не стал так сразу ничего отвечать про алкаша и на детскую угрозу нанесения мне побоев. Толик пренебрежительно хмыкнул и, отвернувшись, заговорил со Светой о какой-то ерунде. Теперь оба посматривают на меня с заметным пренебрежением, как настоящие хозяева купе и просто всей жизни.

«Кажется, именно подобного столкновения они и добивались на самом деле, да еще я со своим коньяком подставился. Приходится себе откровенно признать, что возвращение из другого мира, из Черноземья, где я убил не один десяток опасных людей и нелюдей своими руками, копьем и маной, проходит как-то не слишком здорово», — усмехаюсь я про себя.

Какие-то криминальные ребята реально кинули мне вызов, очень уверенные в себе. Однако нам еще ехать вместе почти сорок часов.

«Что-то да случится, — как мне кажется и еще я понимаю другое. — Есть у них что-то в своих вещах. Что-то такое, что они очень берегут и не оставляют никогда без присмотра».

Вдвоем из купе не выходят, всегда кто-то один сидит на нижней полке. Как только Толик поднимается с нее, Света сразу же слезает на нижнюю со своей верхней. Не успеет он выйти из купе, как она уже уместила свою оголенную задницу на нижнем матрасе. А он сам вообще не выходит, не глядя назад, никогда, всегда, стоя в проходе, сначала дожидается ее правильного перемещения.

Они не замечают подобной, заметно бросающейся в глаза странности, а я вот очень хорошо ее вижу. Приглядевшись к ним внимательно, я уловил постоянное опасение у попутчиков по поводу своего багажа.

«Да, точно, чего-то они везут с собой из сильно криминального. Наркотики, скорее всего. Или наличные в большом размере. Или что-то очень дорогое из ворованного, но, скорее всего, все же именно наркотики. Из-за чего нервничают, боятся и так вызывающе бросаются на мой коньяк, чтобы снять имеющееся у самих напряжение. Им самим нельзя ни капли сейчас употребить, поэтому даже с запахом в купе они так старательно борются. Похоже, что те главари, на кого они работают — страшные достаточно люди, еще им выданы и самими выучены инструкции, строго обязательные к исполнению. Поэтому употребление чего-то крепкого и просто любого спиртного в них жестко запрещено», — так я понимаю их странное поведение.

Еду заказывают в ресторане, едят всегда по очереди, сначала съедает один, уже потом через полчаса другая. Вместе за столом никогда не питаются. Опасаются отравиться или еще какой заразы?

С данным делом я мог бы им помочь своим камнем, только, конечно, не стану. Здорово не повезло мне с ними, не стоит мне свою еду на виду оставлять надолго.

Я ее тоже из ресторана заказываю у пробегающей мимо тетки в фирменном переднике. Если рюкзак с украшениями, сумку с ноутом и лечебными камнями я могу всегда взять с собой, то Палантиры лучше не оставлять ни на секунду без присмотра.

За фузею я не так сильно опасаюсь, она-то никому не нужна и никакой опасности для окружающих без Палантиров не представляет.

Без Палантиров, нужного знания и магической силы.